Лавина любви - Ава Хоуп

Но очень хочется верить, что где-то среди миллионов людей все же есть та самая. Моя самая-самая.

– Привет, – едва слышно произносит Луиза, когда я открываю дверь номера.

Опускаю глаза в пол и, сделав вдох, прохожу внутрь. Неторопливо закрываю за собой дверь и, сняв куртку, вешаю ее на крючок.

Я так устал от всего этого дерьма, что даже не пытаюсь сделать вид, что мне интересно ее грядущее шоу. Просто прохожу мимо нее к тумбе и беру бутылку воды. Пока жадно опустошаю ее, смотрю в окно перед собой.

Маленькие снежные хлопья словно пух застилают покрывалом еловые ветви. Верхушки гор передо мной прячутся в дымке, создавая иллюзию уединения. Будто мы спрятаны от целого мира.

– Ты когда-нибудь сможешь меня простить? – тихо спрашивает Луиза, обвивая руками меня за талию и прижимаясь к спине.

Делаю еще один глоток, после чего бросаю стеклянную бутылку в корзину. Звон нарушает тишину в номере, и Луиза вздрагивает. С моих губ срывается усталый вздох.

– Не хочу сейчас об этом говорить.

Ожидаю, что она все равно продолжит спектакль, поиграет на нервах, но она лишь шепчет:

– Я могу остаться с тобой до завтра? Ближайший рейс только через восемнадцать часов.

Киваю.

Она убирает руки с торса и встает справа от меня. Ее взгляд тоже устремляется к окну.

– Теперь у тебя есть собственный склон в России, – вдруг говорит Луиза.

Поворачиваю голову к ней и удивленно вскидываю бровь.

– С каких пор ты следишь за моими сделками?

– Я смотрела все выпуски шоу.

Усмехаюсь.

– Так… Снежана?

– Между нами ничего нет, – просто отвечаю. – И не было.

– А Софи?

– Думаю, она жалеет, что мы переспали.

Она тяжело сглатывает, и я тут же добавляю:

– Прости.

– Ничего. Я ведь твоя бывшая. – Грусть в ее голосе режет мне слух.

– Луиза…

– Я боялась залететь. Поэтому мы так редко занимались сексом.

От удивления открываю рот.

– Я знала, что ты хочешь ребенка, Алекс. Но я… Мой отец избивал меня, а мама просто стояла рядом. Она никогда не пыталась защитить меня, обесценивала свою жизнь и жила лишь ради того, чтобы угодить отцу. Я просто… боялась стать, как она. Боялась, что не смогу быть матерью. Не смогу ставить ребенка превыше всего, понимаешь?

Ее слова поражают меня до глубины души.

– Мне было все сложнее и сложнее находиться рядом с тобой, ведь я понимала, чего от меня ждешь, но не могла побороть страх. Я придумывала глупые оправдания, работала не покладая рук…

– Но зачем ты солгала тогда о беременности?

Она опускает глаза.

– Я хотела сбежать из дома. Больше не могла там находиться. Я… не была обольстительницей, и за мной не бегали толпы ухажеров, которые мечтали бы жениться на мне. А когда я встретила тебя, то поняла, что ты и есть мой счастливый билет. Я восхищалась твоими мыслями, твоими поступками, твоим желанием самореализовываться. И я хотела всего этого с тобой. Поэтому я солгала. Твоя жизнь была распланирована на годы вперед, Алекс. Твоя карьера, курорты, путешествия. Я не думала, что ты и в самом деле захочешь ребенка.

– Возможно, тогда я его и не хотел, но мы были вместе восемь лет, Луиза. Восемь! Я думал, что ты просто боишься, – качаю головой я.

– Прости, – шепчет она.

– Зачем ты приехала?

– Я не могу без тебя.

– Луиза…

– Я знаю, ладно? Знаю, что облажалась.

– Облажалась? – вскидываю бровь. – Ты лгала мне. Вместо того чтобы просто признаться, ты продолжала мне лгать. Это не «облажалась».

Она молчит. И мне тоже нечего сказать.

– Я хочу попробовать еще раз, – шепчет Луиза. – Вдруг у меня получится?

Шумно выдыхаю:

– То есть сейчас ты считаешь, что сможешь стать хорошей матерью?

– Да, – просто отвечает она. – Я никогда не думала, что смогу построить карьеру. Этому научил меня ты. Я никогда не думала, что смогу дать отпор отцу, но у меня вышло. И этому тоже научил меня ты. Ты научил меня бороться за мечты. Своим примером показал, как важно заниматься саморазвитием. И я уверена, что с тобой я научусь быть матерью. Только дай мне шанс.

Я запрокидываю голову к потолку и непроизвольно фыркаю.

– Луиза, мы развелись.

– Но я тебя люблю.

– Я был с другой девушкой.

– Это неважно.

– Для меня – важно.

Она встает передо мной и проводит ладонью по щеке. В ее глазах слезы.

– Пожалуйста. Давай попробуем еще раз?

– И как ты себе это представляешь, Луиза? После шоу я возвращаюсь в Ишгль, трахаю тебя, пока ты не залетишь, мы снова женимся и живем душа в душу, будто ничего этого и не было?

Луиза неуверенно кивает.

– А как же твоя карьера?

– Плевать на карьеру.

– Вот так просто?

– Вот так просто.

– Послушай, я никогда не просил тебя отказываться от карьеры. Я вообще никогда у тебя ничего не просил. Ты не хотела посещать мои выступления, ты ни разу не стояла на борде, ты терпеть не можешь холод и зиму и мою мать, и порой мне казалось, что и меня ты тоже терпеть не можешь. Луиза, я не хочу от тебя ребенка. Я уверен, что если когда-нибудь ты захочешь родить, то из тебя выйдет прекрасная мать. Потому что все, за что ты берешься, у тебя получается. Но я не хочу, чтобы ты была матерью моего ребенка, Луиза. И я не хочу, чтобы ты была моей. Я влюблен в другую девушку. А между нами все давно кончено.

Глава 34

Снежана

Давно у меня не было такого прекрасного настроения.

На проекте и вовсе впервые ощущаю себя так, будто я – главная героиня какого-то яркого мюзикла.

Собираюсь на предпоследний для шоу и финальный для себя отбор, а тело так и просится в пляс. В комнате кроме меня никого, так что позволяю себе эту слабость. Кривляюсь перед зеркалом под песню Егора Крида, которую сама же напеваю, попутно с этим умудряясь красить ресницы.

Гостиничный номер залит солнцем, как моя душа – надеждой на то, что дальше ждет только самое лучшее.

В дверь стучат, но мое хорошее настроение это не прогоняет. Будь за порогом хоть десяток операторов во главе с Антониной, я готова.

Все точки расставлены. Я поговорила с Алексом. Клоунский проект для меня вот-вот подойдет к концу, и, стоит сказать, вполне успешно.

Я далеко зашла и, если верить Антонине, сумела запомниться зрителям. Но что важнее – не потеряла себя.

– Прости, что без приглашения. – За порогом оказывается Дима, которого моментально затаскиваю в