Лучшая месть - Стелла Камерон

Ник Серб, тощий, застегнутый на все крючки и пуговицы свеже-отглаженного мундира цвета хаки, застыл в уставной позе в единственной тесной приемной городского медицинского центра: черные сверкающие ботинки расставлены ровно на столько дюймов, на сколько положено, голубой стетсон с серебряным галуном молодцевато зажат под мышкой, в свободной руке раскрыт наготове чистый блокнот. При появлении Далласа и Рей он с нетерпением принялся грызть свою зубочистку.

— Надутый урод! — прошипел сквозь зубы Даллас.

— Бедная Линсей-Мэй, — ответила Рей. — Это все из-за меня!

Далласу не оставалось иного выхода, кроме как прихватить ее с собой. Не могло быть и речи о том, чтобы оставить ее в Свит-Бее, под крылышком у Фенси, да к тому же искательница приключений все равно нашла бы способ пробраться сюда самостоятельно.

— Не думаю, что ей совсем плохо, — возразил Келхаун, придерживая Рей за локоть. — Мне сказали, что мы могли бы приехать и повидаться с ней.

— Но только по одному и очень недолго. Так меня предупредила медсестра, — добавила Рей.

— Добрый вечер, Даллас, — сказал Ник, когда они подошли совсем близко. — Прости, что пришлось побеспокоить тебя из-за этой чепухи. Я говорил, что не стоит тебе звонить, но они…

— Не расстраивайся, — перебил Даллас. Похоже, Ник вот-вот готов был выложить что-то, не предназначенное для ушей Рей.

— А вы что, стоите здесь на страже, мистер Серб? — поинтересовалась она. — Неужели неприятности начались и здесь, в больнице?

Даллас тревожно заглянул ей в лицо. Бледное, с широко распахнутыми глазами, оно тем не менее выглядело достаточно сдержанным.

— Я просто поджидал здесь мистера Келхауна, миссис Мэдди. — И Ник послал Далласу многозначительный понимающий взгляд. — В этом ведь нет ничего странного, верно, Даллас?

Просто решил тебя поддержать по-соседски. Наш Глори — старый город, мэм. И те из нас, у кого общие корни, обычно держатся вместе. Посторонние здесь не в почете.

«Вот это да!» — подумал Даллас, но предпочел пропустить реплику Ника мимо ушей, а вслух сказал:

— Линсей-Мэй просила позвать меня?

— Вы имели в виду вообще всех посторонних? — уточнила Рей.

Ник расставил ноги пошире, спрятал блокнот в карман и провел пальцами по блестящему галуну на шляпе.

— Ну… — он нахмурился, а зубочистка перекочевала из одного угла рта в противоположный, что должно было означать крайнюю степень задумчивости, — …пожалуй, можно сказать так: здесь не очень-то жалуют чужаков. А особенно таких, от которых только и жди неприятностей.

— И вы полагаете, что именно такие настроения побудили кого-то прострелить колесо на моем джипе?

— Видите ли, мэм, — Ник старательно прокашлялся и расставил ноги еще шире, — видите ли, я не стал бы делать выводы до того, как ознакомлюсь со всеми обстоятельствами, но вам не следует забывать, что у нас в округе полно охотников…

— Линсей-Мэй лежит в этой палате? — Рей многозначительно взглянула на Далласа и подошла к двери, заслоненной фигурой Ника. Ник не ответил, и она переспросила: — Это здесь? О'кей. Линсей-Мэй предложила мне свою дружбу, и я приняла ее. Она очень милая женщина. И она направлялась именно ко мне, когда произошла катастрофа. Может, вам следует просто постоять здесь на посту, пока я сама посмотрю, как ей можно помочь? — Она тихонько постучала в дверь и приоткрыла ее, шепотом окликнув: — Линсей-Мэй!

Даллас, стараясь не встречаться с Ником глазами, вошел в палату следом за Рей.

— Добрый вечер, Даллас. — Базз, почти точная копия Ника Серба, разве что с меньшим количеством серебра на галунах, вскочил со стула, придвинутого вплотную к одной из кроватей. Вторая кровать оставалась свободной. — Добрый вечер, миссис Мэдди… то есть, конечно, Рей. — Парень улыбался от уха до уха, и от Далласа не укрылось, с каким восхищением тот глазел на Рей. Это не должно было его злить, но он разозлился.