Снова мечтай - Мона Кастен

Этого не могло произойти по-настоящему. Блейк не поймал меня в своей кровати. Наверное, лучше всего будет, если я сейчас же соберу вещи и перееду.

Блейк подергал за одеяло. Один раз, второй.

Я осторожно опустила его, ровно настолько, чтобы открыть глаза.

– А ты не мог бы снова выйти? Тогда я убегу, и мы притворимся, как будто этого никогда не было, – пролепетала я.

Еще до того, как я договорила предложение до конца, он медленно покачал головой:

– Я не буду этого делать.

Было бы слишком хорошо.

Я покосилась на тумбочку. Будильник показывал половину двенадцатого. Я проспала всего час. И сейчас, получше прислушавшись, поняла, что вечеринка на первом этаже еще в самом разгаре.

– Почему ты уже тут? – хриплым голосом спросила я.

Он выгнул бровь:

– Ты планировала улизнуть, прежде чем я лягу спать? Или собиралась остаться тут на всю ночь?

Возмущенно фыркнув, я опять села:

– Не выдумывай, псих. Я…

– Это моя толстовка? – перебил он, склонив голову к плечу.

Я перевела глаза вниз на себя. Щеки опалило жаром, когда я увидела на толстовке логотип «Орлов Вудсхилла». В голове у меня до сих пор все вращалось. Возможно, я могла бы прикинуться, что потеряла сознание, чтобы как-то выпутаться из этой ситуации.

– Нет? – скорее спросила, а не ответила я.

Блейк захохотал:

– О, это слишком круто. Надо запечатлеть этот момент навечно. – Когда он потянулся, чтобы достать мобильник, я подалась к нему.

– Пожалуйста, не делай все еще хуже, чем оно и так есть.

Он застыл на середине движения и опустил руку.

– О’кей. Значит, просто навсегда сохраню этот миг в памяти. У меня хорошая память. – Блейк постучал себя пальцем по лбу, и мне стало интересно, почему, черт возьми, происходящее казалось ему настолько забавным. Это самый великий позор в моей жизни, и я боялась в любую секунду разреветься.

Улыбка Блейка медленно угасла. Судя по всему, он догадался, что мне не по себе. Потом махнул подбородком в сторону:

– Подвинься.

Пару мгновений я не понимала, чего он от меня хочет, но через несколько секунд сообразила и отодвинулась на другую половину матраса.

Блейк сел рядом со мной, облокотившись спиной на изголовье кровати. После этого снял кепку и кинул наискосок через всю комнату. Как по волшебству, она приземлилась на стул. Обеими ладонями он взъерошил примявшиеся волосы, чтобы они снова легли в беспорядке.

Вот бы тоже провести по ним руками.

М-да, у меня серьезная проблема.

Я быстро опустила глаза на одеяло и скомкала его в пальцах. Ткань была мягкой, и до сих пор я чувствовала себя тут вполне уютно. Однако теперь, когда сюда пришел Блейк, мне снова стало казаться, что я не на своем месте. Я не должна лежать в его постели – особенно когда он здесь. Ладно, тем более, когда его здесь нет, но для этого все равно слишком поздно.

– Мне пора уходить, – сказала я и откинула одеяло.

Я села и уже собиралась спустить ноги с кровати, как вдруг он положил руку мне на плечо. Блейк излучал приятное тепло, проникающее даже сквозь ткань толстовки. Тем не менее я хотела, чтобы он меня отпустил. И в то же время – чтобы притянул ближе к себе.

– Останься, – прошептал он, тепло глядя на меня. Он целую вечность так на меня не смотрел.

Внезапно я почувствовала, как сердце бьется о ребра.

Вот черт. Куда делась моя бескомпромиссная решимость быть для него только подругой и не более того? Лежать в его постели и постоянно мечтать дотронуться до него явно к этому не относилось. Так же как и зашкаливающий в его присутствии пульс.

Блейк наклонился в сторону и взял ноутбук. Затем положил его себе на колени и раскрыл. Нашел Netflix.

Как заколдованная, я наблюдала за ним, не в силах сдвинуться ни на миллиметр.

Прокрутив страницу с кино и сериалами, Блейк в итоге остановился на комедиях. Там тоже задержался на нескольких, пока его курсор не замер над «Красоткой».

Я затаила дыхание. Раньше всегда, когда было плохо, я заставляла Блейка и Эзру смотреть со мной этот фильм. Уверена, я не единственная, кто уже выучил его наизусть, и теперь меня мучил вопрос, помнил ли он многочисленные вечера, когда мы смотрели его вместе. Существуют определенные вещи, которые утешают тебя в плохих ситуациях. Для меня двумя такими вещами были «Красотка» и карамельный макиато, потому что они ассоциировались с позитивными и беззаботными воспоминаниями. Меня тронуло, что Блейк почувствовал, в каком я состоянии, и выбрал этот фильм.

– Сейчас мы просто сделаем вид, будто то, что ты здесь, абсолютно нормально, – пояснил он.

– Но почему? – севшим голосом спросила я.

– Потому что у тебя, очевидно, не все в порядке, а я не хочу быть мудаком, который давит на больное.

Я скосила на него глаза:

– Недавно ты говорил, что все запомнишь.

– А тут уж ничего не изменить. Я буду дразнить тебя этим, когда у тебя максимально поднимется настроение и ты совсем не будешь этого ожидать.

– Какой ты джентльмен.

– Я такой. Джентльмен, который знает, как себя вести, когда находит женщину в своей постели.

Мне стоило больших усилий не рассмеяться в этот момент.

Блейк рядом со мной сполз немного вниз и теперь тоже лежал на второй подушке. Потом поднял ноутбук одной рукой, накинул одеяло на ноги и пристроил компьютер обратно на бедра.

Прошли первые минуты фильма. Спокойное дыхание Блейка немного ослабило мое напряжение. Даже неприятный жар на щеках утих. Но в голове все равно крутился миллион вопросов.

– Почему ты не внизу? – аккуратно спросила я.

Блейк помедлил с ответом, и я дала ему время подумать. Наконец он поерзал на своем месте:

– Увидел, как ты на кухне опрокинула в себя два стакана пунша.

У меня снова вспыхнули щеки.

– И что?

– И когда не обнаружил тебя нигде час спустя, решил, что пора отправляться на поиски.

Интересно, где он успел побывать до того, как его осенило проверить в своей комнате. Я поспешно уткнулась взглядом в экран, где Джулия Робертс садилась в машину к Ричарду Гиру.

– Почему ты меня искал? – все же спросила я чуть погодя.

Прошло какое-то время, прежде чем он ответил:

– Чтобы присмотреть за тобой.

– Но почему?

– Мы всю ночь будем играть в «Почему?»? Если что, время у меня есть. И выдержка тоже.

Я лишь хмыкнула. Одеяло зашуршало, когда он опять устроился поудобнее.

Мы молча продолжили смотреть фильм,