Ошибка смерти - Нора Робертс

– Обязательно. – Рорк сел, спустив ноги с кровати. – И не пару часиков, а больше.

– Ты не обязан вставать.

– Еще совсем недавно ты пела другую песню. – В ответ на ее ухмылку он легонько шлепнул ее по заду, проходя мимо. – Давай примем душ, может, потом вместе вернемся в постель еще до рассвета.

Сначала Ева попыталась дозвониться Кандиде Марроу, но ее отфутболили на голосовую почту. Она оставила сообщение и двинулась дальше по списку. Следующей в списке числилась сводная сестра.

– Отлезь, – произнес хриплый приглушенный голос.

– Брайер-Роз Марроу?

– Ты хоть знаешь, который час, мать твою?

– Там, где вы, или там, где я? Я лейтенант Ева Даллас, Департамент полиции и безопасности Нью-Йорка. Вы Брайер-Роз Марроу?

Бесформенная куча на постели, увенчанная взъерошенной копной черных волос с отдельными высветленными прядями, пробормотала:

– А тебе-то какого хрена?

Ева подумала, что и сама в сходных обстоятельствах проявила бы не больше любезности, и решила быть терпеливой.

– Вы Брайер-Роз Марроу? У вас есть сводная сестра по имени Тэнди Уиллоуби?

– Ну и на хрена тебе?

– Когда вы в последний раз виделись с сестрой, мисс Марроу?

– Черт… – Бесформенная куча зашевелилась, отбросила назад вихор и обнажила бледное лицо с заспанными глазами, обведенными жирным черным контуром, и полными губами, по которым размазалась помада.

– Откуда ж на хрен мне знать в восемь гребаных часов гребаного утра?! Ты кто такая-то, а?

– Лейтенант Даллас, Нью-Йорк.

– Полиция? Какого хрена копам нужно от Тэнди? Нью-Йорк? Черт, я ж еще даже кофе не пила. – Брайер-Роз потерла лицо, потом почесала живот через простыню. – Разрази меня гром, сколько же оргазмов у меня было прошлой ночью?

– Это ваше глубоко личное дело.

Женщина фыркнула.

– Да это коктейли, а не то, что ты думаешь, а жаль. Какого хрена ты будишь меня ни свет ни заря в воскресенье из-за Тэнди?

– Вам известно, что она несколько последних месяцев живет в Нью-Йорке?

– В Нью-Йорке? Чтоб мне сгореть! Нет, ты это серьезно? Без балды? Мышка Тэнди в новой норке. Где? В Нью-Йорке?

– Насколько я понимаю, вы с ней давно не общались.

– Да где-то… – Брайер-Роз запустила пальцы в волосы, почесала голову, потом подползла через всю постель к ночному столику и принялась шарить среди полного разгрома, пока не нашла какую-то подозрительного вида сигарету. – Я пытаюсь вспомнить. Ну, может, в июне. А что? Ты же не хочешь мне сказать, будто она сделала что-то незаконное. Только не наша девочка.

– Она пропала.

– Ей что, срок светит? – Брайер-Роз несколько раз щелкнула зажигалкой, но опустила ее, так и не выбив искры. – В каком смысле «пропала»?

– В самом прямом. Ее никто не видел с прошлого четверга.

– А может, она решила послать все на хрен?

– В каком смысле? – спросила теперь уже Ева.

– Ну, знаешь, пустилась в загул? В запой? Хотя вообще-то Тэнди на это не тянет.

– Я в этом сильно сомневаюсь, тем более в ее состоянии.

– А что еще за состояние?

– Вам известно, что Тэнди беременна? Что она должна родить через несколько дней?

– Что? Какого хрена? Чтобы Тэнди мяч поймала? Да не свисти. – Но ее взгляд окончательно утратил сонное выражение. – Дай мне одну гребаную минуту. – Брайер-Роз сползла с постели, и, к легкому изумлению Евы, выяснилось, что на ней, по крайней мере, оказались трусы. Она выхватила нечто вроде красной хламиды из вороха одежды и накинула ее на себя. – Ты хочешь сказать, что Тэнди залетела и никто не знает, где она?

– Да, именно это я вам и говорю. Вы утверждаете, что не говорили с ней с июня. Для вас это обычное дело? Столь долгий перерыв?

Брайер-Роз вернулась к кровати и села. На этот раз она зажгла сигарету.

– Слушай, мы с ней сводными-то были всего пару лет. Ее папаша-вдовец женился на моей мамаше, призовой суке, когда мне было четырнадцать. Сам-то он был ничего, довольно симпатичный. А потом он берет и клеит ласты в ДТП на М-4. Там была большая мясорубка, сечешь? – Брайер-Роз вздохнула и выпустила целое облако дыма. – Тэнди уже что-то там заканчивала и уже работу нашла. А моя мамаша, чтоб ей, потащила меня в Сассекс, догоняешь? Тэнди хотела наладить отношения, несколько попыток предприняла, но призовой суке было начхать. Я при первом же случае слиняла обратно в Лондон, но я была не в синхроне, въезжаешь? Я была в сплошном загуле, мне бы только погудеть да перепихнуться. На хрен мне сдалась вся эта морока со старшей сестрой, если она – такой болотный стандарт, что сдохнуть можно? Я-то шаталась по барам, тянула брандахлыст да сшибала перцев. Нет, ну, пару-тройку раз мы с ней виделись. Когда ей удавалось меня отловить.

Брайер-Роз глубоко затянулась сигаретой.

– Даже когда я нашла приличную работу и притормозила немного, нам просто нечего было сказать друг другу. Я видела ее прошлой весной. Она мне позвонила, сказала, что нам нужно поговорить.

– И о чем вы говорили?

– Да не было никакого разговора. Не получилось. Я видела, что она хочет вроде как по душам поговорить, думала, может, у нее помолвка или еще какая-нибудь такая хрень типа продвижения по службе. Я была в кусках: связалась с одним перцем, а он меня бортанул ради какой-то чувы. Ну и хрен с ним. Мы с ней пересеклись, выпили по чашке кофе. Ну, я ей прямо дала понять, что на хрен мне сдалась вся эта байда, и отвалила.

Продираться к сути сквозь весь этот незнакомый сленг было нелегко, но Ева восприняла это как весьма стимулирующий вызов. Ей казалось, что в общем и целом она все поняла правильно.

– Других контактов не было?

– Ну, я чувствовала себя полной задницей и через пару недель потащилась к ней на квартиру каяться. И тут оказалось, что она слиняла. Они мне ничего не сказали, сказали только, что она съехала. Кажется, в Париж укатила. Ну, тут я, ясный хрен, разозлилась, что она свалила, а мне не сказала. Ну а чего делать-то? Я плюнула да пошла. Это правда, что она ребенка ждет?

– Чистая правда. Вы знакомы с Аароном?

– Пересекались пару раз. Они крепко спелись. Можно сказать, жили вместе. Он с ней там, в Нью-Йорке?

– Насколько мне известно, нет. Вы знаете его фамилию, контактный телефон, адрес?

– Аарон Эпплби, живет вроде бы в Челси. Пишет для «Таймс». Ты хочешь сказать, этот чувак загнал ей мяч в ворота, а потом выставил?

– Это мне придется выяснить у него самого. Она встречалась с кем-нибудь еще?

– Кто, Тэнди? Только не наша девочка. Нет, у нее мог быть только один за раз. У них все было прочно, тянулось месяцами. Ублюдок! Может, она вернулась домой? Может, хочет стребовать с него, что положено? Я кое-кому позвоню. Девушка хочет быть дома, когда вот-вот станет мамой, верно?