Жара - Кейт Петти

— Шарл! Шарл! Шарлотта, проснись! Мне нужно поговорить с тобой! — Мишель трясла меня так, что я проснулась. — Почему, ты мне не сказала, что у вас с Джошем что-то было?

Я пыталась сообразить, что к чему. Что это с ней? Уже первый час ночи.

— Я тоже могла бы спросить у тебя, почему ты не сказала мне, что у тебя что-то было с Джошем.

Это заткнуло ее секунды на две.

— Но ты! Из себя такую дуру строила.

— Я-то тут при чем? А кто тебе сказал?

— Олли, после того как закончились «Друзья». Мне надоело, что он вечно ошивается рядом, ну я и сказала что-то вроде, не кажется ли тебе, Олли, что мелким здесь делать нечего. И он как подпрыгнет ко мне, да как заорет: «А вот Джош Шарлотту мелкой не считал», ну и так далее в том же духе. Джош покраснел и сказал, что это было совсем другое. Олли завопил, что там разница в возрасте даже больше. Я спросила, что все это значит. Шарл ведь с незапамятных времен пускала слюни по Джошу, чего тут нового? «А я скажу тебе, что тут нового», — орет Олли. «Нет уж, Олли, если ты не возражаешь, — говорит Джош, — я сам скажу Мишель, что нового, а что старого, хорошо?» Олли страшно обиделся и вылетел за дверь, добавив: «Лучше расскажи ей все-все, потому что, если не расскажешь, я расскажу!». И как хлопнет дверью.

«Бедняга! — подумала я. — Как ему, должно быть, больно».

— Джош посадил меня в машину, и мы уехали в паб. Вообще-то мы были в двух пабах. Первый был тот славный с большим камином. Мы вошли, и только я села у огня, как вдруг Джош говорит, типа, извини, это неправильный паб, и мы уехали в тот, где были вчера вечером. Джош ничего не хотел говорить, пока мы не сядем, и я просто молчала и ждала. А потом он рассказал мне, толстушка, о чем говорил Олли, — у вас были какие-то шуры-муры — кино, пабы и еще кое-что помимо. И все знали! Кроме меня, естественно! — И она злобно уставилась на меня.

— Все закончилось до твоего приезда.

— Я это уже поняла. И чего тебе не хватало? Джош оказался горяч для тебя? Обожглась?

Я чуть не сказала «да», но тут подумала — а зачем вдаваться в подробности? Не ее это, собственно, дело.

— Не получилось, и все, — просто сказала я.

— Джош думал, что все идет отлично. Джош по-настоящему огорчен, что все закончилось. Ты сделала ему очень больно.

Это меня уязвило.

— Неправда. Джош все понял. Он мне сказал, что все нормально. Вообще-то он все ждал, когда приедешь ты и вы сможете продолжить то, что начали в прошлом году.

Я подумала, что это небрежное замечание успокоит ее.

— Если бы, — сказала она печально.

Я посмотрела на нее. Ей и правда было плохо. Она сидела на моей кровати, загорелая, с золотыми волосами и потрясающей фигурой, и готова была меня убить за то, что я сделала с Джошем.

— Я не знаю, чего ты теперь от меня ждешь, — сказала я.

— Ну, по крайней мере, ты можешь извиниться за то, что ничего не сказала мне.

— Если тебе станет от этого легче, прости. Но если честно, я просто думала, что кто-нибудь другой расскажет. Мне в этой истории гордиться особо нечем, и она, по-моему, расстроила всех. Ты совершенно правильно поступила в прошлом году, скрыв все от остальных.

— Дело в том, — мрачно сказала она, — что я с огромным удовольствием обнародовала бы это. Джош, видишь ли, не хотел. Он не хотел расстраивать тебя. И это было в прошлом году. Он очень хорошо к тебе относится, Шарлотта. И еще он сказал, что это он все испортил, все сделал неправильно.