Сон о принце - Эсфирь Серебрянская

– Дневник ты нашла, – продолжал Валерка, – клей, после долгих упорных попыток, тоже. И… вот здесь… Внимание!.. Ты стала разговаривать со своим принцем. А через какое-то время он начал тебе отвечать. И не надо делать глаза по семь копеек!.. Вот не… Э, Ленка, ты чего? Ленка?

– Он меня видел вот такой… пьяной как… как…

И мир размылся слезами. Все расфокусировалось и сознание потекло рыданиями, полное обрывками переживаний, словно городской ручеек со смытым дождем мусором… Верный паладин стоял, точней нависал над моим креслом, пытаясь что-то сделать-сказать-утешить. Но тщетно. Из меня словно вынули все, что могло держать форму. Я стала хлябь. И тут резко, как разряд молнии:

– Так давай попробуем еще раз…

Подавившись очередным всхлипом, я в недоумении посмотрела на друга. Тот в ответ лишь слегка качнул головой, показывая, что это не он. Впрочем, этого можно было и не делать, потому что одновременно из-за его спины до нас донеслось окончание фразы:

– … Только давай аккуратнее. Если опять что-нибудь уронишь…

Слегка отклонившись в бок, я увидела полуголого мужика, сидящего на высоком стуле боком ко мне.

Увидела и сразу юркнула обратно. Хотя какой там «увидела» – так силуэт только, и все же хватило, чтоб точно осознать правильность своего решения: не нужно нам сейчас общаться. Не смогу. Не выдержу. На губах у паладина легкая вопросительная улыбка… Подначивает, зараза такая. Не понимает, что все серьезно и мне совсем не до смеха. Но я все равно уйду. В прошлый раз мне одеяло помогло. Сейчас я укрываюсь какой-то дерюжкой… Все равно должна сработать…

«Я ухожу», – беззвучно одними кубами проартикулировала я своему защитнику. Тот согласно прикрыл глаза: понял мол, – уходи

Раз… и темнота.

Глава XXI

– Здравствуйте.

«О, это Валеркин голос» – констатирую я.

– А-а… э-э – хм…

«А вот и его полуголый собеседник. Прямо скажем – не очень многословный собеседник».

– Вы ко мне?

«Даже и не думала, что подслушивать так интересно, ну что он там с ответом медлит?»

– Э… нет.

– Тогда не смею задерживать, до свидания.

«М-да, коротенький спектакль».

– Стой! Я помню тебя!.. –

«О! Продолжение!»

– Ты был с ней! На столе сидел…

«Это он!» – щеки вспыхнули, сердце застучало, грозя своим гулом выдать меня, да и под дерюжкой резко стало меньше воздуха. Сразу захотелось выйти вдохнуть полной грудью и как бы случайно, ненароком взглянуть на него. Но не разговаривать. Сразу уйти…

– … Ты танцевал с ней на балу! – продолжил гость.

«Э… как?» – удивление окатило меня подобно холодной воде, снизив жар и успокоив желания.

– Где, простите? – в Валеркином голосе моим эхом прозвучало недоумение.

– На балу! – припечатал обвинительно принц, – Ты и сейчас так одет…

«А! Выпускной… – успокоительно обрадовала я себя пониманием, и тут же новая непонятка, – Он-то откуда знает? Поглядывал? Он может так?»

– … как будто снова… – продолжал гость, – Ты идешь с ней? С ней? Да? С ней?!

«Боже, какая экспрессия!» – цинично замечал разум, а сердце млело и стучало, стучало и млело. И губы улыбались непонятно чему.

– Не стоит вам мне тыкать, – паладин был вежливо холоден, – Мы с вами на брудершафт не пили и в братании замечены не были. И даже просто не знакомы.

«Прав Валерка, дистанцию держать надо».

– Кхм…

«Мне, кажется, или принц действительно сделал пару глубоких вдохов для успокоения?»

– Признаю вашу правоту…

«Звучит как политес сквозь зубы».

– Могу я увидеть непорочную уважаемую богиню Лемку?

– Нет, не можете, – у меня мыслительный процесс на нуле, просто с замиранием сердца жду реакции.

– А если буду настоятельно просить?.. Требовать?.. Я так понимаю, угрозы тоже не помогут?

– Вы абсолютно правильно понимаете.

«Молодчина Валерка! Не друг – стена!»

Молчание, изводящее душу.

Глубокий вздох… сквозь зубы, но голос остается ровным:

– А как я могу изменить ваше мнение в нужную мне сторону?

– А причем тут мое мнение? – Валеркино удивление звучало очень натурально.

«Может оно действительно натурально?»

– То есть решение пускать или не пускать меня принимается не вами?

– Пускать или не пускать куда?

– Издеваетесь?

– Уточняю.

«Мне, кажется, или гость действительно стал опять подзакипать. Точнее, подзакипать он начал сразу как появился, а вот сейчас может дойти до точки критического давления пара. Только до драки мальчики не доходите… А то ведь не знаю за кого тогда болеть-переживать»

– Хорошо…

«Брр, от такого 'хорошо' мурашки по коже бегают»

– … тогда разъясняю. Я хочу пройти к непорочной уважаемой богине Лемке.

– Вы имеете в виду мадмуазель-сударыню богиню Ленку Червоточинку?

«Ты смотри, запомнил он эту мадмуазель-сударыню!»

– Да, – это был не ответ, а какой-то сгусток эмоций.

– Так вы уже здесь… Вы зашли к богине Ленке Червоточинке…

– Так вы говорили… – в голосе легкая растерянность и совсем нелегкая подозрительность

– …что увидеть ее не можете, – спокойным голосом подхватил Валерка, – и это чистая правда. Разве вы ее здесь видите?

– А вы собственно кто? – усилившееся недоумение, отразившееся в голосе визитера, явно показывала небольшой спад накала страстей.

– Вот мы и добрались до нужных вопросов, – констатировал мой защитник.

– Издеваетесь?

– Очень-очень слегка. Верней дружески подтруниваю.

– Дружески?

– Но вы же еще ничего не сделали, чтобы стать врагом…

«Валерка, ты прелесть!»

– … Собираетесь это изменить?–внес уточнение друг.

«НЕТ!!!!»

– Пожалуй, нет…

Я громко облегченно вздохнула и тут же испугалась, что меня услышали. Но принц продолжил без остановки:

– Только подшучиваний хотелось бы больше не слышать. Настроение, знаете ли, не очень.

– Что так?

– А вы считаете, что если на твою просьбу отвечают с десятилетним опозданием это нормально? – его голос дрогнул, выпуская раздражение, – Десять лет!

«Десять лет?» – удивленно подумала я.

– Десять лет? – переспросил Валерка

– Десять лет! Понимаешь! – гость уже не скрывал злобного раздражения, – Десять лет! Война! Оккупация! Разорение! Голод! И все несет смерть. Понимаешь! Смерть! У меня народ чуть ли не вымер! И тут она заявляется. И не находит ничего лучшего занятия, чем попугать моего непутевого братца!

– Что просто пришла попугать?

«Вот уж чего не было!» – чуть не выкрикнула я в ответ, но «героически» удержалась.

– А то не знаешь!

– Будешь смеяться, но не знаю. – Валеркин голос, утратил холодность, приобретя нотки дружеского участия, – Я ж не бог какой-нибудь.

Гость громко саркастически хмыкнул:

– Ну а кто ты тогда, восседающий в покоях богини?

– Ты будешь смеяться, – я четко услышала легкую Валеркину усмешку, – но сам толком не знаю.

– Ты прав, буду смеяться: ха-ха!

– Рад развеселить вас…

«Ты ему еще книксен сделай… или как он там мужской вариант обзывается».

– Слушай, а она в натуральную пришла попугать твоего брата? Че-то