Клятва Белоснежки - Анна Бахтиярова

— Зачем я здесь?

Альберт опасно свел брови. Жанна с трудом удержалась от желания кинуться наутек. Но вспышки гнева не случилось. Вместо нее последовало признание.

— Ты похожа на мою дочь. Не на Асю. На другую. На Веру. Мы ее потеряли. В автомобильной аварии.

— Мне жаль, — прошептала Жанна сочувственно.

Она кое-что знала о потерях. Отец, который любил единственную дочь без каких-либо условий и требований, умер, когда Жанна училась в пятом классе. Осталась только деспотичная мать и вечные придирки.

— Вера была достойной дочерью. Способной, успешной, — продолжил Альберт, не глядя на юную подопечную. — Но я никогда ей этого не говорил. Ни разу не похвалил. Только требовал и требовал. Так и не успел сказать, как дорога она мне была.

Альберт замолчал. Сам не ожидал от себя подобных откровений.

— Простите, что… — начала Жанна, но не придумала, как закончить предложение.

— У Веры было много планов, — проговорил Альберт, повернувшись к девочке. — Ей не хватило времени их реализовать. Хочу, чтобы получилось у Аси. И у тебя, ребенок.

Жанна поняла, что ее выбрали в качестве замены Веры из-за внешнего сходства. Но не расстроилась. Наоборот, испытала облегчение. Осознала, что ее не обидят. И не дадут в обиду другим.

В тот вечер они ели заказанную Альбертом пиццу и смотрели кино по телевизору. Когда начался очередной рекламный блок, Жанна нахмурилась.

— Скука смертная, — проговорила она задумчиво.

— Реклама — двигатель торговли, — попенял Альберт.

— Знаю. Но такая реклама — взять хоть эту, с порошком — ужасно… хм… примитивная. Не играет. Совсем.

Покровитель приподнял одну бровь.

— А что бы ты изменила?

Жанна задумчиво потерла лоб и предложила пару идей. Наобум.

Альберт прищурился.

— Вот что, ребёнок, а давай-ка отправим тебя изучать рекламное дело. Это и бизнес, и творчество. Может, и выйдет что-нибудь путное…

…Лифт достиг семнадцатого этажа, и Жанна вошла в собственную вотчину. В то самое «путное», которое получилось из затеи Альберта. Здесь работали с размахом. Десятки крупных рекламных компаний, которые сотрудники вели одновременно. Не говоря уже о более мелких проектах. Работа кипела, а жизнь била ключом. И даже не по голове. Да, в последние месяцы у агентства были трудности. Но никто не унывал и свято верил, что это временное явление.

И Жанну здесь… если не любили, то точно уважали. Пусть и называли за глаза снежной королевой. Она делала вид, что не знает о прозвище. Хотя оно ее и забавляло. Да, холодная, ледяная и непробиваемая. Но главное — королева.

— Жанна Олеговна, доброе утро, — подскочила Люба — бойкая девица двадцати пяти лет, умеющая одновременно решать с десяток задач.

В руках Люба держала папку с множеством пометок. Кстати, девушка была не личной помощницей Жанны, а именно секретарем агентства. Люба не приносила кофе, не прибегала по каждой ерунде. Она отвечала за более глобальные вопросы. А личная помощница недавно ушла в декрет, и ее место пустовало. До сегодняшнего дня.

— Отложи всё это минут на пятнадцать, если нет ничего мега-срочного, — велела Жанна. — Лучше скажи, помощничек явился?

— Да. Ждет в приемной.

— Отлично, — Жанна на миг сжала зубы, настраиваясь на боевой лад. — Ты пока свободна, Люба. Пойду знакомиться с мальчиком на побегушках…

Глава 3.

Личный помощник

СТАС Александровский

Стас злился. На всех сразу.

На Свету, которая не могла взять в толк, почему старший брат внезапно поменял работу, и пристала с миллионом вопросов, как колючка репейная. На Асю, которую угораздило в него влюбиться. На Рудакова, который бросил будущего зятя на амбразуру. На новую начальницу, которая… которая… Ух! У Стаса чуть дым из ушей не повалил при мысли о Жанне Громовой. Натуральная стерва! Считает себя центром вселенной! Неудивительно, что Рудаков на нее взъелся. И вообще… поди теперь, ототри чертово кофейное пятно с белой, как снег, рубашки! А ведь только купил. Для особых случаев!

Но обо всем по порядку…

Стас повидал немало контор, пока работал сначала курьером, потом водителем. В каждой была своя атмосфера. Где-то царил порядок, и все ходили по стенке, как в банке. Где-то господствовал хаос, взглянув на который и не поверишь, что офис вообще функционирует. Создавалось ощущение, что народ только и делает, что распивает чаи и бегает в курилку, причем, всей толпой. Рекламное агентство «Белоснежка» произвело двойственное ощущение. Здесь не наблюдалось и намека на размеренную работу: все куда-то спешили, спорили, да и одежда большинства сотрудников явно не подходила для офиса. Однако все точно работали, даже в курилке обсуждали исключительно презентации и детали новых роликов. Стас только плечами пожал. В конце концов, у ребят работа творческая. Они же не бухгалтеры, которым полагается сидеть, уткнувшись в колонки с цифрами в мониторе. Здешние работники генерируют идеи.

— Александровский, значит, — протянула секретарь, представившаяся Любой. Точнее офис-менеджер — миловидная рыженькая девушка, единственная из всех вокруг одетая строго: в белую блузку и серую юбку до колен. — Давай документ, будем оформлять.

Прозвучало странно. Будто Стас под арестом и отправляется в места не столь отдаленные. А вдруг это знак? А что? Намерения-то у него можно сказать преступные. Может послать Рудакова с его заданием непроходимой топью и сбежать, пока ничего не натворил. Но Стас отринул эту идею, как непригодную во всех смыслах. Пошлешь Рудакова, как же!

С «оформлением» Люба разобралась быстро, бегло познакомила с «географией» агентства, показала, где «кухонька», и отправила в приемную — ждать начальницу. Стол самой Любы располагался в холле. Стас сначала нахмурился. Опять двадцать пять: сидеть и пялиться на дверь, как недавно у Рудакова. Но вдруг понял, что очень хочет отложить встречу с Жанной Громовой, хотя сам не понимал тому причину. Совесть проснулась? Или интуиция шепчет: «Спасайся, идиот, пока не погорел»?

Секунды бежали, складываясь в минуты, а Жанна всё не объявлялась. Стас поглядывал на настенные часы, вспоминая довольное лицо Семёна, который после первого же дня процедур почувствовал прилив бодрости. Веский повод играть по правилам Рудакова, верно? А значит, надо избавиться от всех мыслей и эмоций, действовать, как робот. Что там в личном деле Громовой?

Стас изучил бумаги, переданные будущим тестем вдоль и поперек. Помнил о Жанне все. Воспитывалась матерью-одиночкой. Отучилась в бизнес-школе, ездила стажироваться за границу. Вышла замуж в двадцать лет. За доктора. Молодого хирурга, подающего большие надежды. Но брак продлился недолго. Спасибо, пьяному водителю, сбившему мужа на больничной парковке. Бывают же в жизни столь безумные вещи! Впрочем, Стас по личному опыту знал, что очень даже бывают.