За что ты меня так любишь? - Эмми Мира

А что были бы, если я не приехала прошлым летом к маме и не познакомилась с Сашей вовсе?..

От такой перемены в жизни защемило в сердце. Нет, я бы не пошла на такое точно. Как бы больно не было, сколько бы проблем не появилось у меня из-за этого человека, я бы не стала ничего менять. Потому что то счастье, которое со мной случилось, гораздо сильнее.

Так, почему я все ещё дома, хожу по комнате и меряю ее шагами? Почему я не сижу в машине, которая летит в сторону больницы?

Потому что я боюсь. Боюсь, что быть вместе нас никак нельзя. От этого страдают люди. От этого умирают люди.

Я села на ковер, обхватила колени руками и положила подбородок. Да, из-за нас умирают люди. Миша, осознав, что натворил, принял смертельную дозу наркотиков. И чтобы его точно не успели спасти, он заперся в ванной комнате. Скорая, полиция и сотрудники МЧС нашли его лежащим на коврике под раковиной.

Он не оставил предсмертной записки, но мы все прекрасно понимали, что Миша выполнял чей-то приказ. Сам бы он вряд ли решился на такой страшный поступок — украсть человека и убить его. По крайней мере, я хотела в это верить.

От мыслей, что я могла умереть в том подвале, у меня снова закружилась голова, в нос ударил четкий запах газа. Мне срочно нужно было уйти из своей комнаты, где были настежь открыты окна. Нет, находиться здесь — пытка.

Я выбежала из комнаты, но резко остановилась у соседней двери. Я поняла, где должна быть…

Так я оказалась в постели Саши. Я забралась под одеяло и накрылась им, пытаясь вдохнуть его запах, который сохранился в постельном белье. И сработало. Я не заметила, как уснула.

А когда проснулась…

— О Боже! — подскочила я, увидев, что Саша лежит рядом. Он тут же открыл глаза и тоже сел.

— Что?.. что случилось? — рассеянно спросил он, оглядывая комнату. — Я уснул… должен был…

По глазам я поняла, что к Саше возвращается реальность. Он тут же с опаской посмотрел на меня, а я никак не могла отвести взгляд. Вот он! Живой. Живой!! Мой!

— Я так рада, что ты снова… дома, — только и смогла вымолвить я, не моргая.

— Я тоже рад, что ты здесь, — хриплым голосом произнес он.

Я теребила пальцами одеяло, но все еще не отрывалась от его глаз. Как же хотелось залезть к нему в голову и понять, о чем он думает…

* * *

Как же хотелось залететь к ней в голову и понять, о чем она думает. Хочет меня прогнать? Или чтобы я остался? Хочет кричать на меня? Или помириться наконец-то?

Я понял, что молчать дальше нет смысла. Нас ждал разговор, тянуть время уже не было сил.

— Я очень испугался, что могу потерять тебя.

Конечно, я мог кинуться на нее, схватить, прижать к себе, покрывать лицо руками и клясться в любви, но я боялся, что только отпугну ее.

Господи! Сколько страхов приносит любовь!

— Я тоже… очень испугалась, когда узнала, что ты был там тоже.

Аврора ответила очень тихо, мне пришлось даже напрячь слух, чтобы понять ее.

— Я думала, что сойду с ума, когда увидела тебя в реанимации.

— Ты приходила? — удивился я.

— Да! Конечно! — воскликнула она и придвинулась чуть ближе ко мне.

— Мне никто не сказал об этом.

— Мне тоже про тебя не говорили. Пытались скрыть информацию о твоем состоянии, считая, что мне так было легче. А я только и могла, что думать о тебе.

Ее откровение меня поразило — пока я думал, что она готова сбежать от меня поскорее, Аврора все также искренне и доверчиво была рядом.

— Знаешь… я думал, что ты уже уехала к отцу.

— Я хотела дождаться тебя. Убедиться, что все в порядке.

Я поднял руку и практически невесомо погладил ее по щеке. Она не отпрянула, не ударила меня, а лишь продолжала также смотреть на меня своими огромными глазами.

— Я мысленно прокручивал этот разговор в голове снова и снова.

— И что ты планировал мне сказать? — спросила она.

— Я приношу тебе только беды. Из-за меня ты чуть не погибла в том подвале. Из-за меня ты страдаешь, калечишь свое тело татуировками, плачешь, портишь отношение с друзьями… Я не могу и дальше заставлять тебя проходить через это.

Я бы мог продолжить, но она прижала указательный палец к моим губам. От такого легкого и даже наивного прикосновения у меня замерло сердце.

— Так… а что ты ХОТЕЛ сказать?

Я сделал глубокий вдох и также тяжело выдохнул.

— Что люблю тебя. И ни за что не отпущу.

* * *

В шесть утра я проснулась без будильника. Слегка поерзав, я попыталась освободиться от цепких рук, прижимавших меня к теплой груди. Я понимала, что нужно выбраться и вернуться в свою комнату, сделав вид, что я там ночь и провела. Но так хотелось остаться, чтобы дальше чувствовать его рядом с собой.

После его признания мы больше не сказали друг другу ни слова, не считая тех непристойностей, от которых в другой ситуации у меня горели бы уши. Боже!.. что я несла! Остается надеяться, что Саше вышибет память, и он не будет меня дразнить моими же высказываниями…

Я снова попыталась выбраться из кольца, но тут он тихо зарычал и ещё крепче прижал к себе. На мое лицо упала прядь волос, я пыталась ее сдуть, но безуспешно. Тогда я все же как-то освободила одну руку и заправила волосы за уши.

— Ну-ка хватит! — пригрозил он еле слышно.

— Я просто… убрать хотела, — прошептала я в ответ.

Он опустил голову и зарылся в мои волосы, слегка касаясь губами шеи. От этого легкого поцелуя по телу разлилось тепло. Я прикрыла глаза и часто-часто задышала.

— Ещё одно движение, и я проснусь окончательно, — предупредил он. И мне не стоило даже спрашивать, чем же он решит заняться, если все же проснется. Воспоминания от прошлой ночи были еще горячими. Или это были его руки? Я