Истинная для Альфы - Лилигрим Анталь

— Эй, алё? Ты как вообще? В порядке? — омега вгляделась в мои глаза внимательным взглядом, — Зрачки расширены, это плохо. Ну-ка, дай-ка руку!

Не успела я даже сформулировать в своем заторможенном сознании вопрос зачем ей пригодилась моя упомянутая конечность, как девушка без спроса схватила меня за кисть и надавила пальцами у основания, пережимая просвечивающие вены. Сидит так с минуту, что-то просчитывая, а потом выдаёт:

— А вот пульс в норме. Значит эта дрянь в твоей крови ещё не до конца всосалась. Тебе же укол делали, ничего из их рук не пила? — вопросила омега, а потом перевела взгляд на мою шею, на которой наверняка остался след от толстой иглы шприца, — А, ну точно! Ну, ладно. Спешу обрадовать: у тебя есть ещё часов двенадцать до полной концентрации той хуйни, что тебе вкололи. А может и меньше, точно не знаю.

— Ты… в-врач? — опухшим языком прошепелявила я. Буквы с трудом собирались в слова в моем больном мозгу, но что-то я да поняла. Например, то, что мне наступит скорый трындец.

— Ну, типа. Будущий, — пожала плечами девушка, а потом грустно усмехнулась, — Точнее, возможно будущий. Хрен знает, выберусь ли я отсюда. Ты — точно нет.

— А где мы?.. — ее убежденность в моем скором трындеце я даже комментировать не стала.

— А ты ещё не догадалась? В борделе, где же еще.

Омега с тихим вздохом уселась рядом, также, как и я, на пол. Поправила похожее на мое блядское платье на бёдрах и перекинула через плечо идеально уложенные, прямые пряди.

Черт. Как же я сразу не поняла? Она такая же, как и я, пленница… А ведь есть еще и та юная непробужденная омега, которую привели в комнату следом за мной.

Понимание стало медленно, но верно проникать в мой ныне тупой мозг.

— А п-почему ты… здесь? — через силу вытолкнула слова сквозь зубы. Что-то меня стало знобить.

— Ууу! Ну, у нас с тобой цель пребывания здесь всего одна, — типо пошутила омега, усмехаясь, — Продаться. И как можно дороже. Правда, раз тебя и, кстати, и других до тебя накачали какой-то наркотой, значит ты поедешь на аукцион. Тебя же фоткали? Значит, точно аукцион.

Чего? Какой ещё аукцион?

— А ты?..

— А я?.. А я, кажется, не подхожу под вкусы здешних покупателей, — жёсткая ухмылка разрезала ее лицо, — Даже не знаю радоваться мне или нет, — сарказма в ее словах хоть отбавляй, — Сначала радовалась, когда меня не выбирали, и из этой комнаты забирали кого-то другого. Наивно надеялась, что если я никого не заинтересую, то возможно меня отпустят. Тупая, блин… Прошло уже три дня, как я здесь сижу и, кажется, что лучше бы меня уже продали…

— П-почему? — я заторможенно заморгала, не понимая. Как вообще в нашем современном обществе можно захотеть, чтобы тебя продали?

— Потому что, есть у меня такое подозрение, что если меня не купит ни один из Альф, то мне размажут башку… Или заставят давать человечкам во все дыры в этом гадюшнике, — девушка скривилась, видимо, представляя озвученное в голове.

А я… Зависла.

— А п-почему… именно Альфам?

— Что? — нахмурилась омега и повернула голову в мою сторону. Кажется, моя речь с каждой минутой становилась все менее разборчивой, — А… Почему нас продают именно Альфам? А ты что, думала, что люди будут платить за секс и извращения с омегами? Нахуй им это надо, когда есть вполне себе доступные человечки наподобие им на любой вкус и цвет? Тем более, проституция у оборотней запрещена, а вот в человеческом законодательстве она давно легальна. Зачем человеческим мужчинкам переплачивать бабосы за нас, когда у них и так все в шоколаде? Такое себе удовольствие, знаешь ли. То ли дело Альфы… Особенно те, у которых нет возможности получить желаемое.

Как это? Меня передернуло от внезапной волны теперь уже жара, окатившего все мое тело, и я тряхнула головой, чтобы избавиться от наваждения.

— А ч-что за аукцион? — спросила о насущном, стоило внезапному приливу сойти на нет.

— О! — протянула девушка, — Честно говоря, без понятия, это я так, сама пришла к выводу, что вас отправляют на аукцион. По крайней мере, похоже на это. Кстати, ты целка? — прилетел вопрос в лоб.

Я непонимающе захлопала густо накрашенными ресницами, из-за которых у меня уже заболели глаза. К чему этот вопрос?

— Д-да…

— Наверное, ещё и приезжая студентка из какого-нибудь мухосранска, — продолжила она, — Только-только переступившая совершеннолетие. Без денег и попечения родителей…

К чему она ведёт?

— Я вот, к примеру, уже не девственница. А ещё темноволосая, — стала говорить загадками она, а потом зачем-то подхватила тонкую прядь моих волос, выбившуюся из общей массы, — Знаешь, я тут уже третьи сутки сижу, а до тебя здесь побывало омег двадцать, сечёшь? — честно говоря, нет. Мой мозг окончательно умер.

— Так вот, за эти три дня помимо того, чтобы трястись от страха и обсираться от перспективы ближайшего будущего, я стала понимать, зачем и куда именно попала по нелепой случайности. В бордель, да, но точно не для того, чтобы сосать за копейки простым работягам. Знаешь, какую я провела аналитику?

Я внимательно слушала.

— Чаще и быстрее всего, из этой комнаты стали куда-то уводить светловолосых или таких, как ты, рыженьких омег. Причём очень юных и стопроцентных целок, которые и члены то, наверное, даже в порно не видели, потому что мама запрещала смотреть подобную грязь. Понимаешь к чему я веду?

Честно говоря, не очень, но продолжала внимать ее словам, несмотря на то, что мое сознание иногда давало сбой и уплывало в небытие. Правда, в следующее мгновение я почти приходила в себя.

Подобное «провалы» мне совсем не нравились, но сделать с ними хоть что-то я не могла.

— Я веду к тому, что покупают не омег на опыте, вроде меня. А вот таких неискушённых целочек, вроде тебя. Понимаешь? Значит там, куда их отправляют, таких омег в недостатке. Точнее, их вообще нет. И вообще, мне кажется, что их отправляют зарубеж. Ибо в том состоянии, в которое вас вводят, тебя можно положить в чёрный ящик и в багаж, а вы даже не рыпнетесь. Жесть, да?

Да, действительно, жесть. Точнее, полная ж…

Какова вероятность, что меня действительно увезут заграницу и продадут какому-нибудь Альфе? Кажется, что все это бред полный, но, черт возьми,