Пари на брак - Оливия Хейл

— Конечно нет, — он держит бутылку под углом сорок пять градусов и одним отточенным движением проводит шампуром по горлышку. Пробка отлетает, и он поднимает бутылку. — Кто хочет пить?

— Я, — говорит Нора и плывет к нему.

Я тянусь за своим бокалом. Этот день все равно уже безнадежен. Если она не спустится в ближайшее время, мне стоит пойти и проверить, не собирает ли Пейдж свои вещи. Эта мысль гложет меня изнутри.

Со стороны озера подходит Джеймс. Он мокрый насквозь, его светлые волосы гладко зачесаны назад после плавания, а кожа бледна даже под летним солнцем.

Я удивлен, что он остался на все три дня. С ребенком дома он обычно не задерживается в поездках дольше необходимого.

— Эй. На причале доставка, — кричит он. — Идите сюда, все.

Я встаю, чтобы присоединиться к нему, и Вест с Норой выходят из бассейна. Алекс не выпускает шампур из руки. Со своими густыми каштановыми волосами и статью он выглядит как пират старых времен.

У причала ждет новая лодка.

Ее поспешно привязали к каменному льву, а у дальнего конца моего причала стоит мужчина во фраке с огромным букетом роз. Они точно такого же кроваво-красного цвета, как лак на ногтях Пейдж.

— Какого черта? — вслух произносит Алекс.

Я первым выхожу на причал. Мужчина окидывает нас всех взглядом, но обращается только ко мне.

— Per lei, signore (С ит. «Для вас, сэр»), — он протягивает мне букет.

Я беру его. Среди цветов лежит одна-единственная карточка, и я тянусь к ней. Внутри все сжимается. Конечно же, нас пригласят на одну из этих вечеринок именно сейчас.

— От кого? — спрашивает Вест.

— «Молодоженам», — читаю я. — «Пусть ваш брак будет так же удачлив, как ваши карты в покере. Вы все приглашены». Подписано одной буквой «V». Здесь еще кое-что… — я достаю игральную карту, зажатую между двумя бутонами роз. Она нестандартная, с черной бархатной рубашкой.

На лицевой стороне карты написаны следующие слова.

Монако. Сегодня вечером.

Приходите вернуть кое-что…

Я читаю слова вслух.

На причале воцаряется полная тишина. Черт. Я благодарю курьера в белых перчатках, а Алекс тянется за бумажником, чтобы дать ему на чай. В этот момент тот протягивает нам набор из четырех жемчужно-белых покерных фишек. На их обороте написано: «Место забронировано».

Мужчина возвращается в лодку, и та отчаливает, оставляя нас стоять на причале в напряженном молчании.

Вечеринки Вивьен легендарны и столь же опасны. Я не был ни на одной уже больше года. Это отличное место для заключения сделок, если знаешь, как с ними обращаться. Это также отличное место, чтобы потерять себя. Ставки там всегда астрономические.

Но, похоже, один из нас уже что-то потерял.

— Четыре входа, — говорю я и опускаю букет. — «Вернуть кое-что»?

— Алекс, — говорит Джеймс. Его голос отрывист. — Что ты проиграл?

Великан-шотландец молчал с тех пор, как мы спустились сюда. Теперь он прислонился к каменной колонне со львом, скрестив руки на груди, и на его лице — несвойственная ему мрачная гримаса.

— Почему ты сразу подумал обо мне?

— Потому что это не Джеймс. Не Раф. И уж точно не я, — говорит Вест. — Алекс…

— Я собирался тихо все отыграть, — протестует он. — Вы бы никогда не узнали.

— Что ты проиграл? — спрашиваю я. В висках начинает глухо стучать, и я вспоминаю гнев, вызванный ужасом, который испытал, увидев Пейдж прошлой ночью у клетки. Гнев был знакомым. Ужас — новым.

Его отблеск я чувствую и сейчас, осознавая, что тот, кого я считаю семьей, безрассуднее, чем я мог подумать.

Алекс поднимает шампур.

— Вы все накинетесь на меня, когда узнаете, но помните, что я вооружен.

Голос Джеймса ледяной.

— Что ты проиграл?

Он говорит нам, и ему удается уцелеть после признания, но это счастливая случайность.

— Думаете, он будет там? — спрашиваю я остальных. Они все знают, кого я имею в виду. Когда-то наша компания была не из четырех, а из пяти человек. Мы были неразлучны в Бельмонте. Пока все не рухнуло вокруг него… и пока он не нарушил правило «сестер не трогать» с Эмбер.

Это было много лет назад. С тех пор никому из нас не «посчастливилось» пересечься с Адрианом.

Ближе всех к этому был Вест прошлой весной, когда последняя вечеринка Вивьен проходила в старом имении семьи Адриана. В том самом, что они потеряли, когда их фасад рухнул. Все мы пострадали в том обвале. Он солгал нам и исчез, и все эти годы лишь изредка мелькал в темноте. Его имя против имени Алекса в аукционе на недвижимость, крупная покупка в одном из моих магазинов.

А в последнее время он начал создавать себе репутацию в финансовом секторе, столь же безжалостную, как у его отца. Медленно возвращая состояние, одну хищную сделку за другой.

— Его приглашали в последний раз, когда я был там, даже если он и не появился, — говорит Вест. — Не представляю, чтобы он пришел сегодня.

— Зачем ему показываться? Никто ему не доверяет, — говорит Алекс.

— Думаю, все будет в порядке, — говорит Джеймс.

И вот мы все едем в Монако.

ГЛАВА 37

Пейдж

Один день я выхожу замуж на сверкающей террасе с видом на озеро Комо.

На следующий я стираю кровь с костяшек Рафа, пока сердце неистово колотится.

А теперь я заселяюсь в один из самых роскошных номеров, какие только видела, с окнами, выходящими на залив Монте-Карло, полный яхт. Когда остальные рассказали мне о своих планах, я тут же сказала, что хочу поехать с ними.

Путешествие — это движение, а движение — это безопасность.

Чем больше времени у меня на раздумья, тем чаще я буду видеть перед собой Рафа. Уставшего, вспотевшего и более напряженного, чем когда-либо, его глаза так близко к моим. Такое ощущение, будто я наконец увидела настоящего его. Грани сгладились, и наши обычные перепалки умолкли.

В том маленьком чулане была честность. И страх тоже. Но именно честность испугала меня больше всего. Он такой же неидеальный, как и я.

Я не знаю, как с этим справиться. Поэтому вместо этого я собрала чемодан в Монако.

Ехать всего три с половиной часа, но Джеймс организовал вертолеты, и мне довелось увидеть итальянскую сельскую местность и Французскую Ривьеру с неба за один полет.

Раф не снимал солнечные очки все это время. Даже когда мы заселялись в роскошный отель. Он ушел наверх в наш номер, пока Нора, Эмбер и я отправились на быстрый шопинг. Эмбер говорила с нами об инвестиционной