Катастрофа в две полоски - Алекс Коваль

Во что эти авантюристы недоделанные умудрились меня втянуть? И как вообще эта катастрофа-Валерия умудрилась уговорить Броневицкого? Ума не приложу! Особенно в свете того, как мы с Павлом буквально утром разругались в пух и прах, по большему счету, конечно, из-за моей несдержанности.

– Ты сейчас закипишь, как чайник, того и гляди из ушей пар повалит, а крышечка засвистит, – хохотнул Костян, за что получил выстрел взглядом в голову. – Да ладно тебе, Мир! Выдохни. Все будет в шоколаде.

– Главное, чтобы не в другой субстанции аналогичного цвета.

Массовик затейник, твою мать!

Вообще в нашем тандеме именно Костяну свойственно из любой фигни раздувать слона и паниковать. Но в данном случае что-то пошло не так. И чем дальше, тем больше я себе напоминаю дрожащую от паники истеричку.

– Чем вы вообще думали, Костян? Коллекция за ночь? Серьезно?!

– За сутки, вообще-то.

– Слабое утешение. У нас помимо нее еще масса работы.

– Уже поздняк давать заднюю, смирись.

– Это было очень дермовое решение – дать девочкам адрес офиса Павла. Не знали бы, куда идти, у нас была бы еще возможность их остановить.

– Да не пыхти ты, Мир. Ради тебя же Совина и старается. Тем более, разве ты ее не успел узнать? Если надо, твоя Валерия и из-под земли достанет и адрес, и самого Броневицкого. А нам такое развитие событий однозначно на руку.

– При условии, что мы умудримся все успеть. В чем лично я сильно сомневаюсь.

– Ты, главное, свое барское “ату” нашим дизайнерам дай, а потом можешь хоть всю ночь жрать себе мозг и нудить, что мы ни хера не успеем. Главное, делай это про себя и где-нибудь в дальней комнате своего чертовски огромного домины! – ухмыльнулся и похлопал меня по плечу до ужаса спокойный финдиректор, переключая внимание на свой телефон, который начал трезвонить. Судя по отрывкам долетающих до меня фраз и голосу собеседницы, звонила Лера.

В сердце что-то предательски защемило, и злость как-то тихо, незаметно отошла на второй план. Я начал прислушиваться. С замиранием, как гребаный маньяк, ловить каждый, едва слышимый звук, нотку, интонацию ее голоса, щебечущего в трубке Костяна.

Слушать и завидовать. Тому, что звонит Совина не мне.

Лера

Поверить не могу, что я это сделала!

Конечно, с поправкой на кое-какие щекотливые мелочи и условия, что Мирону могут совсем не понравиться, но я убедила Павла Олеговича в необходимости совместной с “Т и Ко” коллекции.

Как по мне, это была стопроцентная победа. А со свадьбой и “просьбой” Пал Олеговича разберемся потом. Надеюсь. Думаю, Мирон не откажет старичку-добрячку в такой мелочи, что тот попросил.

Я бы не отказала.

Из офиса Броневицкого я вылетала, как на крыльях, и, только в лифте вспомнив, что обещала доставить обед голодным бедолагам из отдела кадров, заставила себя вернуться на этаж компании и потратить пару лишних минут на “доставку”.

И нет, это определенно не мое. Даже если сильно прижмет, лучше полы мыть пойду, чем бегать с контейнерами по всему городу с языком наперевес за жалкие копейки.

Хотя, как мне частенько говорит папуля, не говори “гоп”, пока не перепрыгнешь. Людям свойственно меняться. Так же, как и их мнению.

Б-р-р-р.

От такой перспективы даже слегка перекосило.

– О, Лера! Ну, что? Как?! – подскочила и понеслась мне на встречу Сонька, стоило мне только показаться на крыльце.

– Мы сделали это! – сообщила я радостно, чуть не оглохнув от визга девчонок, которые тут же бросились обниматься и танцевать совершенно несуразный “победный танец”, нелепо размахивая руками и ногами под удивленными взглядами прохожих.

Я улыбнулась, присоединяясь к общему ликованию.

Неплохая из нас, однако, получилась команда.

Обменявшись с новой знакомой номерами и распрощавшись, мы с Сонькой пошли в ближайшее кафе. Организм после утренних потрясений и волнений требовал еды и небольшой передышки.

Волнами накатывала слабость, которая, как красный предупреждающий сигнал, напоминала мне о моем интересном положении, в котором нужно хоть капельку, но поберечь себя и свои силы.

Сделав заказ, оттуда же я позвонила Косте, который успокоил меня, сообщив, что Мирон, конечно, был зол, но четвертовать нас не собирается. Поорал, попыхтел, но после непродолжительных уговоров согласился поучаствовать в нашем безумном “предприятии”. А сейчас генеральный директор в компании финансового и с командой своих лучших дизайнеров держит путь в сторону загородного дома Мира.

Там и было решено встретиться.

Еще секунда, и на телефон приходит адрес. А через полчаса, как и было оговорено, Пал Олегович подъехал к кафе за нами с Сонькой, предварительно собрав свою бригаду “ух” из трех лучших ребят из отдела дизайна, которые ехали за нами в служебном авто.

Когда я забиралась в похожий на мироновский черный внежорожник Броневицкого, адреналин захлестывал в крови. Сердце выдавала гулкое “бум-бум”, а все естество охватил благоговейный трепет перед чем-то новым, глобальным. По рукам побежали предвкушающие грандиозный вечер мурашки, а чувство, что ты причастна к чему-то новому и масштабному, пьянило не хуже шампанского, бутылку которого, я надеюсь, мы все вместе дружно разопьем на презентации новой коллекции, совмещенной с благотворительным вечером в пятницу…

По крайней мере, план был таков.

Глава 23. Мирон и Лера

Мирон

– Мирон Александрович, а где у вас кабинет?

– Налево, прямо по коридору.

– Мирон Александрович, куда двигаем этот стол?

– Куда хотите, Дима!

– Мирон Александрович, что решаем с набросками нашей коллекции?

– Понятия не имею. Пока. Ждем команду Броневицкого!

– Мирон Александрович...

И такое уже полчаса летит ко мне буквально из всех щелей огромного дома, который с таким количеством “гостей”, кажется, сузился до размера спичечного коробка. Сыплюся вопрос за вопросом, разрывая мою и без того больную голову. Тогда как Костян с важным видом распушившего хвост павлина развалился на диване и самоустранился от кипиша, закопавшись в бумагах.

– Мирон Александрович, а что…

– А как...

– А мы…

– А вы...

Твою мать!

– Так, стоп! – прерываю этот жужжащий поток просьб, вопросов и предложений, останавливая мельтешащих, как мухи перед глазами, работников.

Все в гостиной замирают, как в каком-то кино, поставленном на паузу, с чем были, как были и где были, и смотрят на меня глазами с немым вопросом “что такое случилось?” Ровным счетом ничего. Просто еще пять минут, и моя голова взорвется вместе с моим ангельским терпением, млять.

– Выдохнули все.

И я в том числе.