Тень для драконьего принца - Сусанна Ткаченко

— Что ж, поздравляю! — только и сказал ректор с усталой улыбкой. — Вы, ваша славность Шашшир Усс, тоже отчислены. Но с дипломом. Ваша истинная обладает нужным образованием и вполне готова стать императрицей.

Папаша-наг показал сыну какие-то непонятные символы и занял свое место. Но по его расслабленной позе мне стало ясно, что правитель всем доволен. И мне бы тоже радоваться надо было, что Ен всё же получит диплом без обязательного прохождения курса. Но что-то не получалось. Как ни крути, а нас наказали. А ещё я привыкла к своей маленькой империи…

— А можно нам будет Виталика и его семью себе забрать? — склонившись к Ену, прошептала, стараясь сморгнуть слёзы.

— Конечно. Все что хочешь заберём, не переживай, — пообещал он мне твёрдо.

— Вопросы есть? — тем временем закончив оглашение вердикта, спросил ректор.

У меня был. Мне хотелось узнать, что с тем парнем, с которым граф Михаль поменялся местами, но я решила об этом узнать позже, не привлекая внимания. Вдруг о нём забыли и не ищут? Зачем напоминать? Тем более оставшиеся в академии наследники закидали ректора вопросами о переносе лабиринта, перерасчёте баллов и прочих учебных процессах.

— Все, кто отчислен, могут идти собирать вещи. Вы отправляетесь по домам завтра утром. Остальным я отвечу, — сжалился над нами ректор, и я чуть ли не первая спрыгнула со стула.

Мне очень хотелось увидеть детишек Виталика.

— Постой, Алиса, — раздался мне в спину мой же голос, не успела я отойти.

Я, вздрогнув, обернулась.

Меня звала Санса. Она смотрела умоляюще, а за её спиной стоял Шир, положив руки ей на плечи. Выглядел он счастливым и таким решительным, что мне за Сансу стало немного страшно. Наг точно не будет с ней просто спать и беседы беседовать.

— Тебе нужна помощь? — сделала я шаг к ним и тут же была остановлена драконом.

Ен встал за моей спиной, обвив руками. Так и стояли мы в двух метрах друг от друга двумя странными парами.

— Нет-нет, всё хорошо. Я просто спросить хотела, — протараторила Санса, немного замявшись, но всё же решилась: — Как там Андерис? Он жив?

Надо же! Видимо, между Сансой и сумасшедшим учёным были действительно сильные чувства, раз беспокойство о нём даже истинность не вытеснила.

— Жив, — ответила, — но, надеюсь, за небрежное отношение к чужим душам он понесёт достойное наказание: навсегда останется на Земле один и без магии.

Больше я ничего не стала ей говорить. Мы с Еном развернулись и ушли в свою маленькую страну. Нам надо было прощаться, раздавать бусины благодарности подданным и собирать вещи. Мне было до слёз жалко бросать наше хозяйство, но Ен по дороге сказал:

— Алиса, это ведь была игра. А впереди нас ждёт настоящая жизнь: учёба, судьбы подданных и их детей, наши дети в конце концов. Не жалей, мы с тобой выросли из игрушек. Давай лучше подумаем, что можем изменить в реальной, огромной Империи. Теперь, когда у меня есть ты, я уверен, что вместе мы можем перевернуть мир с ног на голову.

Я рассмеялась и прижалась щекой к плечу Ена. О, да. Мы точно можем перевернуть всё вверх дном, но начать бы мне хотелось со свадьбы, освоения моей магии жизни и… изобретения способа общения с моими родителями. Родителям Ена этот способ тоже понадобится, когда они станут небесными драконами. Так что будем переворачивать мир и в этом направлении.

Эпилог

Десять лет спустя

Я ещё раз придирчиво осмотрела себя в зеркале, поправила венец и повернулась к мужу. Мой любимый дракон стоял в праздничном мундире и тоже с венцом. Он был таким красивым, что мне зажмуриться хотелось. Но больше всего меня радовало висевшее в воздухе прозрачное табло.

— Всё, включай, — распорядилась я, и Ен активировал первый портативный межмировой телефон с большим экраном.

Стационарный-то наши учёные давно изобрели, но я мечтала показать родителям и дворец, и заповедник виверн, и, главное, вручение нам с мужем дипломов. Сегодня был как раз тот самый день, когда мы собирались их получить на главной площади имперской столичной академии. Я затаила дыхание в ожидании чуда. Очень надеялась, что сложный эксперимент удастся.

Экран зарябил, затрещал, а потом явил нам трюмо родительской квартиры, откуда махали руками мама, папа и… Андрюша. Я не знаю, как так вышло, но этот горе-учёный раскаялся, исправился (по заверениям мамы) прибился к моим и теперь в некотором роде заменял им меня. А вот парня, с которым граф Михаль поменялся местами, до сих пор не нашли. Надеюсь, он живёт где-то счастливо.

— Привет! — помахала я им рукой в ответ, а вставший рядом Ен просто кивнул. — Готовы?

— Ещё как! — заверила мама. — Я даже укладку в салоне сделала, видишь?

Я рассмеялась.

— Отлично выглядишь! Начинаю экскурсию. Сейчас мы находимся в покоях принца и принцессы Буреносных, но задерживаться тут мы не станем, — голосом диктора заговорила я, а Ен провёл нашим монитором по всей комнате. — Мы пойдем на лужайку, где нас уже ждут виверны. На вручение диплома мы полетим на Виталике и его сыне Павлике. С высоты их полёта вы увидите всю столицу…

Это был замечательный день! Родители будто были с нами рядом. Мама всплакнула, когда ректор вручал мне диплом с отличием, а папа гордо выпятил грудь. И вечером на приёме во дворце они тоже присутствовали. Им пришлось накрыть стол напротив трюмо, но всё равно мы будто за одним сидели. И, конечно же, я была рада, что родители стали свидетелями объявления следующей вехи нашей с Еном долгой жизни.

— Внимание, подданные, земная родня и любимые наши дети Алиса и Чейен, — сказал император под конец застолья, поднимаясь. — Мы с императрицей Алеанорой уже долго откладываем полёт в небо. Он должен был случиться гораздо раньше, но пришлось ждать, пока Алиса закончит учиться и Чейен получит диплом. И мы рады, что задержались на это время. Мы лучше узнали нашу драгоценную дочку и убедились, как империи с ней повезло. Мы улетаем прямо сейчас, и первые, кого навестим в другом мире, будут наши дорогие…

— Сваты, — подсказала императрица мужу, когда он запамятовал.

Свекровь часто с моей мамой общалась и поэтому больше земных выражений запомнила.

— …Наши дорогие сваты, Владимир и Валентина.

Мои захлопали в ладоши, радуясь скорой встрече, а мне сделалось немного грустно и страшно. Нет, объявление императора не стало для нас с мужем шоком. Мы к