Вишневое лето - Карина Бартш

Мои слова навели Элиаса на мысль.

— Хочешь увидеть, что ты сделала?

Он не стал дожидаться ответа, а просто задрал футболку, показывая свой невероятно привлекательный живот. Я следила за тем, как сантиметр за сантиметром обнажаются кубики пресса, и только когда его пальцы остановились на здоровенном синяке на ребрах, я сумела оторвать взгляд от его пресса.

— Вау! — сказала я, чувствуя гордость за дело своих рук.

В ответ Элиас улыбнулся.

— Да нет, я имел в виду синяк.

— Я тоже, придурок!

— А чем именно вы занимались? — спросила Алекс, нахмурившись.

— Это долгая история, и, поверь, он получил ровно то, что заслужил.

— Расскажешь мне при случае, — сказала Алекс и зевнула. — А сейчас я пойду в постель. Я всю ночь не спала и ужасно устала. — Она поднялась с дивана и потянулась. — Спокойной ночи! И наслаждайтесь, чем бы вы ни занимались.

Алекс развернулась и потопала в свою комнату с влюбленной улыбкой на лице.

Я продолжила смотреть ей вслед, даже когда она скрылась за дверью.

— Ты все же проверь ее на наркотики, — сказала я негромко.

— Как видишь, как оказалось, «тот самый» — это не сказки, — ответил мне Элиас.

— Для некоторых — да, — сказала я и отпила кофе. Элиас снова уставился на меня. Поэтому я поспешила допить кофе одним глотком, поставила чашку на стол и отправилась в ванную комнату, чтобы освежиться.

Когда я привела себя в порядок и вышла из ванной комнаты, я направилась в гостиную, чтобы попрощаться с Элиасом. Дома меня ждал непочатый край работы.

— Только не говори, что ты уходишь, — надулся он.

— Именно это я и делаю! Пока, Элиас! — я помахала ему и направилась к дверям.

— Подожди, — сказал он, поднимаясь, — я тебя отвезу.

— Не нужно, через десять минут будет автобус.

— Ты предпочтешь ехать на автобусе, когда тебе предлагают прокатиться на «Мустанге»?

— Нет, конечно, — вздохнула я. — Но я и так уже должна тебе денег за бензин.

— Я ни за что не возьму у тебя деньги, — сказал Элиас, пытаясь заглянуть мне в глаза.

И ему это даже удалось.

— Позволь мне угадать, ты предпочел бы, чтобы я расплатилась другим способом?

Он приподнял брови.

— Это было предложение?

— Нет, констатация факта.

— Очень жаль, — сказал Элиас, подойдя чуть ближе.

Я отступила, сложив руки на груди.

— Такое чувство, что ты меня боишься, — сказал он.

— Конечно нет!

— Уверена? — сказал Элиас, подступая еще на шаг ближе.

— Абсолютно уверена! — заявила я, задержав дыхание.

— Тогда почему же ты всегда убегаешь от меня?

— Я не убегаю.

— Убегаешь.

Я покачала головой, а он кивнул и подступил еще ближе. Я тут же среагировала и сделала шаг назад.

— Вот видишь? — сказал Элиас.

— Это ничего не доказывает!

— Как я и сказал, ты меня боишься, — усмехнулся он.

— Ничего я не боюсь.

— Тогда просто стой на месте.

Элиас посмотрел мне в глаза, и я решила любой ценой доказать, что он не прав, поэтому осталась стоять на месте, дрожа от напряжения, пока он подходил все ближе и ближе.

— Вот видишь? — сказала я.

— Хм, может, я и ошибся, — прошептал Элиас, впиваясь в меня взглядом.

А потом он медленно склонился ко мне. Мое сердце с каждой секундой билось все быстрее и быстрее. Но когда его губы оказались в опасной близости от моей щеки, я взяла себя в руки, отступила и бросила на него угрожающий взгляд.

Элиас выпрямился. Он тяжело дышал и пристально на меня смотрел.

— Постепенно ты научишься мне доверять, — сказал он, схватил ключи от машины и открыл мне дверь.

— Не соблаговолит ли мадам?

Я подавила желание врезать ему между глаз и просто пошла впереди. Я приготовилась слушать его язвительные комментарии, но он больше ничего не говорил. И во время поездки Элиас тоже вел себя, как приличный человек.

Когда мы уже подъезжали к моему дому, Элиас сунул диск в стереосистему и начал жать на кнопки. В конце концов заиграла песня, и он удовлетворенно вернул руки на руль.

Я слушала первые такты песни, которая совсем не подходила Элиасу, но казалась мне смутно знакомой. А когда дело наконец дошло до припева, я услышала: «Ты холодна, как лед, ты сама знаешь, что холодна со мной, как лед…»

Эта песня, если судить по тому, как ухмылялся Элиас, должна была символизировать меня. Я улыбнулась, потому что он был в своем репертуаре.

Через пару минут мы остановились перед общежитием. Элиас припарковался, и, к моему удивлению, не попытался навязать мне свое общество дольше необходимого. Я поблагодарила его за поездку и вышла из машины.

Дома я засела за книги и занималась до самого вечера. И хотя мои мысли то и дело пытались перескочить на другую тему, я старалась концентрироваться на том, что было сейчас действительно важно. Но чем дальше, тем мне было труднее это делать. Но я продолжала заниматься и разобрала большую часть материала, который мне нужно было нагнать. Вопрос в том, буду ли я завтра помнить то, что выучила сегодня? Но я старалась смотреть в будущее с оптимизмом.

Все утро и большую часть дня я провела в одиночестве, а ближе к вечеру домой вернулась Ева и принялась мне досаждать. Когда она уснула, ее храп не давал мне сосредоточиться на учебе. Меня так раздражал этот звук, что из моих ушей был готов повалить дым. Я поняла, что нет смысла мучиться дальше, и убрала учебники.

Я отправилась в душ и там, под теплыми струями, попыталась хоть немного расслабиться. Когда я вернулась в комнату, было уже очень поздно, и сон был мне жизненно необходим. Но я все равно уселась за ноутбук, чтобы проверить почту. И не напрасно.

Дорогая Эмили,

как такая девушка, как ты, проводит воскресный вечер? Если судить по тому, что я о тебе узнал, ты с головой закопалась в книги и не даешь себе поблажки. Ты хотя бы хорошо продвинулась в своих заданиях?

Ты меня развеселила своими предположениями о том, что конкретно я имел в виду, когда писал, что не буду соответствовать твоим представлениям обо мне.

Ты ошиблась по всем пунктам — в том числе подозревая меня в том, что у меня две головы. И хотя я не хочу показаться высокомерным, должен сказать, что не считаю себя уродом. Я только хочу сказать, что у тебя создалось обо мне некое впечатление, и это совершенно нормально. И я боюсь, что не буду соответствовать тому, как ты меня представила. Я знаю, что ты любишь читать мои письма, но понравлюсь ли я тебе, когда мы окажемся лицом к лицу? Ты понимаешь, что я имею в виду, Эмили?