Воздух, которым он дышит - Ш. Бриттани Черри

– У тебя что-то фиолетовое на губах, Сэм, – сказала я, когда зашла в кафе на мою смену.

Он быстро убежал, зажав рот обеими руками, я заметила, что его щеки краснеют.

В последние несколько недель Мэтти стал отправлять Сэма на кухню, чтобы тот учился готовить по меню. Он выглядел таким счастливым, занимаясь наконец-то тем, что любит, и, оказалось, он был крут.

– Спасибо, – сказал он, поднимая стопку тарелок, чтобы отнести в зал. Когда он выходил, а Фэй заходила, они станцевали неловкое танго – кто-кого-пропустит-первым.

Когда Фэй увидела меня, она закричала в мою сторону, приветствуя.

Я улыбнулась:

– Симпатичная фиолетовая помада у тебя, подруга.

Она улыбнулась:

– Спасибо! Недавно купила.

– Клянусь, что видела ее раньше.

– Неа. – Она покачала головой. – Я получила ее только вчера вечером.

– Нет, я имею в виду – думаю, я видела ее пять секунд назад на губах Сэма.

Ее лицо раскраснелось, и она сложила пальцы вместе, бросаясь ко мне.

– О, черт, дерьмо! Жуть – Сэм носит такую же помаду, как у меня? Мне нужно подобрать новый цвет.

Я подняла бровь:

– Ты несешь полную чепуху. Ну-ка скажи мне.

– Сказать что?

– Твое прозвище для его САМА-ЗНАЕШЬ-ЧЕГО.

Она закатила глаза.

– Боже мой, Лиз. Нам почти тридцать. Ты думаешь, мы когда-нибудь прекратим вести себя, как пятилетние?

Ее голос был серьезен. Пока она подходила к кассе, чтобы пробить клиенту датский сыр, я задавалась вопросом: может, она и правда взрослеет, – до тех пор, пока она не заорала на весь зал:

– Суперразмерный Сэм!

Я расхохоталась.

– И подумать только, все последние месяцы ты убеждала меня, что Сэм подонок.

– Ах нет. Он полный урод. Например, он сделал действительно жуткую вещь вчера вечером, – пояснила она, вытаскивая стул и плюхаясь на него.

Я же терялась в догадках, как ей удается сохранять работу в этом заведении.

– Что он сделал? – спросила я, садясь напротив нее. Если вы не можете уволить их, присоединитесь к ним.

– Ну, для начала он всегда спрашивал меня, как я, что просто странно. Это почти так, будто он хочет знать обо мне все.

– Чувак. Да, это совсем извращенно, – издевалась я.

– Правильно! И потом! Вчера вечером он пришел ко мне, и я спросила, где он хочет трахнуться, а он такой – «нет, я хочу пригласить тебя в какое-то фантастическое место». А я такая: чего?! И потом, после ужина и напитков, он проводил меня до моей двери, поцеловал в щеку и сказал, что хотел бы прогуляться со мной еще раз! Он даже не пытался удовлетворить мою киску прошлой ночью.

– ВОТ УРОД!

– Я ЗНАЮ! – Она сделала паузу, оглядываясь на кухню, где Сэм приступил к работе со сковородкой. Крошечная улыбка играла на ее губах, прежде чем она повернулась ко мне. – Он не такой уж жуткий, наверное.

– Нет, я думаю, нет, я так рада, что он приступил к работе на кухне. Я помню, он рассказывал, как сильно хотел этого.

– Да, и он просто чертовски крут там.

– Я удивлена, что Мэтти позволил ему готовить.

– Он вроде как вынужден был. Я шантажировала его, угрожая отправить видео, где он танцевал голым под «Спайс Герлз», всем, кто здесь работает, если он не даст Сэму шанс.

– Ты ужасный человек, Фэй. – Я поднялась со стула и вернулась к работе. – Но ты мой очень хороший друг.

– Это Скорпион во мне. Я люблю тебя, пока ты не сделаешь что-то, чтобы разозлить меня, после чего я становлюсь твоим личным Сатаной.

Я засмеялась.

– Вот дерьмо! – закричала Фэй, вскочив со стула, опустила руки мне на плечи и развернула меня от окна. – Ладно, только не паникуй.

– По поводу?

– Ну, помнишь, когда умер твой муж, ты исчезла на год и затем вернулась, но была очень подавлена и начала добиваться мудака, который на самом деле был не мудак, а просто чувак, испытывающий боль, потому что его жена и сын погибли? И тогда вы двое как будто впали в странные секс-отношения, где притворялись, что вы оба были еще кем-то, но потом, в один прекрасный день, вы поняли, что хотите быть друг с другом самими собой, что значило, что вы влюбились. И потом ты поняла, что твой муж был вовлечен в гибель его семьи. Это было странное дерьмо, и этот чувак уехал из города, почему-то подумав, что это нормально – не оставить тебе даже записки, но которые оставлял потом, из-за них ты была еще более растерянная и обиженная – «как он может, он ведь чувствует, как я злюсь четыре недели в месяц и даже не могу поесть мороженого «Бен и Джерри», ведь мои горячие слезы каждый раз растапливают его». Ты помнишь все это?

Я моргнула несколько раз.

– Да, кажется, звучит знакомо. Спасибо за экскурс в прошлое, по переулкам моей памяти.

– Да на здоровье. Ну ладно, не психуй, тут вот в чем дело. Тот чувак, в которого ты влюбилась, он через дорогу. В магазине вуду.

Я обернулась и увидела Тристана, стоящего в магазине с мистером Хэнсоном. Мое сердце взлетело от груди к горлу, и я почувствовала, как мое тело нервно покалывает.

Тристан.

– Ты сходишь с ума, – сказала она.

Я отрицательно покачала головой.

– Я не готова.

– Ты сходишь с ума, – повторила она.

Я кивнула.

– Да, – голос дрожал. – Что он здесь делает?

– Я считаю, что ты должна выяснить, – сказала Фэй. – Ты заслуживаешь ответа на все эти проклятые записочки.

Она была права. Мне нужно было знать. Мне нужно было закончить это. Мне нужно было двигаться дальше. Отпустить надежду, что он когда-нибудь вернется за мной – ведь я еще ждала.

– Мэтти, у Лиз перерыв на обед, – закричала Фэй.

– Она только что пришла! И время завтрака!