Измена. Невозможно забыть - Ольга Хмелёва

Они же поубивают друг друга! А я ничего не могу сделать, только стоять и в ужасе наблюдать за этой яростной схваткой.

Краем глаза замечаю, как открывается подъездная дверь. Из нее выходит дядя Толя со своей собакой. Ему лет сорок, и, сколько я его помню, он всегда на спорте. Гири, турники, пробежки. Про таких говорят “широкий, как шкаф”.

Я понимаю, что он — моя единственная надежда.

— Дядя Толя, пожалуйста, разнимите их!

Мужчина быстрым взглядом оценивает обстановку и протягивает мне собачий поводок.

— Подержи. Скиф, место.

Я не могу поверить своим глазам — за пару мгновений он раскидывает парней в разные стороны, как щенков.

— Брейк, пацаны, — грубо говорит дядя Толя. — А то сейчас кости переломаю обоим.

Парни тяжело дышат и хмуро смотрят на мужчину. Тут и дураку понятно, что силы не равны.

— Кто затеял? — спрашивает дядя Толя, обращаясь ко мне.

— Он, — показываю пальцем на Королева.

— Давай, парниша, вали отсюда.

Сосед подталкивает бывшего в спину. Кажется, будто легонько, но Королев спотыкается и за малым удерживается на ногах. Зло глядя на меня, он сплевывает кровью на асфальт. Не удивлюсь, если Рома выбил ему зубы.

Поднимаю руку и показываю Королеву средний палец. Тот, подгоняемый в спину дядей Толей, молча отворачивается.

Надеюсь, это была наша последняя встреча.

У Ромы сильно рассечена бровь, кровь капает прямо на футболку. Я достаю из сумочки бумажные платочки и пытаюсь хоть немного остановить кровь. Рома морщится.

— Прости, — говорю виновато.

Напряжение наконец-то отпускает, и я начинаю плакать.

— Ну чего ты, маленькая? — Рома обнимает меня и целует в макушку. — Всё нормально.

— Я так за тебя испугалась, — всхлипываю я.

— Это же хорошо, значит, любишь, — слышу в его голосе улыбку.

— Люблю, — бурчу ему в грудь.

Чувствую, как его руки крепче сжимаются вокруг меня.

— Я тоже тебя люблю, — тихо шепчет Рома возле моего уха.

Да уж, не в таких обстоятельствах я хотела бы получить признание в любви. Но, с другой стороны, когда признание идет из самого сердца — какая разница, что происходит вокруг?

— Уехал. Я проконтролировал. Все в порядке, парень? — спрашивает дядя Толя.

— Да, спасибо вам большое, — Рома пожимает мужчине руку.

— Обращайтесь. Скиф, гулять, — и мужчина с собакой уходят в сторону детской площадки.

Так тепло и уютно ощущать себя в объятиях любимого мужчины. Жизнь так коротка, в любой момент с нами может случиться всё, что угодно. Надо жить здесь и сейчас. Радоваться каждому дню. И не бояться идти навстречу своей мечте.

Вот такие мысли блуждают в моей голове в то время, как Рома нежно гладит меня по волосам.

Это всё лирика. А у нас еще есть нерешенные проблемы.

Я отстраняюсь и разглядываю Ромино лицо. Кровь из рассеченной брови и не думает останавливаться. Щека опухла, начинает наливаться синяк. Я протягиваю руку и провожу по его лицу от скулы до подбородка. Рома закрывает глаза и трется щекою об мою ладонь. — Ч-и-т-а-й- на- К-н-и-г-о-е-д-.-н-е-т-

— Поехали в травмпункт, надо зашивать, — говорю таким тоном, чтобы сразу было понятно, что спорить бесполезно.

Рома кивает в ответ, но не двигается с места. Так и стоит с закрытыми глазами.

— Ром? Поехали. Чего ждешь?

— Жду, когда ты повторишь то, что сказала мне несколько минут назад. А то я не расслышал, — улыбается парень.

Я сразу понимаю, что он имеет ввиду. А действительно, почему бы и не повторить.

— Я люблю тебя, Ром, — признание легко слетает с моих губ.

— Я тоже тебя люблю, — Рома нежно меня целует. — Вот теперь можно ехать.

Мы возвращаемся к припаркованному автомобилю. Пока Рома выезжает со двора, я делаю звонок маме.

— Мам, у меня тут небольшой форс-мажор. Роме надо в травмпункт. Нет, ничего страшного. Бровь рассек, нужно зашить. Через час-полтора примерно. Да, ложись, не жди.

— А если переедешь ко мне — то перед мамой не нужно будет отсчитываться, — говорит Рома после того, как я положила трубку.

— Это большой плюс, — улыбаюсь. — Я подумаю.

— Может, не будешь сегодня возвращаться домой? Останешься у меня. Марик будет рад.

— Ага, ради Марика всё и затевается, — смеюсь. — Нет, Ром. Как договаривались. Ночую дома. Тем более завтра с утра в офис, нужно переодеться.

— Ладно, на сегодня отмазалась. Но завтра такая отмазка уже не прокатит.

В травмпункте мы были единственными посетителями. Врач быстро наложил швы на рану и посоветовал выпить обезбол. Рома только отмахнулся. Ну да, конечно, настоящим мужикам таблетки не нужны.

— Заеду за тобой в восемь утра, — сказал Рома, целуя меня около дверей квартиры.

— Дежавю, — усмехнулась я. — Главное, опять по морде не получить.

— Ради признания в любви можно и по морде.

— Дурак, — я щелкнула его по носу. — Хватит с меня таких приключений. Я чуть с ума не сошла от страха за тебя.

— У меня есть одна идея, как сделать так, чтобы такого не повторилось.

— И как же? — полюбопытствовала я.

— Завтра расскажу, — подмигнул Рома. — Всё. Отбой.

Я тихонько зашла в квартиру. Все спят. Аккуратно захлопнула за собой дверь.

Бросила свои вещи в коридоре и прошла на кухню. Выглянув в окно, я увидела белый кашкай, который, сверкнув фарами, поехал в сторону центра.

В этой машине сидел человек, который за несколько дней умудрился перевернуть всю мою жизнь. Парень, который заставил меня снова поверить в то, что чудеса случаются, даже когда их совсем не ждешь.

— Я люблю тебя, Ром, — прошептала я, провожая глазами удаляющийся свет фар. — Очень люблю.

Глава 63

Всё утро я ужасно волновалась. Даже умудрилась разлить кофе на блузку, которую собиралась надеть. Пришлось срочно искать замену.

Первый рабочий день на новом месте. Всё ли получится? Вдруг я где-нибудь накосячу? Очень не хотелось, чтобы Рома пожалел о том, что предложил мне работу.

Когда я вышла из подъезда, парень уже поджидал меня, опираясь на капот автомобиля. На его лицо было больно смотреть. Заштопанная бровь с подсохшей корочкой была еще опухшей. А на подбородке красовался огроменный синяк.

— Привет, — я подошла к нему и потянулась за поцелуем.

— Ммм, какое прекрасное начало дня, — ответил Рома после того, как выпустил мои губы из плена.

— Как ты? — спрашиваю, показывая глазами на бровь.

— Да что мне будет, — хмыкает. — Заживет, как на собаке. Ну что, поехали? Нехорошо опаздывать в первый рабочий день. Босс может поругаться, — подмигнул парень.

Я захихикала.

— И часто вы ругаетесь на своих подчиненных, Роман Евгеньевич?

— Вообще стараюсь не ругаться. Но когда косячат — не люблю.

Сложно было представить Рому в роли босса.