Мистика - Тамара Шатохина

  Я  жила бы здесь с радостью – возле своих.  Строила бы дома, ходила  на рыбалки – ночные и  в палящий зной, когда рыба прячется в глубоких омутах.  Помогала бы маме на кухне - удобной, с современной начинкой и стенами из колотого камня и медной посудой на них –  делала под  мамин вкус и любимый Иркин «прованс».

   Но там моя работа - выстраданная, поднята нами с  Ирой с нуля, на деньги ее и наши с Олегом.  Он отложил свою мечту о новой машине, готов был на все, только чтобы я не пахала на чужого дядю на стройках, сопровождая  проекты.  Олег… как же жаль... но уже только жаль.  Брат правильно уловил даже не мысли, а  намек на них –  ощущение брезгливости и ненависти  к  мужу прошло.  Я какое-то время даже пыталась понять его, найти свою вину в том, что случилось.  И, наверное, где-то эта вина была, заложенная в самой моей природе, потому что  меняться под него и для него я никогда даже не пыталась, скорее – это делал он.  А я и дальше хочу продолжать жить так же – со своими понятиями о комфорте и любимых  увлечениях, буду продолжать пить под настроение сухое красное вино и слушать фоновую музыку, любить рыбацкие рассветы и городские закаты.

   Но понимание, что мои  мечты могут и не сбыться, а сыну нужен будет отец, было.  И слова Олега о том, что он хочет ребенка, не забылись.  Может, когда  быт, сложности одинокого материнства и  проблемы, природы которых я сейчас даже представляла, и привели бы меня когда-нибудь к тому, чтобы пойти на мировую...?  Но эта внутренняя отстраненность, спокойное сочувствие к нему, отсутствие ревности и злости…  разве что обида еще осталась…  Похоже, я совсем разлюбила его  –  иначе не  просчитывала бы сейчас так расчетливо выгоду даже не для себя, а для ребенка. А до этого - неосознанно, просто краем мысли… имея его в виду на будущее.   Коля напомнил, я задумалась – и вот…  это нужно было осмыслить, понять себя.  Но Олег дал задний ход и это к лучшему.  Он хотел бы возвращения в те наши дни, мечтал, очевидно, именно об этом – вернуть все, как было, а такому  уже не быть.

    А мне  нужно искать пути и способы вытащить Ивана.  Не получится – я выживу, конечно, но перед этим сделаю все возможное и невозможное.  Экстрасенсы?  Это вряд ли.  Эти ребята  прожженные циники и рассказывать им о Ване я не стану.  А вот какая-нибудь бабка… почему нет?

    А пока – станица Баковская.   Я просто обязана узнать как можно больше об отце своего ребенка.  Затошнило бы уже с утра, что ли…?    Эх!

   Ближе к полуночи прозвучал звонок – Ира.  Что там могло случиться – с беспокойством думала я,  отвечая полусонным нервным «алло».

-  Ты вообще собиралась позвонить и сказать, что нормально доехала? -  поинтересовалась она. А я растерялась.

-  Замоталась… семейные проблемы.  Я нормально доехала, Ира.  У тебя как? – не то, чтобы стыдно, но неловко я себя почувствовала точно.

-    Определилась - возьму пару недель в августе.  Перед школой съездим с Анжиком к морю.  Справишься?

-   Да.  А ты уже моя с потрохами, знаешь об этом?    Мы с Олегом договорились, что он подаст на развод,  и  он согласен, Ир.

-  Дурочка…   Если бы он так не сказал, то ты подала бы сама, а так он еще потянет с этим.  Я и сама уже думаю – зачем?  Все на таких нервах…

-  Это он тебе сказал?

-  Нет, я больше не говорила с ним.  А что тут…?  Это же элементарно, я и сама на его месте  сделала бы так же.

-  Сказал, что устал…  Ира, я задержусь здесь  еще на пару дней, ладно?

-   Ладно,  здесь все нормально, не переживай, в Длинном работают, остальное заканчивают…  Устал, конечно… неопределенность изматывает больше всего.  Для мужиков это вообще смерти подобно.  Ладно, давай… спокойной ночи.  Я соскучилась.

-  Да, Ир, я тоже.

    Я положила телефон на небольшой прикроватный столик, укуталась уютнее в простыню и… в дверь стукнули и вошла мама.

-  Услышала, что не спишь.  Отец рассказал, Аленка…   Ты можешь говорить об этом, тебе нужно поговорить? – присела она на край кровати.

-  Я уже почти спокойна, мам.  Быстро очень отболело, просто с космической скоростью.  Не переживай.

-  Дальше что будешь делать?  Он отпускает тебя с ребенком?

-  Да, мам!  А кто его спрашивает?  Дальше  буду работать, а еще дальше пока не загадываю.

-  Алена… поговори с Колей… - мяла она в кулаке край моей простыни.

-  Не хочу лезть туда  и тебе не советую.  Я чуть не рассорилась с  Иркой -  она сунулась мирить меня с Олегом.  Коля просто перестанет бывать у вас.

-  Да он и так…

-  Вот видишь? Бабаня говорит – он сам одумается.

-  Что у вас троих за секреты опять? – улыбалась мама, - нам с отцом ждать хорошего или плохого?

-  Хорошего.  Бабаня раздумала помирать, а остальное расскажу потом, не хочу раньше времени.

   Дальше мы говорили еще о многом и долго – она ушла во втором часу ночи.  А я уснула очень быстро, и опять мне не приснился Ваня – не снился ни разу.  Нужно заламинировать тот его портрет – затаскаю и засмотрю до дыр…