Сюрприз для Александрины - Наталия Ломовская

– Вот я без гувернанток воспитывалась, поэтому всего этого и не знаю, – пригорюнилась Светочка. – А как интересно!

– А ты книжки читай, не только глянцевые журналы. Или хотя бы хорошее кино смотри. Например, «Сисси» с Роми Шнайдер.

– Думаешь, мне понравится?

– Я уверена.

– Ну, попробую. Слушай, ну и что там у них во дворце?

– Теперь этот дворец – официальная резиденция президента Австрии. У входа выставляется караул императорской охраны, гостей встречают лакеи в ливреях, на скамеечках сидят девушки в платьях по моде прошлых лет, а молодые люди в белоснежных париках преподносят им маленькие подарки – все как в старину, при дворе Франца Иосифа.

– Ух ты! А какие подарки?

– В последний раз были веера.

– Зачем они, теперь всюду кондиционеры, – вздохнула практичная девушка Света.

– Дарили и зеркальца, и фигурки работы Сваровски, и духи, и поездки на фиакре, и даже позолоченные флешки.

– Деньги к деньгам, – непонятно отозвалась Светочка. – Ну-ну, расскажи еще что-нибудь!

– Еще бывает Huntersball. Бал охотников. Все участники одеваются в австрийские национальные костюмы. Дамы в хорошеньких платьях с широкими оборчатыми юбками, мужчины – в альпийских жакетах. Танцуют под национальную музыку…

– Хм, не думаю, чтобы мне показалось бы так уж страшно весело.

– А Rudolfina Redoute? Это единственный бал-маскарад, где командуют дамы.

– Вроде женского дня в стриптиз-баре? Девчонки зажига-ают!

– Ну, типа того. Дамы все в масках, и все танцы – белые.

– В масках – это дело. А то я недавно так оскандалилась в «Дикой утке», что до сих пор стыдно туда соваться. А была бы я в масочке, так все шито-крыто. Твои аристократки, я смотрю, тоже не промах.

– Думаю, тебе бы понравился и Lebensball. Он самый модный, билеты туда достать просто нереально.

– А почему?

– Ну… такой он популярный. Его придумала «голубая» тусовка.

– Тут я с тобой согласна. Геи – они умеют веселиться. И что там?

– Там бывают самые интересные люди: художники, писатели, поэты, актеры, демонстрируются самые дорогие, изысканные вечерние платья и украшения, представляются парфюмерные новинки. Обязательно в программу входит показ мод какого-нибудь известного дизайнера. В прошлый раз были Дольче и Габбана… Но мне больше всего понравился Bonbon-Ball – конфетный бал. На нем гостей угощают знаменитой австрийской выпечкой, везде горы конфет, стены выкрашены под розовую глазурь, и на этом балу выбирают сладкую королеву. Ее сажают на одну чашу весов, а на другую насыпают столько шоколада, сколько надо, чтобы их уравновесить. И всю эту гору шоколадок королева может забрать с собой, представляешь?

– Какой восторг! Ты у нас сладкоежка, оказывается. Слушай, но туда же кого попало не приглашают? Поди-ка, только аристократию и солидных людей?

– Да нет, кто угодно может пойти. Только билет надо купить.

– Дорогие билеты?

– По-разному. Есть дешевые – десять евро, пятнадцать. Это если с балкона смотреть, но не танцевать. А сколько наши стоили… Я даже не знаю.

Разумеется, не знаю – я ведь их ни разу не покупала. Аптекарь сам заказывал и платил за них через Интернет. Его это отчего-то страшно забавляло.

– А платья? Там же, наверное, все шикарно одеты?

– Разумеется. У каждого бала свой дресс-код. На некоторые пускают только в темном костюме, на другие – в смокинге, на какие-то – без фрака и не появляйся.

– Да что ты мне о фраках? Я их только по телевизору видела. Меня больше платья интересуют.

– Тут кто во что горазд. Есть негласное условие, что нельзя дважды появляться в одном платье.

– Ни фига ж себе!

– Вот именно. Поэтому в Вене полно магазинов. На разный карман. У кого с финансами нормально – едут в Первый район, в бутик Рорр & Kretschmer. Там самые шикарные платья, в единственном экземпляре. Там же и аксессуары подберут – и туфли, и сумочку. Но в этом бутике продают сотни две платьев в год, не больше. Остальные дамы одеваются в обычных торговых центрах, где можно сотни за две приобрести очень милое платье. А вообще, многие делают так. Как ты думаешь, куда богатые люди девают эксклюзивные платья? Сдают в прокат. За десять-двадцать евро можно получить шикарное платье, только один раз засвеченное, представляешь?

– Платье от известного дизайнера?

– От самого, самого известного!

– Я бы только так и делала, – вздохнула Светочка.

«Я бы тоже», – чуть не ляпнула я. Мне случилось как-то попасть в дивный уголок, где давали напрокат чудесные платья. Они были похожи на райских птиц, присевших на кронштейны. Мне страшно хотелось выбрать одно из них. Кто носил это – красное, с корсажем, расшитым бутонами роз? А это – узкое, как перчатка, черное со змеиным лоском, плиссированным веером расходящееся от коленей. Мне казалось, что с одним из этих чужих платьев в мою жизнь войдет то, чего мне так не хватало: терпкий привкус интриги, вольный дух приключений, пряные ароматы греха!

Но Аптекарь сам выбрал для меня туалеты. Никаких комиссионных тряпок, боже упаси! Банальных девических фасонов платья – тех оттенков, в какие окрашена дешевая магазинная пастила. Бледно-зеленое, бледно-розовое, белое… Белое платье было самое ужасное – с рукавами-фонариками. Эти фонарики испортили мне весь бал. Они были наивны, провинциальны, они совершенно не совпадали с тем образом загадочной роковой красавицы, который мне так хотелось воплотить в жизнь…

– Ну, а что там танцуют?

– Конечно же, вальсы! Штрауса, Листа… Сначала дебютанты выходят на полонез. А потом распорядитель объявляет: «Alles Walzer!» И все танцуют. Польки, галопы, танго, фокстрот… А потом еще – квик-степ, или даже румбу и сальсу.

– Скука смертная, – заявила мне Светочка. – Все-таки вы, богатые невесты, совершенно не умеете развлекаться.

Я только улыбнулась ей. Мне вспомнилось – кружение платьев, воздух, напоенный тонким благоуханием цветов, зыбкие огоньки свечей и вальсы, вальсы…

Что ж, может быть, и скука…

– Так что, я тебя подкрашу сегодня? У тебя же свидание. Надо быть при параде.

– Мы, богатые невесты, и так хороши.

Это была моя маленькая месть за «скуку смертную».

– Тоже верно, – сказала Светочка и загрустила.