Мир Аматорио. Неделимые - Мари Мур

Внутри него выгравирована наша клятва.

Клянусь, никогда не оставлю тебя.

Я убираю коробочку в карман куртки и перед тем, как уйти, смотрю на фотографию мамы. Как бы безумно это не звучало, но я знаю, что она меня сейчас слышит.

– Когда-нибудь Ким скажет мне «Да». И это кольцо окажется на ее пальце.

***

Примерно через час над моей головой звенит колокольчик. Я захожу в кафе с пакетами, полных продуктов и книг, которые взял для Ким в местной лавке. Осматриваюсь и понимаю, что это явно не «Старбакс» и не шикарный ресторан.

Скорее это старомодное место, где полно желающих заказать вкусный завтрак в воскресное утро. В воздухе витает аромат свежей выпечки, шоколада и кофе. По радио играет очень старая песня, которую я слышал еще в детстве. Кроме неугомонной болтовни, я улавливаю звон посуды и хлопок от закрытых духовок.

Я иду по проходу между круглыми столиками в обеденной зоне, накрытыми скатертями в красно-белую клетку, и витринами с пирожными, тортами и пирожками. Чувствую на себе любопытные взгляды, но не обращаю внимания.

Коссе маленький город, и наверняка всем интересно, когда здесь появляются новые лица. С кем бы сегодня я не разговаривал с утра, мне задавали одни и те же вопросы: «Откуда вы?» или «Вы здесь проездом или надолго?».

– Как первая ночь на новом месте? – доносится справа от меня мужской голос.

Повернувшись, я вижу Гарри. Он сидит за обеденным столом вместе с парнем немного старше моего возраста.

– Привет, Гарри, – я останавливаюсь около его столика. – Все хорошо.

Мои руки заняты покупками, и я оставляю пакеты на свободном стуле. После этого обмениваюсь с Гарри рукопожатием.

– Это мой сын – Рик, – сообщает мужчина, и парень протягивает мне руку.

– Кэш, – приветствую его я.

– Кэш? – Рик с любопытством смотрит на меня. – Как наличные?

Я киваю, и парень смеется.

В последний раз я слышал шутку о своем имени еще в младшей школе. Небольшой спойлер: шутник заявился на следующий день с синяком под глазом.

Но сейчас меня это не волнует. Я совершенно спокоен.

– Хорошо выглядишь, – с улыбкой говорит Гарри.

– Я отлично выспался, – протягиваю я.

– А где твоя девушка? – интересуется он.

– Я решил сходить в магазин, пока она спит.

– Если хочешь, можешь присесть к нам, – предлагает Гарри.

– Нет, я спешку к моей девушке, – отказываюсь я, и нахожу эти слова чертовски приятными.

Готов поспорить, если бы здесь были мои друзья, на их лицах отразился бы шок. А потом кто-нибудь из них выпустил шутку, что нужно отправить Кэша Аматорио сдать тест на наркотики.

Но никто из них не знает, что я давно зависим от Ким.

– Я оставлю свои покупки у вас, ладно?

– Без проблем, – отзывается Гарри.

Я отправляюсь к стеклянной витрине и пробегаюсь взглядом по пышным панкейкам с клубникой, пирожным с заварным кремом и булочкам с корицей. Пожалуй, последние больше всего понравятся Ким.

– Что будете? – мне улыбается девушка за витриной с крупными кольцами-сережками.

Я поднимаю глаза выше ее головы и резко застываю на месте.

Утреннее спокойствие и безмятежность бесследно растворяются в воздухе, как дым.

С экрана телевизора на меня смотрит Фрэнк Гросс. На нем строгий деловой костюм, его лицо снимают крупным планом. Под его глазами темные круги, вокруг поджатых губ множество глубоких морщин.

Кажется, с нашей последней встречи это важная задница постарела на несколько лет.

Фрэнк выходит из какого-то здания, и его окружает охрана, не подпуская к нему репортеров.

– Вы можете прибавить звук? – спрашиваю я, обращаясь к девушке.

– Конечно, – она кивает и громко спрашивает у кассира. – Флора, ты видела пульт?

Тем временем, под вспышки фотокамер Фрэнк садится в машину. Телохранитель закрывает за ним дверь. В кадре появляется еще один мужчина, и я узнаю его. Это один из адвокатов, который был в суде на слушании с Ким.

Он поворачивается к журналистам, и теперь все внимание прессы приковано к нему. У его лица появляются несколько микрофонов с логотипами федеральных каналов.

Судя по его быстро двигающимся губам, он произносит хорошо заученную речь. Но я не слышу ни единого слова. Едва не перепрыгиваю через витрину, пока продавец ищет пульт. Наконец, девушка настраивает громкость, и раздается сухой голос адвоката:

– … единственное, что мы можем сейчас сказать, Рене будет похоронена у себя на родине в Австралии. Для семьи моего доверителя это большой шок и потеря. Поэтому мы будем признательны, если пресса проявит сдержанность.

Я так крепко сжимаю кулаки, что почти не ощущаю своих пальцев.

Рене… похороны…

Для чего Гроссам понадобилось инсценировать ее смерть?

Это полная чушь.

На экране появляется заставка утренних новостей, а потом я вижу студию и ведущего.

– Стали известны подробности смерти дочери известного бизнесмена Фрэнка Гросса. Как сообщает наш источник в полиции, один из работников больницы Бельвю, куда была доставлена Рене Гросс после аварии, ночью проник в ее палату и хладнокровно убил всех охранников, – деловым тоном произносит ведущий. – Он похитил мисс Гросс и покинул больницу на машине экстренной помощи. После этого он вывез ее на окраину Нью-Йорка и поджег вместе с реанимобилем. Личность Рене Гросс была установлена по слепкам зубов.

На экране появляется фотография Лэдда, которая сменяется снимками палаты, откуда мы вытащили Ким. Лица охраны и их тела замазаны, но отчетливо видны следы крови на полу и стенах. Затем они сменяются кадрами машины экстренной помощи, сгоревшей дотла.

– Полиция разыскивает Лэдда Бьюкенена. По некоторым данным он мог покинуть штат. Если кому-то что-то известно о нем, или вы видели человека похожего на него, вы должны позвонить по номеру 911 или по телефону, который вы сейчас видите на экранах. За любую информацию о местонахождении Лэдда Бьюкенена объявлено денежное вознаграждение.

Я смотрю на фотографию Лэдда, сделанную крупным планом, и мои внутренности скручиваются в тугой узел от ярости.

Я знал, что Гроссы способны на многое. Они хотят получить Лэдда любой ценой, чтобы вытянуть из него подробности. Надеюсь, у него хватит мозгов залечь на дно.

– Как стало известно час назад, он мог действовать не один. Возможно, у него был сообщник, – продолжает ведущий. – Одна из камер видеонаблюдения, расположенная в техническом помещении больницы, зафиксировала подозрительного мужчину.

На экране появляется видео, на котором видна темная комната, напичканная включенными мониторами. В следующее мгновение дверь раскрывается, и свет из ярко освещенного коридора проникает в помещение.

Дальше съемка замедляется, и в комнату заходит мужчина. На нем