Инферно - Бьянка Скардони

Я сложила руки на груди, глядя, как затрепетали, оживая, её ресницы. Ей понадобилась минута, чтобы полностью прийти в себя, и когда это случилось, её глаза увеличились вдвое от осознания, что у неё связаны руки и ноги и что сегодня явно не её день.

Я присела рядом с ней и вытащила тряпку из её рта.

— Где я? Где мои сёстры? — её глаза были полны ужаса и буквально кричали: «На помощь!»

— Мертвы, — соврала я. Мне нужно, чтобы она боялась, а не надеялась на спасение.

Страх на её лице мгновенно сменился отчаянным «не верю».

— Этого не может быть… Ты лжёшь, — из её горла вырвался сдавленный всхлип.

— Уверена? — спросила я и потёрла свой лоб, чтобы она заметила кровь на ладонях. — Они выглядели очень даже мёртвыми, когда я уходила.

Её глаза — два блюдца — наполнились слезами.

— Не хочу говорить клише, — я нависла над ней. — Но, если не начнёшь говорить, то скоро присоединишься к ним.

Я схватила её за воротник рубашки и дёрнула на себя так, чтобы она оказалась на коленях. Её руки были связаны за спиной, причём одной верёвкой с ногами, из-за чего ей пришлось неестественно выгнуться.

Ей наверняка больно, но мне максимально похрен.

Всё ещё сжимая её воротник в кулаке, я дёрнула Арианну на себя, так близко, что я чувствовала её неровное дыхание. Свободной рукой я потянулась к кобуре и достала нож. В её глазах мелькнул страх при виде лезвия.

— Даю тебе один шанс, чтобы ты ответила на вопрос, — произнесла я до жути спокойным голосом, — или начну резать.

Она нервно сглотнула, но больше ничего не делала.

— Как вытащить Люцифера из тела Трейса?

Арианна только открывала и закрывала рот, как если бы не могла определиться с ответом. Или пыталась придумать хорошую ложь.

Затем, резко вдохнув, она выпалила:

— Никак.

— Неправильный ответ, — я направила нож в её плечо, надавила и резко дёрнула вниз по её руке.

Душераздирающий вопль вырвался из неё во всю мощь лёгких. Густая багровая жидкость медленно потекла вниз по руке. Её крик потонул в плаче. Я приставила нож к её шее, прижимая лезвие к местечку прямо под ухом.

— Что думаешь, Доминик? Дать ей ещё один шанс? — спросила я, не отрывая глаз от Арианны.

Он хмыкнул.

— Не-а.

— Значит, нет, — я наклонилась к Арианне и прошептала на ухо: — Только между нами, но я бы дала тебе ещё попытку.

— Я говорю правду! — воскликнула она, её голос был полон страха и безнадёжности.

— Тебе же хуже, если это правда, — я повернула нож по часовой стрелке, совсем чуть-чуть, надрезая кожу. Капля крови побежала по её шее. — Ты не голоден, Доминик? — бросила я через плечо.

— Если настаиваешь, любимая, — ответил он медовым тоном.

Прищуренные глаза Арианны похолодели.

— Можешь разрезать меня на кусочки и скормить своему вампирёнышу, но это не поможет твоему возлюбленному, — гордо произнесла она и выплюнула большой сгусток слюны на моё лицо. — Уж мы об этом позаботились.

Стиснув зубы, я вытерла щеку тыльной стороной ладони и ударила локтем по её переносице. Хруст ломающейся кости эхом разнёсся по пещере вместе с новым воплем.

— Поверить не могу, — возмутилась я, всё ещё чувствуя её мерзкую слюну на своём лице. — Ты видишь, чем она отплатила мне за мою доброту?

— А я говорил, ангел, хороших ребят всегда плохие обходят.

Я наклонилась к Арианне. Мои глаза прищурились, как две ракеты, наводящие прицел.

— Сделаешь это ещё раз, и я отрежу тебе губы, — предупредила её. И я не шутила.

Её сдавленные всхлипы и плач сменились истеричным хохотом, от которого волосы у меня на затылке встали дыбом.

— О, как я буду ликовать, когда Он сотрёт вас всех с лица земли, вы чёртовы святоши, мнящие себя выше других. Но нет, вы ничем не лучше нас! — она отвернула голову, чтобы сплюнуть кровь. — На вашей совести не меньше трупов, чем на нашей, но вы всё ещё считаете себя непогрешимыми. Меня тошнит от вашего лицемерия!

— Скажи это тому, кому это будет интересно, — я снова дёрнула её на себя. — Это не моя война. Я только хочу знать, как вытащить твоего хозяина на хрен из тела моего парня!

— Как я уже сказала, — она снова сплюнула на пол, — это невозможно. Его душа привязана к Люциферу и сосуду. Избавишься от одного — убьёшь другого.

Моё горло сдавила невидимая рука. Я задыхалась.

— Ты лжёшь, — выдохнула я, хотя глубоко внутри понимала, что нет.

— Ты правда думаешь, что мы бы оставили тебе возможность перечеркнуть всё то, над чем мы так долго работали? — она снова расхохоталась, но этот смех для меня был как нож в сердце. — Он уже не жилец, девочка. Можешь поцеловать его в задницу на прощание.

Всё внутри меня закаменело, когда я услышала те самые слова, которых втайне боялась с того самого момента, как чудовище заняло тело Трейса. Слёзы жгли уголки глаз, крупицы надежды превратились в прах, не оставив в сердце ничего, кроме невыносимого чувства потери, чистой агонии.

Его больше нет, и нет никакого способа его вернуть.

Я подвела его…

И это её вина.

Тёмная жажда мести окутала моё сердце. Я выронила нож и обхватила лицо Арианны. Я хотела заставить её страдать, хотела избить до полусмерти и бросить здесь подыхать. Но в этот самый момент я могла думать только о том, что хочу увидеть в её глазах, как жизнь покидает её тело.

— Ангел! — попытался вмешаться Доминик, но уже было слишком поздно.

Мои руки уже двигались сами собой, выкрутив её голову до момента, когда хрустнула шея. Безжизненное тело тёмной заклинательницы упало на пол, а я разрыдалась.

32. ЧИСЛО ПОГИБШИХ

Возвращение в поместье Хантингтон прошло в тумане удушающей тьмы