Горький рай - Ева Мелоди

моим хозяином, а теперь я звал его мысленно только так, состоялся спустя три недели. Первые дни, из которых, меня держали в подвале какого-то дома. Оборудованном под клинику. А потом на частном самолете отправились в другую страну. У Фараона всегда был запасной план. Снова клиника, но хоть не подвал. Врачи говорили по-английски, но я почему-то сразу понял, что мы гораздо ближе к родине. Оказалось, угадал. Мы осели в маленьком поселке в Польше. Тут все было куплено Фараоном. И его бойцы продолжали съезжаться. Специальный тренировочный лагерь. Сам же хозяин был занят разъездами, переговорами. Телефон мне не давали. Держали как пленника - за запертой дверью. Типа чтобы сам себе не навредил. Я с ума сходил, думая, как изводит себя Вика. И это оттягивало выздоровление. Я разбивал руки в кровь о чертову дверь, за которой меня держали. Как зверя в клетке. И вот, наконец, хозяин снизошел для разговора.

- Смогу, уж поверь, парень, - усмехается Фараон. - У меня много способов. Лучше не провоцируй. Но знаешь, я лучше не буду по-плохому, а сделаю предложение, от которого не сможешь отказаться. Мне нужен год. Верной и преданной службы. Именно сейчас, когда я в уязвимом положении из-за войны, мне нужен каждый воин. Но потом… позже, ты уже не будешь нужен мне так сильно. По рукам?

- Чего конкретно от меня надо?

- Как и всегда. Верность.

- Драться я не могу. На ногах еле стою, как видишь.

- Не надо себя недооценивать, у тебя всегда были и мозги. У нас общий враг. Ведь именно он так исполосовал тебя.

- Да.

- И еще, парень. Я прямо вижу, как крутятся колесики в твоей голове. Типа для виду соглашаешься, а сам только и думаешь, как бы свалить по-быстрому. И даже знаю куда торопишься. Я старый лис, помнишь? И вижу на сто шагов вперед. Так вот, если ты вдруг кинуть меня решил… а сам к девушке бывшей собрался, чтобы сбежать и поселиться далеко ото всех, жить долго и счастливо…

Фараон перечисляет все мои потаенные мысли, а меня вдруг охватывает страшное предчувствие беды. Словно… словно сейчас вся моя жизнь как карточный домик рухнет.

Громкий хлопок - он бросает передо мной глянцевый журнал.

- Твоя зазноба очень помогла мне. Я-то голову ломал, что делать, чтобы тебе мозги, затуманенные гормонами, на место поставить. Но она такая умница. Я ведь и грохнуть ее даже подумывал. Но так было бы жаль, знаешь. Она такая красивая… Особенно в белом.

Опускаю глаза на журнал. Первая страница светских сплетен. Известный дизайнер выдала замуж дочь. На свадьбе был весь цвет бомонда. Перечисление громких имен. И фотография Вики в белом платье невесты… под руку с Антоном.

Нет, это не может быть правдой! Мне это, блядь, точно снится! Я наверняка все еще лежу под капельницей, в которой переборщили в этот раз с опиатами. Это не может быть никак. Даже если бы Вика возненавидела меня… она бы не стала. Та Вика, которую я знаю никогда бы не вышла замуж за урода, что разбил ей когда-то сердце…

Глава 27

Вика

Как только просыпаюсь, первым делом набираю номер друга.

- Олег, мама сказала ты звонил мне. Ты что-то узнал? - почти кричу в трубку, без всяких предисловий.

- Не я… Антон. Он говорит, что у него есть новости, - произносит Олег. - Он хочет поговорить с тобой, но боится, что…

- Ну да, конечно! - возмущенно прерываю друга. - Все это время он появлялся на моем пути без страха! А теперь боится! Пусть тащит свою задницу сюда.

- Вик… Будь помягче с ним. Они развелись. Вера уехала.

- Что?

Господи, да какое мне дело сейчас до личной жизни этих людей. Я даже забыла, что когда-то с Антоном была связана часть моей жизни, что была сердечная рана. Сейчас он для меня лишь источник информации. Он общается с семьей Веры, а значит есть, пусть и слабая надежда, что может знать что-то про Ника…

- Да… Ему сейчас непросто, - продолжает о своем Олег.

***

Когда Антон входит в палату, бросаюсь к нему.

- Что ты знаешь? Если ты соврал, я… рожу твою расцарапаю.

- Да ты прям вжилась с роль тигрицы, - усмехается Антон. - Колька превратил тебя в невменяемую сучку.

- Заткнись. Я согласилась на встречу только чтобы выслушать, что ты знаешь о нем! Говори, или я за себя не отвечаю.

- Вик, ты выглядишь совершенно невменяемой, может мне прийти позже?

- Ты издеваешься? Ладно, хорошо. Я спокойна.

- Ты готова сесть?

Послушно сажусь на постель, чувствуя, как терпение буквально испаряется. Я правда готова наброситься на Антона, который явно сейчас играет моими чувствами.

- Говори. Я готова выслушать…

- Мое предложение, - заканчивает за меня Антон.

- Нет! Прекрати, хватит издеваться! Какое еще предложение? Ты правда знаешь, что с ним? Хоть что-то.

- Да, правда.

- Он жив?

- Да… пока. Но у него очень мало шансов, Вик. Мне жаль.

- Вранье.

- Ты права… Ситуация еще хуже. Но знаешь, мне плевать. Если не веришь, могу прямо сейчас уйти.

- Как ты можешь! Хоть ради Веры, будь человеком. Если и правда что-то знаешь. Я могу что-то сделать? Помочь, достать деньги, выкупить его…

- Ой, я тебя умоляю, какая Вера. Я перекрестился, когда получил на руки свидетельство о разводе. Это была огромная ошибка.

- Где Ник?! Я не хочу выслушивать подробности твоей личной жизни. Не издевайся, хоть раз в жизни побудь мужиком. И нормально все объясни. Сколько денег надо? Я достану… я все продам. Все отдам.

- Так любишь?

- Говори! Иначе, клянусь…

У меня дрожат руки, я понимаю, что и впрямь похожа на психбольную. Раньше