Одинокий фонарь - Екатерина Смолина

Я отрицательно покачала головой.

– Хочу просто вытереть тот эпизод из памяти. Не знать. Зачем она это сказала? Зачем приходила?!

Арина понимающе улыбнулась, нахмурившись.

– Это забудется не скоро… – отозвалась она тихо. – Давай погуляем? Я тебя к врачу отвезу – на учет встанешь – и погуляем в парке. Там красиво сейчас, осень золотая, фонарики старинные висят. Идет? Эй, ты чего, опять реветь?!

– Не-е-ет!.. – прорычала упрямо и запыхтела, борясь с собой.

Обмахивая себя рукой, я глубоко дышала и пыталась подумать о чем-либо приятном. В конце концов, мне уже и самой страшно от таких перемен в организме!

Всю ночь гремел гром, шелестел за окнами комнаты дождик. И снова сон урывками, снова по пробуждении – подушка вместо мужского плеча. Несколько часов, вслушиваясь в ночные звуки чужого дома, я думала о том, что мне делать с ребенком. Врачу я сказала, что подумаю, а больше никому. Даже Аришка осталась в неведении, хотя заботилась обо мне. Страшно оставаться наедине со своими проблемами, да еще и вспоминать, как мой отец по поводу возможной беременности ругался. И ведь прав был!.. Только я сама ушла. Что он скажет, когда узнает?

Я положила руку на живот, пытаясь ощутить хоть что-то. Живот все еще был прежним, ничего не изменилось, – да и чего я ждала на седьмой неделе?.. Микроскопическая пока жизнь развивалась во мне.

«Какой из меня отец?» – звучал эхом голос Макса в голове.

Аришка говорит, что в моем возрасте рожать уже сложно, – больше осложнений, тяжелее беременность. Но я представила себя с малышом на руках, и его личико, так похожее на папу… Почти привычно смахнула слезу рукой и поняла, что не смогу причинить вред моему крохе. Дети не должны отвечать за поступки родителей. И пусть папе мы не нужны, и он, возможно, не захочет нас принять… Я сделаю все, чтобы мы были здоровы и счастливы. Главное – не потерять работу. А еще вчера деньги пришли от продажи квартиры. Может, их и не хватит даже на однокомнатную, но если взять ипотеку…

Утром мои новенькие сапожки на шпильке неожиданно с трудом сошлись на щиколотке. И ведь еще вчера мне врач сказала, что обувь нужно поменять, исключить стрессы и нормально спать! И еще целый список рекомендаций по питанию, витаминам и прочим гадостям. Иначе она обещала положить меня на сохранение… Без права работы.

Стандартное утро в офисе – планерка, ромашковый чай вместо кофе и сонливость. Сантехники поработали на славу: отопление работало в полную мощь, отчего быстро образовалась духота. День протекал мучительно медленно, когда Дарья по коммутатору напомнила, что сегодня состоятся срочные переговоры, да еще и в присутствии учредителей!.. А это означало лишь то, что я не смогу отказаться. Шеф любит, чтобы я была под рукой и могла подсказать ему детали о месячном потреблении продукции и сроках заказа на поставку.

Я со стоном упала головой на руки. Это же весь отдел сейчас созывать, – только старшие менеджеры могли дать точную картину, с которой я пойду на переговоры!.. А там еще и несколько сотрудников на больничном…

Надо собраться. Дарье сказать, что в ближайшие два часа я занята, если только не что-то неотложное, встречу с клиентом перенести на вечер, а два собеседования… Да кто сказал, что и этим должна заниматься я?! Ненавижу всех… И еще невыносимо хочу что-то сладко-кислое, хрустящее, сочное и ароматное… Огурец? Морковь? Яблоко?..

Точно!!! Яблоко хочу!.. До дрожи в коленках!.. Даже слюна едва ли не капает изо рта, – но вот только где я сейчас за два часа до переговоров яблоко достану?..

Спустя два часа я направлялась в зал переговоров. В голове была неразбериха, зато отчеты удалось собрать в рекордные сроки. Их я и несла в папке, которую прижимала к груди. Ненадолго остановилась в холле перед зеркалами, поправила платье на груди… Впрочем, теперь, как ни поправляй, оно выглядело на мне ужасно. Грудь обтянуло, а в талии и бедрах провисло. И все бы ничего, если бы не бюстгальтер, от которого хотелось избавиться спустя полчаса после надевания!..

Небольшой зал для совещаний был уже почти полон. Вежливо поздоровавшись, я выискала глазами шефа и припасенное для меня место. Пустовали и несколько кресел для посетителей, наши давно были в сборе. Вот только здесь уже жарко, не говоря уж об изобилии запахов мускуса и мужского одеколона всех мастей…

– Готовы? – тихо спросил шеф, склонившись ко мне. И, увидев, что я утвердительно кивнула, спросил: – Екатерина Максимовна, вы в порядке?

– Да, все нормально, – открыла папку.

Еще бы окна открыли… Хоть щелочку!..

– Эти переговоры могут дать нам хорошего поставщика. Я давно присматривался к «Элладе» и наводил справки о них. Рекомендации и результаты многолетней работы просто изумительные, вот только им…

Последние несколько слов я слышала, словно удаляясь от шефа. Звуки размылись, свет померк… И вот совсем неприятно продолжать разговаривать с легких пощечин!..

– Я в порядке… – произнесла плохо слушающимся языком.

– Да вызовите кто-нибудь «скорую»!.. – встревоженный голос шефа постепенно обретал громкость.

– Не надо… Все нормально, – слабо улыбнулась, подтягиваясь в кресле на все еще ватных руках.

Кто-то налил мне воды, в лицо ударил свежий осенний ветер. На меня смотрели встревоженные люди – офисные чины, совладельцы компании, их помощники и секретари. И я не видела побелевшего, осунувшегося лица одного из гостей. Всего пара секунд ведь не считается, правда?..

– Простите, коллеги, – произнесла максимально ровным тоном. – Ничего страшного, просто легкое временное недомогание. На переговорах это никак не отразится, – вежливо улыбнулась, обводя взглядом настороженные лица. – Если все в сборе, то можем начинать…

– Да, начнем. А вы, Екатерина Максимовна, можете идти, – тихо произнес шеф, коротко взглянув на меня поверх очков.

И снова углубился в документы, которые я принесла.

– Извините, Сергей Сергеевич, с вашего позволения я останусь. Моя помощь может быть полезна.

Шеф недовольно вздохнул и, не глядя на меня, произнес гостям:

– Давайте поговорим о ваших условиях…

Первые полчаса были самыми тяжелыми, но и самыми интересными. Да, тошнило, да, я периодически ловила себя на том, что потеряла нить разговора, хотя и очень старалась сосредоточиться на деле и никак не выделять наше знакомство. Но я впервые увидела этих двоих с другой, профессиональной стороны! Чиграков почти все время молчал, в отличие от своего зама, который очень подробно рассказывал о производстве, о некоторых отличительных особенностях, выгодно выделяющих их на фоне конкурентов. По рукам ходили миниатюрные образцы… Но я и не знала, что профессиональное обаяние Максима Станиславовича Свиярского, который упорно не хочет даже посмотреть в мою сторону, – далеко не миф! Да его слушали едва ли не с открытыми ртами!.. И ведь по делу рассказывает, никакой «воды»…

А еще ему очень идет этот новый костюм стального оттенка с приталенным пиджаком в сочетании с полосатой рубашкой и галстуком глубокого синего оттенка. Даже небольшой платок в нагрудном кармане в тон галстуку, – немного слишком для переговоров, но очень стильно. Только заострившиеся скулы и залегшие под глазами тени невольно вызывали смутную тревогу глубоко внутри.