Капитан её сердца - Вера Эн

Целовалась она уже с Деном или нет? На такой прямой вопрос Дину не хватило мужества. Не хотел он знать ответ. Пока она еще существовала — необъяснимая Tea, неравнодушная к Дину Уоллесу. И никакая ее нынешняя холодность не могла уничтожить это воспоминание. Кажется, именно оно и заставляло упорно двигаться дальше, несмотря на подлость Фелипе и предательство «ястребов». Ни один из них не вступился за своего капитана. Но даже этот опт терзал меньше, чем равнодушие Tea. У Дина было семь лет, чтобы ее разглядеть. Но зазнайство еще никого до добра не доводило.

Забавно. Дин научился смирению. Какие бы чувства, вызванные колкими фразами Tea, ни полыхали в груди, какие бы огненные ответы ни крутились на языке, а действовать приходилось совсем иначе. Не мог больше Дин обижать Tea. От любой ее слезинки, казалось, его спалит ненависть к себе. Пусть лучше сама бьет: ей за многое нужно расплатиться. А Дин будет терпеть столько, сколько ей захочется. Все лучше, чем лишиться последнего внимания.

Наверное, это было смешно. И по школе уже вовсю ползли слухи о его нездоровом интересе к Tea Мелоун, но Дина в коем-то веке не интересовала собственная репутация. Он-то теперь точно знал, чего стоит она, а чего — преданность Tea. И без всякого сожаления распрощался бы с первой, если бы был хоть малейший шанс вернуть вторую. Поумнел наконец, кажется? Наука, постигнутая кровью.

— По какому поводу тоска в глазах, Уоллес? — раздался над ухом голос лучшего друга, и Дин передернул плечами. Как бы он хотел принять независимый вид и разуверить Дена в его наблюдательности. Но желание хохмить, похоже, пало смертью храбрых под обвалом в Кристальной пещере. Во всяком случае, после освобождения оттуда Дин его больше не встречал. — Видал я твои показатели: к Рождеству лучше прежнего будешь. А вот с физиономией надо что-то делать, иначе скауты решат, что тебя насильно баскетболом кормят.

Дин хмыкнул: ничего от Дена не ускользнет.

— Скаутам моя физиономия, очевидно, представлена не будет, — старательно равнодушно проговорил он.

— Если только на Филипса плита перекрытия в спортзале не упадет. Или если миссис Роббинс не сообразит отправить его в Кристальную пещеру для осознания важности взаимовыручки.

Ден недовольно поморщился и уселся на траву рядом с Дином.

— Она собиралась, — сообщил он, и Дин с удивлением посмотрел на него: этот момент он упустил. — Фелипе вместо мисс Лэнг должен был с вами в национальный парк отправиться. Но перед самым отъездом вдруг заболел. И курс взаимовыручки не прошел. Не получилось у миссис Роббинс с воспитанием.

Дин снова глянул на готовящуюся к своему испытанию Tea и быстро опустил голову. Все у нее получилось. Уж в отношении Дина-то точно.

— Филипс — та еще гнида, — невесело заметил он. — Рекомендации у него офигительные были: уж не знаю, какими неправдами он их получил. А как человек дерьмом оказался. Боится, видать, открыто меня из команды турнуть, ждет, когда я сам облажаюсь.

— А ты не торопись, — посоветовал Деннис и тоже вгляделся в сектор для метания копья. Дин сжал зубы, заставляя себя успокоиться. Ден на этот интерес имел куда больше прав, чем он. И не высказывал одуревшему от свалившихся на него истин товарищу свое недовольство. — Давай все-таки прокатим этого типа по радио. Ты же у нас звезда, за тебя вся школа поднимется!

Однако Дин упрямо мотнул головой. Ден уже не впервые предлагал подобную авантюру, но Дин не хотел в очередной раз пользоваться его дружескими чувствами в своих целях. А ну как не оценит миссис Роббинс такого выступления и отсыплет Дину проблем по самое не хочу? У Дина и выручить-то его не получится: по одной статье загремят.

— Забей… — начал было он, но тут же осекся, услышав испуганный вскрик Tea. Вздернул голову, пытаясь понять, что случилось, и увидел на поле побелевшего Донована, возле которого в землю воткнулось учебное копье.

Вот это дала Мелоун! Вот это порадовала! Так даже Дин бы не смог!

Однако Донован был явно другого мнения. Выдернув из земли копье, он двинулся с ним на Tea, угрожающе поднимая руку и сыпля такими проклятиями, от которых даже у Дина вяли уши. И кажется, не собирался останавливаться.

С Деннисом они вскочили вместе и вместе же рванули к месту разборок. Дин не заметил, как перемахнул через какое-то ограждение, видя перед собой только перепуганное лицо Tea. Дьявол, если эта паскуда Донован хоть пальцем до нее дотронется, Дин его тут же на стадионе в землю и закопает! Впрочем, он и так его закопает — за одно то, как он называл сейчас Tea в своих угрозах. Заставит его каждым словом своим подавиться. Только еще поднажать!..

Его появление в секторе для метания копья одноклассницы встретили разнообразным гулом: кто приветственным, кто испуганным, кто ободрительным, но Дин даже не притормозил, чтобы привычно ухмыльнуться. Преградил дорогу Доновану всего в двух шагах от Tea, схватил его за грудки и так тряхнул, что тот даже копье выронил.

Однако боевого задора не растерял.

— Уоллес, твою мать! — заверещал он. — Ты берега не попутал?! Эта идиотка чуть меня на тот свет не отправила, а ты за нее еще и заступаешься?! Или правду говорят, что ты с ней спишь? Так сразу бы и сказал; мы бы…

Теа позади негромко ойкнула, и в ее голосе Дину почудились слезы. Почувствовав, что бешенство разливается по жилам, он тряхнул Донована еще сильней и впечатал его спиной в опору стоящего рядом турника.

— Закрой свою пасть, Гарри, если не хочешь собственным же языком пообедать! — сухо посоветовал он. — Если глаза дома оставляешь, так хоть мозги иногда включай: они для самосохранения полезны. Или тебя и ими обделили?

Донован рванул было из его рук, но Дин держал крепко. Бешенство потихоньку уходило, уступая место удовлетворению. Наконец хоть с кем-то можно было рассчитаться за предательство. А заодно отдать часть долга Tea.

— Тебе их точно не досталось, Уоллес! — Донован попытался пустить в ход ноги, но после первого же удара Дин приложил его к опоре уже головой.

Раздался глухой звон, и Дин не стал бы утверждать, что это была пустота в металле. Дождался, когда в глазах у Донована прояснится, но раздавшуюся брань пресек новым толчком.

— Сигнализируй, когда другие слова вспомнишь, — уже со спокойной насмешкой посоветовал он. Ден, загородивший поначалу Tea от этого нехриста собственным телом, теперь посторонился, и краем глаза Дин видел, как она смотрела на него. Истинно как на мессию. Совсем как в пещере. — Тут извиниться неплохо было бы. Есть у тебя в загашнике извинения, Гарри? Или будем разучивать?

За спиной снова послышался девчачий писк — в том же самом разнообразии. Кто-то одобрял его, кто-то заступался за Донована, а Дину вдруг стало весело. И чего он раньше так не развлекался? Пойти бы сейчас, накостылять каждому «ястребу», а Фелипе в рожу плюнуть — тогда и жизнь можно считать удавшейся.

А уж с баскетболом он как-нибудь разберется.

— Иди ты!.. — взрычал было Донован, но поперхнулся от нового удара. Дин встряхивал его несильно, но достаточно жестко, чтобы не было желания продолжать, и, наверное, нескоро бы остановился, если бы Ден не поспособствовал.