Любовь наотмашь - Алиса Корсак

Клим уже садился в машину, когда вспомнил о досье. Он велел собрать досье на Алису после их памятной встречи на юбилее у Ремизова. Тогда он прочел досье по диагонали, в тот момент его в основном интересовало финансовое состояние госпожи Волковой. Пришло время изучить досье от корки до корки. Может, удастся разобраться в происходящем…

* * *

…Это была странная комната, непонятно для чего предназначенная. Зеркальные стены, зеркальный потолок, даже паркетный пол был отполирован до зеркального блеска.

– Что это? – потрясенно спросила Алиса, рассматривая своих бесчисленных зеркальных двойников.

– Действительно, что это? – эхом отозвались двойники Мелисы.

– Это тренажерный зал. – К их бесчисленным двойникам присоединились бесчисленные двойники Ольгерда.

– Ольгерд, слава богу! – Алиса облегченно вздохнула, шагнула ему навстречу. – Что ты тут делаешь? Мы волновались.

– А я ждал тебя. – Ольгерд улыбнулся, и все его бесчисленные отражения тоже улыбнулись.

Алисе стало не по себе.

– Ждал?

– Да, Мелиса пообещала привезти тебя сюда.

Она перевела недоуменный взгляд с Ольгерда на сестру:

– Что происходит?

Та пожала плечами, закурила. Ольгерд скрестил руки на груди, оперся плечом о дверной косяк, приготовился ждать. Чего?…

– Как ты относишься к несправедливости? – спросила вдруг Мелиса.

– В каком смысле?

– Ну, считаешь ли ты, что с несправедливостью нужно бороться?

– Да, только я не…

– Вот и хорошо. – Мелиса глубоко и с удовольствием затянулась сигаретой. – Тогда давай начнем восстанавливать справедливость прямо сейчас. Для начала, назови-ка нам номер своего банковского счета, сестричка.

– Что? – Она ничего не понимала, эта зеркальная комната лишала ее душевного равновесия.

Отражения Мелисы посмотрели на нее с упреком, сказали:

– Да что же здесь непонятного?! Мы с Ольгердом считаем несправедливым тот факт, что у вас с этой щипаной вороной есть все, а у нас – ничего. И мы придумали план, восстанавливающий справедливость. Точнее, это я придумала, а Ольгерд меня поддержал.

До нее начал, наконец, доходить смысл сказанного: Ольгерд и Мелиса объединились против них с Зинон и решили устроить переворот в отдельно взятой компании. Чушь собачья! Компания – это частная собственность, без согласия владельцев с ней ничего не сделать. Очередная глупая авантюра.

– И каким образом вы решили восстанавливать справедливость? – спросила Алиса у двойников сестры.

Двойники рассмеялись, под зеркальным потолком заплясало громкое эхо.

– Мы уже начали ее восстанавливать, – отсмеявшись, сказала Мелиса. – Два месяца назад.

«Зинон, – мелькнула жуткая догадка, – они начали с Зинон! Нет, этого не может быть, Мелиса не такая! Она легкомысленная, взбалмошная, возможно, завистливая, но она же – моя сестра, она бы не посмела!».

– Эта драная кошка мне никогда не нравилась. – Мелиса поморщилась. – Ты всегда доверяла ей больше, чем мне, своей родной сестре. А она постоянно настраивала тебя против меня. Та история с казино – это же она донесла, позаботилась о твоих денежках, да, красотуля?! А ты?! Разве ты обеднела бы, если бы помогла мне тогда?! – Острый, как стилет, ноготь уперся Алисе в грудь.

– Я тебе помогла, – тихо сказала она, изучая лицо незнакомки, которую двадцать семь лет считала своей сестрой.

– Да, помогла, но сначала унизила! – взвизгнула Мелиса. – Ты думаешь, такие вещи легко забыть?! Нет, сестричка! И вообще, это нечестно. Десять лет назад произошла страшная ошибка. Это я должна была оказаться на твоем месте! Это мне должна была принадлежать фирма, деньги, шмотки, богатые мужики! А ты все это у меня украла! Пока я мучилась в компании двух чокнутых фанатиков, наших с тобой предков, ты наслаждалась жизнью!

– Я тебе помогала.

– Помогала! Потому что для тебя это ничего не стоило. Ты бросала обглоданную кость бедной родственнице и чувствовала себя благодетельницей! А мне не нужны были подачки, жалкие крохи того, что и так должно было принадлежать мне.

– Мелиса, что ты говоришь? – Ей стало страшно, что сестра столько лет жила с этим ужасным, разрушающим душу чувством. Ее собственная ненависть к Панкратову – ничто по сравнению с демонами, терзавшими Мелису. И она все это время ни о чем не догадывалась! Значит, в случившемся есть большая доля и ее вины, Мелиса права…

– Я решила начать с малого. – Кажется, сестра ее даже не услышала. – Я отняла твоего мужчину. Это было легко. Правда, милый? – Она ласково улыбнулась Ольгерду.

Ольгерд ничего не ответил, по его невозмутимому лицу нельзя было понять, о чем он думает и как относится к происходящему.

– Он сделал предложение тебе, но любил он меня!

– Глупо, – сказала Алиса устало. – Нужно было ему не мучиться и сразу жениться на тебе.

Мелиса хихикнула:

– Нет, сестричка, глупостью было бы жениться на одной, зная, что все деньги находятся в руках другой! А Ольгерд, он ведь финансовый гений, он каждый свой шаг просчитывает заранее.

– А как же любовь?

– А при чем тут любовь? Тезис «С милым рай и в шалаше» давно утратил свою актуальность.

– Кто из вас напал на Зинон? – Она должна была задать этот вопрос сразу, а не выслушивать бред про их любовно-финансовые отношения.

– Ольгерд, – сказала Мелиса после небольшой паузы. – Мне бы она не доверилась, а ему… он ведь у нас такой душка!

– Я пришел к ней с утешениями и соболезнованиями, – впервые за долгое время заговорил Ольгерд. – Зинон была уже пьяной в дым. Все должно было сойти за несчастный случай.

– Я знала, – прошептала Алиса, – Зинон никогда не открывала окна.

– Ей повезло. – На идеальном лице скандинавского божества промелькнуло, но тут же исчезло раздражение. – Я не подумал о «козырьке» над подъездом, и она выжила.

– И тем самым нарушила все наши планы! – вмешалась в монолог Ольгерда Мелиса. – Знаешь, как мы боялись, что она очухается? Наш викинг даже поседел слегка. – Она хихикнула. – Да, да, ему, бедному, теперь приходится регулярно подкрашивать волосы. Краска «нордический блонд», я сама такой пользуюсь.

Ольгерд на ее тираду отреагировал лишь вежливой улыбкой. «И краска нордическая, и темперамент нордический», – некстати подумала Алиса.

– Но теперь-то совершенно ясно, что этой суке не выкарабкаться. – Мелиса скривила губы в презрительной усмешке, – не понимаю, сестричка, с какой стати ты тратишь на этот «овощ» мои денежки?

– Заткнись! – крикнула Алиса.

– Заткнись, заткнись, – насмешливо отозвалось зеркальное эхо.