(не)любимый препод - Дана Блэк

— А ведь точно! — Маша толкает Егора в плечо. — Егор, мы ведь на днях в полиции торчали из-за звонка про бомбу, кто тебя надоумил, эта девка?! Ты бы сам не стал, ты же понимаешь, что это плохо? Нельзя так пугать людей, Егор!

— Никто вас не пугает! — Кристина раздраженно топает ногой. Машет охранникам у входа и пятится по коридору. — Пожалуйста, спуститесь в мастерскую, официант там, и четыре чемодана с тротилом тоже.

— А ну стой, — Денис тянет руку и пытается ее схватить.

Опережаю, дергаю его за пиджак и вклиниваюсь между ними. Он морщится на меня и зовет охрану. Приказывает:

— Этих четверых закройте пока. Телефоны заберите. А сами…

— У нас нет телефонов! — Хромов отскакивает от двинувшегося на него охранника. — Не пойму, вы бессмертные что ли? Там бомба!

— Ох, Денис, сожалею, — качает головой Антон. — Это наши сотрудники, и такие фортеля тут тебе выдают. Пьяные, похоже. Или обкурились. Проблемные подростки. Давайте их ко мне в номер, я присмотрю, — достает из кармана ключ.

Забываю о мирном настрое и хватаю его за покалеченный нос. Повязка съезжает, Антон вопит и пытается сбросить мои пальцы. Меня оттаскивают, два крепких парня в форме выкручивают руки. Кристину с Егором и Попкову с Хромовым тащат по лестнице наверх, Кристина вырывается и меня зовет, внизу, сидя на ступеньках рыдает Маша, на площадке второго этажа собираются отдыхающие, и если продолжать это представление — ничего не добиться.

— Всё, всё! — стараюсь унять злость, выворачиваюсь из захвата охраны. — Денис, уйми их, спокойно поговорим.

Денис дает знак, хмуро оглядывается на любопытных гостей и персонал, побросавший дела, манит пальцем меня и начальника охраны, скрывается в коридоре.

— Значит, так, — говорит, когда я подхожу. — Сотрудники твои в номере посидят. У нас новый курорт, ты хоть понимаешь, чего стоят их шуточки? Кто к нам поедет, если слух пойдет, что здесь людей убивают? Короче, про случившееся молчи. Ты мне за своих клоунов, вообще, компенсацию должен, Александр. Обсудим еще. Теперь ты, — оборачивается к рослому лысому типу в форме. — Потихоньку займитесь усадьбой. Начните с мастерской, за ней открытые помещения, дальше комнаты персонала. Номера гостей осмотрите, когда завтрак начнется. Ясно?

Он молча уходит.

Сворачиваю в мастерскую.

— Так, куда! — Денис свистом подзывает охранника. Тот ненавязчиво показывает мне кобуру. Денис удовлетворенно кивает. — Александр, слышал меня? Сами разберемся. Иди в ресторан.

14.00, Кристина

— Нет, они нас отсюда не выпустят, — Николь плюхается на кровать Антона, раскинув в стороны руки. Пялится в потолок.

Нас держат в его номере уже несколько часов. И если бы бомбу нашли, разумеется, открыли бы нас. Значит, официант успел вытащить чемоданы и где-то скрыться. И, возможно, подсоединил всякие смертельные проводки к шашкам, и вот-вот грохнет взрыв, а мы заперты. И последнее, что я вижу в своей жизни — как Ваня с Егором распивают шампанское.

Охрана забрала ноутбук и планшет, предупредили, что если будем орать, нам вколют снотворное. В окно прыгать бесполезно — Егор уже пробовал, его поймали и привели обратно.

Нам даже обед не принесли. Хотя есть и не хочется.

В институте в это время идет экзамен по теориии и практике литературы.

По первому каналу новогодний концерт. По второму старый фильм "Девчата". Еще крутят "Зима в Простоквашино", "Уральские пельмени" и "Дом2", Ваня щелкает пультом и протягивает мне бокал с шампанским.

Кончается, у Антона Геннадьевича три бутылки было.

Где Алекс. Думаю, что не увижу его больше и страшно становится.

Сижу на полу и роюсь в вещах Антона. Вдруг где-то завалялся телефончик, хоть какой-нибудь, самый простенький. По десятому разу ворошу сумку с одеждой, может, в карманах есть, ну, всякое бывает. Щупаю мягкий розовый костюм. Затрудняюсь, что это такое. Пижама? Спортивная форма? Странный, слитный. Почему розовый? Вытягиваю вещь и разбрасываю на полу. Недоуменно зову остальных:

— Что за бред? Антон возит с собой костюм Пятачка.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Поросенка? — Николь свешивается с кровати. В удивлении поднимает брови. — Зачем?

— Понятия не имею, — смотрю на Егора. — Антон с вашей шайкой связан?

— Моришь что ли? — он отставляет бокал, плюхается на пол, щупает костюм. — Нихрена не соображаю, — трет лицо. Помолчав, выглядывает между пальцев. — Слышьте, идея!

Вскакивает на ноги и влезает в костюм. На ходу поясняет:

— Я еще раз выпрыгну из окна. Охрана меня поросенком не узнает и сюда не притащит. Разведаю обстановку и вернусь за вами.

— Смотри, Егор, только попробуй нас здесь бросить, — подрывается с постели Николь. Помогает ему застегнуть молнию на спине и дает наставления. — Как только выберешься, сразу выпусти нас. Не хочу здесь умирать!

— Народ, никто не умрет, — Егор открывает окно, садится на подоконнике. — Я скоро, — шлепает лапой подставленную Ванину ладонь и ныряет в снег.

15.00,Александр

Подготовка идет полным ходом. Наступает год Свиньи и тематика вечеринки соответствующая. Поросята на стенах для красоты, на столах свиньи-копилки для конкурсов, вокруг ряженые Пятачки-официанты.

Сорвал несколько масок, но бородатого не нашел, как и Антона, а Денис следует за мной по пятам и следит, как я работаю. Взрывчатку они не обнаружили, почитали в интернете статьи про Пуха, про хулиганские звонки из моего клуба, и в опасность не верят. Я тоже не до конца, своими глазами не видел, но у ребят нет причин врать, с другой стороны, согласен, что после взрыва бежать некуда, и есть, наверное, еще время.

Машу успокаивает Герман. Она во всем винит Кристину, как всегда, но думает только о себе. Егор испортился, бедная она, бедная.

Испортился. Он же не электрический чайник.

Мимоходом хватаю за уши очередного поросенка и срываю голову.

— Александр! — возмущается Денис. — Я думал, мы договорились.

— Договорились, — сажусь за стол в бальном зале. Кладу перед собой фотоаппарат. — Денис, ты ни на секунду мысли не допускаешь, что твой официант взрыв готовит?