Тайная жизнь Лизы - Крис Манби

– Хорошо. Тогда еще раз покажи мне, где ванная.

Я открыла дверь в кладовку. Конечно, абсолютно случайно. Но, наверно, он подумал, что я шучу.

Сама я пошла в спальню Харриет, чтобы облачиться в «Донну Каран». Я отправила Брайана в «свободную» комнату, но я не буду настаивать именно на таком варианте, когда мы вернемся домой из ресторана. Я разложила самые невероятные комплекты нижнего белья. От Ригби и Пеллера – королевских модельеров, ни больше ни меньше! Когда я показала на модели в «Космополитен» комплект белья, который мне понравился, Руперт из нашего офиса согласился, что если что-либо и может заставить мужчину отказаться от двух билетов на чемпионат мира по регби, так это ночь с девушкой в вишневом бюстгальтере, такого же цвета стрингах и поясе с резинками. Ну, если это может отвлечь развратного Руперта от регби, то, безусловно, должно действовать и на нормального мужчину, у которого нет причин забывать обо всем, как только двадцать с лишним мужиков станут пинать надутый кожаный мешок.

Самые дорогие в моей жизни трусики придали мне уверенность, которая мне была необходима, чтобы не споткнуться от удивления, когда швейцар «Козерога» распахнул перед нами дверь.

– Заказывай что хочешь, – сказала я, а потом открыла меню и зафиксировала в мозгу астрономические цены. В карте Брайана цены даже не были указаны. Это было одно из таких мест. – Э-э, по-моему, замечательно, – сказала я, просматривая меню в попытке найти что-нибудь дешевле десятки. Может, хоть булочки. Я могла бы даже позволить себе две. – Выбирай что хочешь, – пробормотала я. – Спишу на представительские расходы. – О, если бы. – Скажу, что ты потенциальный покупатель, так что мы можем себе позволить любые безумства.

– Отлично, – сказал Брайан. – В таком случае начнем с шампанского?

Сомелье уже топтался неподалеку. Одновременно явились два официанта с чем-то под названием amuse bouche[29]. Я несколько смутилась и сказала им, что они, наверно, перепутали столик, потому что мы еще не сделали заказ.

– Мадам, это подарок от ресторана, – улыбнулся официант. Слишком высокомерен для человека, зарабатывающего на жизнь мытьем посуды, подумала я. – Это перепелиные яйца с карамелью. А это суши из тунца. А это, – сказал он, когда я выудила что-то, напоминавшее по вкусу волован с грибами, – эскарго в чесночном соусе.

– Улитки, – любезно перевел Брайан.

Моя рука инстинктивно дернулась ко рту, но я справилась с собой и не поперхнулась.

– Я думаю, все это надо залить шампанским? – спросила я, с трудом проглотив то, что было у меня во рту.

– Конечно. А какое возьмем шампанское?

– «Кристалл», – уверенно сказала я.

Брайан изысканно поднял одну бровь, официант поднял другую, но не так явно. А мои обе брови поползли вверх, когда я увидела, во сколько мне оно встанет.

– Я тут недавно выпила, наверно, ведро «Кристалла», – сказала я достаточно громко, чтобы это услышал сомелье, отправившийся за шампанским. – Это была вечеринка после шоу для «Голден бразерс». Знаешь «Голден бразерс»?

– Дизайнеры? – спросил Брайан.

– Да, самая модная пара в городе.

– Даже я про них слышал. А как ты с ними познакомилась?

– Через Мэри, – пришлось мне признаться.

– Мэри? – Брайан наклонился вперед, заинтересованный гораздо больше, чем моим упоминанием о «Голден бразерс». – Неужели Бедная Мэри? Ты часто ее видишь?

– Иногда.

– Чем она занимается?

– У нее свой небольшой бизнес, – уклончиво ответила я.

– Правда? Какой?

– Агент, – кратко ответила я. – Слушай, ты должен попробовать эти перепелиные яйца.

– Какой агент? – не унимался Брайан.

– Агент по поиску талантливых актеров, футболистов и так далее, – пробормотала я. – Организует различные контакты. Кастинг.

– Это очень интересно.

– Конечно. Не хочешь взять у меня половинку яйца? – сделала я очередную попытку.

– Ты говорила с ней о моем приезде? – спросил Брайан. – Потому что я очень хотел бы с ней встретиться, если это возможно.

– Я думаю, она очень занята.

– Ну не все же время. Мы могли бы ей позвонить.

Я нахмурилась.

– Что такое? Вы поссорились?

– Нет, – улыбнулась я. – Совсем нет. Я просто думаю, сможет ли Мэри найти время для встречи с нами.

– Найдет, когда узнает, что я в Англии. Мэри сделает все что угодно для старых друзей.

Я чуть не фыркнула в бокал с шампанским, который как раз принес усердный сомелье. Все что угодно для своих друзей. Ха! Если бы Брайан знал. Я буркнула это себе под нос и на этот раз действительно плеснула шампанское на ее платье.

– Добрая старая Мэри, – вздохнул Брайан. – Знаешь что, пусть нашим первым тостом сегодня будет тост за старых друзей. За Мэри и Билла.

Я подняла бокал.

– За Мэри и Билла.

– Мы должны позвонить ей, как только придем домой, – сказал Брайан.

* * *

Весь вечер меня преследовала мысль, что Брайан потребует позвонить Мэри, как только мы вернемся в квартиру. Меньше всего мне хотелось, чтобы он увидел, насколько успешной и интересной стала Бедная Мэри. И хотя она обещала никому не рассказывать о моем секрете (за исключением своих элитарных друзей, которых эта история может позабавить), я решила не сводить Мэри и Брайана вместе: это была единственная гарантия, что она не выдаст меня каким-нибудь неосторожным замечанием, например как хорошо я выгляжу в ее платье, ее ожерелье или в чужой квартире.

Но на Брайана накатила волна ностальгии. Он хотел говорить о прошлом, вспоминать время в Оксфорде, и я была благодарна ему, потому что это избавляло меня от необходимости объяснять фиктивное настоящее. Правда, меня не слишком радовали его воспоминания: он вспоминал не то, как мы обнимались в спальнях колледжа, а то, как мы слонялись вчетвером: Брайан, Билл, Мэри и я.

– А помнишь, как Билл и Мэри вдруг влюбились друг в друга? – засмеялся он.

В общем, мысль о том, что он так сильно хочет видеть Мэри, отвлекала меня от заказанных кальмаров. Я даже не смогла расслабиться и насладиться шоколадным муссом.

Когда принесли счет, я даже не взглянула на него. Я знала, что он не имеет ко мне никакого отношения. Зачем мне лишние ужасы. Вместо этого я бросила свою карточку «Мастеркард» на счет со всей небрежностью, которую только смогла изобразить. Уже после первого блюда я перестала считать, но, видимо, отдала половину месячной зарплаты за два часа удовольствия. Не такого уж удовольствия, если учесть, сколько времени Брайан говорил о Мэри. К тому же я не наелась, отказавшись от птифуров, потому что не знала, нужно ли есть золотые листочки.