Опаленные - Кэрол Хиггинс Кларк

Ким растерянно оглядывала то место на стене, где, с тех пор как они переехали в этот дом, висело ракушечное ожерелье.

— Твоя мама никогда не перестанет меня удивлять, — сказала она. — Только она могла завладеть королевским ожерельем, похищенным из Музея морских раковин! Подумать только, она заварила всю эту кашу тридцать с лишним лет назад!

Уилл обнял ее:

— Я сам удивляюсь.

Их сын, малютка Билли, давно уже спал. Уилл и Ким только что поужинали, наслаждаясь тишиной и покоем. Было уже поздно, около двенадцати часов. Они сидели на диване, потягивая коктейль, и вполголоса переговаривались. Он рассказал ей обо всем, что произошло за время ее отсутствия, и Ким, надо сказать, восприняла новости на удивление мужественно.

— Я знала, что Доринда Дос меня недолюбливает. Было бы любопытно взглянуть на тот бюллетень с моей безобразной фотографией. Но я все-таки рада, что ты догадался оставить его у себя в офисе.

Уилл взглянул на свою красавицу жену с ее длинными темными волосами и миндалевидными глазами. Они познакомились пять лет назад, стоя в очереди за билетами в кино на дневной сеанс. Оба купили билеты на пять часов. Потом они разговорились, сели рядом и с того дня были неразлучны. Теперь каждый год, празднуя годовщину своего знакомства, они в этот день шли в кино и покупали билеты на пятичасовой сеанс, даже если показывали какую-нибудь ерунду. Он очень ее любил, души не чаял в сыне, и ему нравилась та жизнь, которую они вели. Разумеется, ему очень не хотелось ставить под удар свое семейное счастье. И все же он это сделал — в тот вечер, когда отдал Доринде Дос это дурацкое ожерелье.

— Ты уверен, что завтра на балу твоя мамочка будет держать язык за зубами? Что она не проболтается о том, что это ожерелье все это время находилось у тебя?

Уилл задумчиво покачал головой и опустил ее на плечо Ким:

— Не знаю. Но она просто обязана это сделать.

— Вот погоди, что будет, когда она снова его увидит, Уилл! — воскликнула Ким. — Держу пари, когда его выставят на аукцион, она так и взовьется со своего места.

— Джимми еще не решил, продавать его или нет.

— Но ты ведь сам сказал, что на бал он наденет оба ожерелья?

— По крайней мере, таков был его план.

— Ты можешь себе представить, что произойдет, когда твоя мамуля увидит Джимми? С ее ожерельем на шее?

— Не хочу даже думать об этом, — ответил Уилл, еще крепче прижимаясь к жене. — У меня и так голова кругом от всей этой неразберихи, которая творится у нас в отеле.

— А теперь еще вдобавок ко всему приезжают Алметта и Бингсли.

— Я попросил Неда развлечь их завтра днем. Если мне повезет и ему удастся довести маму до изнеможения, к вечеру она просто раскиснет. Потом нам надо пережить этот бал. Надеюсь, кто-нибудь купит оба ожерелья и увезет их за тридевять земель. Тогда, быть может, мы все вздохнем спокойно.

— Итак, ты подключил Риган Рейли к расследованию этого дела.

— Да. В понедельник она улетает, но ей уже немало удалось сделать. Я рад, что завтра она будет на балу. Один из полицейских в городе — друг ее жениха. Он пришлет на бал нескольких своих ребят в штатском, чтобы они проследили за порядком.

— Бал «Стань принцессой» задумывался как волшебная сказка. Бог знает почему он обернулся кошмаром.

На столике рядом с диваном зазвонил телефон. Уилл вздрогнул и наклонился, чтобы взять трубку.

— Надеюсь, ничего страшного не случилось, — пробормотал он, переводя дыхание. — Алло.

— Здравствуй, лапонька! — весело защебетала его мать. — Мы тут сидим в аэропорту, пьем кофе, едим булочки с корицей и ждем, когда объявят посадку на самолет. Просто не верится, что мы встали в такую рань! Твой отец откопал какую-то сумасшедшую авиакомпанию! Их самолеты вылетают ни свет ни заря! Я просто хотела услышать твой голос и сказать тебе, что очень скоро мы будем у тебя!