Путь к сердцу Дракона - Тася Тараканова

— Добромир! — знакомый голос донёсся с нижней площадки.

На ступенях лестницы стоял Верг в чёрном мундире, загораживаясь женским силуэтом. Асанна!

На ступенях лестницы стоял Верг в чёрном мундире, загораживаясь женским силуэтом. Асанна!

Ужас в её глазах, потому что руки, за которые её держит Верг, поднимают арбалет и направляют на меня. В ту же секунду стрела летит мне в грудь.

Нет

Пространство мгновенно вязнет, словно становится упругим и плотным, на подлёте я ловлю стрелу рукой и ломаю её. Лицо Верга искажается в судорожной гримасе, он открывает рот, но слова не слышно, движения смазаны. Асанна вырывается из его хватки, арбалет замедленно и беззвучно падает на ковровое покрытие. В руках Верга клинок.

Нет

Воздух таков, что пальцы Верга, держащие клинок, с трудом преодолевают его сопротивление. Асанна сдерживает руку врага из последних сил. До них ещё несколько шагов. Клинок около груди Асанны.

Нет

Всё застывает как в патоке. Полностью. Теперь никто не может шелохнуться. Никто, кроме меня. Не знаю, как получилось, что я изменил структуру пространства. Но это точно сделал я. Сколько ещё магических способностей таится во мне?

Теперь не тороплюсь. Спускаюсь вниз, отодвигаю застывшую Асю в сторону, смотрю на застывшую руку Верга с блестящим стилетом. Тварь, хотел убить Асанну!

Узкое лезвие топора прорубает все слои защиты врага, оставляя на груди длинный кровавый надрез. Верг, открыв рот в немом крике, в ужасе смотрит на меня. Беспомощный. Раненый. Не может ни пошевелиться, ни упасть, кровь не сочится из раны, застыла в месте пореза.

Вспомнил, как я в детстве рубил дрова, перехватил топор удобней. При точном попадании череп Верга треснет пополам, как сухая чурка. Он и есть деревянная чурка в моём пространстве. Здесь я решаю, кому жить, а кому умереть. Глаза Верга молят о пощаде. Хоржак нужен для допроса, я опускаю топор.

Беру застывшее тело Аси на руки, прижимаю к себе. Не очень удобно держать её и топор, но я ухитряюсь сделать это. Смотрю в глубину серых с коричневыми крапинками любимых глаз.

— Ты опять не послушалась меня?

Её тело чуть вздрагивает в моих руках.

— Тебе легче?

Она едва заметно кивает. В глазах шок и понимание, что спаслась.

— Сможешь за меня держаться?

Она медленно поднимает руки, обхватывает холодными пальцами мою шею. На миг я прикрываю глаза, растворяюсь в ощущении блаженства, прикасаюсь губами к виску. Если бы не Асанна, я бы, наверное, не понял, что обладаю такой силой.

— Больше не отпущу.

Битва не закончена. Поднимаюсь с Асей на руках на площадку к Йохану, притрагиваюсь к нему, он отмирает. Изумлённый вздох товарища, он разжимает пальцы, рассматривает, завязший в патоке меч.

— Как это? Откуда…?

— С парней твоих сниму чары, чтобы они связали всех, — кивнул головой на застывших в разных позах гвардейцев.

— Добромир, это во всём дворце так?

— Надеюсь.

Не хотелось бы лишних жертв.

— Драконья праматерь! Это немыслимо!

Надо спешить. До верхнего этажа осталось всего два пролёта. Я поднимался, впечатывая в ступеньку каждый шаг, сурово и неминуемо приближая возмездие. Состояние гнева получилось взять под контроль. Как долго я смогу удержать изменённое пространство? Видение стального лезвия у груди Асанны, её дрожащее тело в моих руках — якорь, за который зацепилось сознание.

Через широкую галерею с портретами выдающихся деятелей Верховии я двинулся к парадной зале, нарушая гробовую тишину звуком своих шагов. Асанна уткнулась лицом в грудь, её пальцы стали теплеть, дрожь постепенно затихала. Мы не разговаривали, я не мог отвлекаться, боясь потерять контроль над пространством.

Асанна чувствовала моё состояние, и постаралась выключить свои эмоции. Она не произнесла ни звука, когда мы вошли в открытые двустворчатые двери парадного зала, и Асанна повернула голову. Любая другая, наверное, забилась бы в истерике, увидев представшую перед нами картину.

Поле сражения состояло из безмолвных неподвижных фигур в разных позах. В огромном пространстве одномоментно застыли стрелы, летящие из арбалетов, руки с оружием, занесённые для удара, застыла кровь из ран, застыли даже осколки, брызнувшие в воздух из разбитого витражного окна.

Люди были способны только дышать и видеть окружающую действительность, не в силах её осознать. На лицах смятение, страх, паника, потому что всё вокруг выглядит полнейшим безумием.

Гвардейцы перемешались с мятежниками, большинство лиц мне не знакомо. Я двигаюсь сквозь застывшую толпу, которая провожает меня ошарашенными взглядами, не имея возможности даже повернуть голову вслед за мной.

Стараюсь никого не касаться, огибаю оцепенелые фигуры, высматривая друзей. В середине зала большое скопление людей. Мне надо попасть туда. Ставлю Асанну на ноги, слышу, как учащённо бьётся её сердечко, смотрю в напряженно — испуганное лицо. Мы чувствуем вокруг море агрессии — словно поднявшийся над нами огромный водяной вал, внезапно застывший на короткий срок. Неверный вздох, и море погребёт нас под собой.

— Не притрагивайся, — бесстрастно тихо командую ей.

Смотрю по сторонам в поисках знакомых силуэтов. В глазах мешанина из тел, крови, оружия.

— Мне кажется там Веригла, — шепчет Ася, — боясь звуком голоса пошатнуть застывшее пространство.

Высокая фигура Вериглы, действительно, замерла чуть в стороне от эпицентра битвы. Я медленно двинулся к капитану команды Мирограда, Ася следовала позади след в след, держась за мою руку. Веригла стоял ко мне спиной, чтобы не напугать, я обошёл его и коснулся плеча.

Он отмер, вздохнув полной грудью, опустил руку с мечом, отбивавшую удар гвардейца, открыл рот, чтобы зарычать в своей манере.

Я приложил палец к губам.

Молчи. Объясню позже

Эмоции могут раскачать меня, нужен полный контроль над собой.

Веригла цепко уставился мне в глаза, ожидая дальнейших указаний.

— Прикосновением легко разморозишь свою братию. Гвардейцев в наручники.

Веригла кивнул. Кажется, пронесло. Теперь вперёд.

Асанна прерывисто дышала, вцепившись в руку. Мы шли сквозь толпу, сталкиваясь с взглядами, скованных непонятной силой людей. Лоб покрылся испариной, я вдруг отчётливо ощутил тяжесть своего дара. Ноги заплетались, по спине ручьём катился пот, меня шатало, пальцы сжались на древке топора.

Сзади неожиданно раздался восторженный рёв, пространство вздрогнуло, и зал резко наполнился звуками битвы: воплями людей и звоном оружия. Я не удержал магию, и мы оказались в центре битвы.

Очутиться среди оживших разъярённых вояк вместе с Асанной — худший кошмар сотворённый реальностью. Отчаянный всхлип Аси пробил все мои защитные слои. Впервые в жизни я почувствовал первобытный страх. Меня ошпарило, будто кипятком. Висок прострелило болью. В побелевшие пальцы Аси я мгновенно вложил