Птичка для принца - Юлия Ляпина

– Сестрами? – теперь поинтересовался «друг».

Иржина вздохнула. Ей надоело стоять тут перед мужчинами, словно она приговоренная преступница.

– Вот поэтому я благодарна Его Величеству за то, что он дал мне год на выбор супруга. Вы ничего обо мне не знаете, господа, кроме того, что я стала наследницей этих благословенных земель, и ношу ребенка от незнакомого вам мужчины. Полагаю, это время будет полезно для всех нас. Если кто-то разочаруется во мне и пожелает уехать, я лично напишу Дому Карлосу, что кандидат мне не подошел. А теперь предлагаю нам всем вернуться в дом, и поговорить. Я ведь тоже ничего о вас не знаю.

Ее аргументы услышали, сочли достойными, и все же двинулись в комнаты. Теперь руку ей предложил «друг» и это было приятно. Похоже, мужчины договорились обо всем, пока она спала, и теперь не проявляли явной враждебности друг к другу.

По пути в гостиную все молчали. Потом Иржина вызвала лакея, и попросила подать напитки и закуски, ведь обедали в Гишпании вечером, когда спадала дневная жара, а днем обходились вином с водой, сангрией, кофе и фруктами.

Пока слуги хлопотали, девушка вернулась к прерванному разговору:

– Прошу еще раз простить меня, благородные доны, я не запомнила ваши имена.

– Дон Альфредо, – мрачновато представился «отец».

– Дон Диего – «герой любовник»

– Дон Амедео, – «верный друг»

– Дон Каприцио, – повторил юнец.

– Очень приятно, благородные доны, меня, как вы знаете, зовут донья Иржина. Прошу вас немного рассказать о себе, ровно то, что сочтете нужным. Взяв бокальчик сангрии, девушка приготовилась слушать, и понемногу мужчины расслабились и разговорились.

Дон Альфредо был маркизом. Этот титул учтивости принадлежал ему до смерти отца – еще крепкого дона, имеющего титул герцога. Поскольку отец сам управлял майоратом, а младшие сыновья нашли себя на военной службе, благородный дон служил королю и легко согласился присмотреть за новоиспеченной герцогиней.

– Я люблю конные прогулки, сады и сельскую жизнь, донья Иржина, – мягким тоном говорил мужчина. Фамильный замок стоит в похожем месте, и я рос среди апельсиновых рощ и фиговых деревьев. Буду счастлив, если вы назовете меня супругом.

– А как же ваше собственное наследство? – удивилась девушка.

– Мой отец еще крепок, а к тому времени, как я вынужден буду заменить его, у вас родиться наследник, которого я смогу обучить всему необходимому, – не стал скрывать своих планов дон.

– Благодарю вас за откровенность! – Иржина перевела взгляд на дона Диего.

Тот вновь обласкал ее взглядом, но певица заметила, что ровно таким же взором ее гость облизал служанку, и потому не повелась ни на томное дрожание ресниц, ни на легкую усмешку на красивых полных губах.

– Я младший сын, – коротко сказал он, – служу при дворе с детских лет. Брак с вами даст мне стабильность. Возможно, я даже научусь, быть верным мужем, или не стану замечать ваших маленьких увлечений, после рождения наследника.

– Я ценю вашу честность, благородный дон! – как Иржина не старалась, ее щеки все же вспыхнули.

В ее жизни был лишь один мужчина, покоривший ее сердце и тело. Возможно брак с доном не претендующим на проживание в одном доме это выход?

Дон Амедео улыбнулся, и рассказал о себе:

– Я всего лишь барон. Его Величество ценит меня, поэтому решил, что наш брак станет для вас опорой. Черная герцогиня нужна стране, а я буду счастлив стать полезным Черной герцогине.

– Понимаю ваши резоны, – ответила Иржина, пристальнее вглядываясь в лицо мужчины. Похоже, под маской простачка таился кто-то куда более серьезный.

Дон Каприцио слегка покраснел, когда настал его черед говорить, но сумел донести до герцогини, что он является последним отпрыском древнейшего и славнейшего рода.

– Матушка очень переживала, что юные доньи при дворе слишком развязны, – тут юнец снова опустил реснички, а Иржина подумала, что пожалуй этот записной скромник знает все столичные бордели. – Но вы не волнуйтесь, донья Иржина, матушка никогда не покидает столицу, и если вы станете моей женой, она не станет докучать вам.

Для себя этот поток слов девушка перевела довольно просто – род знатный, но обедневший. Последний представитель выглядит картинкой с конфетной коробки, пока молод. На деле он уже имеет порочные наклонности, и вряд ли брак его остановит. Если она выберет этого сахарного красавчика, ей придется содержать его и маменьку, выслушивая периодически, какая она плохая невестка. А уж если не получится родить наследника, ее сживут со свету, чтобы «мальчик» мог жениться еще раз.

– Благодарю вас за рассказ, дон Каприцио, сразу видно, что вы любящий сын. Понимаю, что вам бы хотелось больше узнать обо мне, но я не знаю, что вас интересует больше, поэтому расскажу о себе коротко. Я родилась и выросла в Мондане. О своем родстве с герцогиней Мондилье не подозревала. Мои родители очень любили музыку, поэтому в столице я пела в Храме, а потом выиграла конкурс на первую роль в Королевском театре. Театральный мир поразил меня своей… развязностью, – тут Иржина бросила взгляд на дона Каприцио, – поэтому я обратилась к настоятельнице сестер-помощниц, и несколько служительниц этого ордена всюду сопровождали меня.

Лица мужчина слегка вытянулись от таких откровений. Иржина знала, что в Гишпании люди более религиозны, и монахи всех конфессий очень почитаются в этих краях.

– Вы спросите, как же у меня появилась дочь, если я всюду ходила со святыми сестрами? Все просто, благородные доны, думаю, вам я могу открыть эту тайну. Агнешка приемная. Она родилась в моем доме, ее родители благородные и даже знатные люди, но старшие родственники могли угрожать ее жизни и здоровью, если бы узнали о существовании девочки. Поэтому я удочерила малышку и воспитывала буквально с рождения.

На лицах мужчин появилось очень странное выражение – недоверчивое и в то же время озадаченное.

– Я надеюсь, что моя крошка приедет сюда вместе с сестрами. Они важная часть моей жизни, – тем же ровным тоном сказала девушка. – Полагаю, о моем скандальном отъезде из Мондана в Андарру вы прочли в газетах, – Иржина обвела всех кавалеров внимательным взглядом и уловила нотку грусти в глазах дона Альфреда, понятливый огонек в томных очах Диего и сочувствие на лице дона Амедео. Дон Каприцио смотрел на нее иначе – жадно, словно ожидал грязных подробностей внезапного романа. – Не все, что там писали – правда. Но я не стану делиться с вами подробностями. Просто знайте, что меня заставили уехать так публично и оскорбительно, бросить театр и Родину. А вот вернулась в Мондан я по своей воле, собираясь спокойно жить в поместье, которое выкупила на свои средства. Сейчас моя жизнь меняется, и я не могу сказать, как буду жить дальше. Поэтому прошу не торопить меня и не настаивать.

– Донья Иржина, – вежливым тоном спросил дон Альфредо, – позволено нам будет узнать, что Его Величество сказал о вашем…положении.