Странница - Этери Холт

— А как же мой конь?

— Я привяжу его тут, а потом заберу, сразу не уведут. Быстрее, — Эдерн посмотрел в сторону волитов.

Я, не мешкая, забралась в повозку и рухнула на какие-то мешки.

Мне и правда повезло.

Глава 22. Приятная передышка

Трястись в неудобной позе в повозке пришлось недолго. Тело было настолько измучено, что я не сильно обращала внимание, как на каждой яме мне что-то вдавливалось между рёбер. А вот расстояние, которое мы проехали, удивляло. Я думала, Эдерн покинет город, но он, похоже, даже не выехал за его пределы.

Вскоре повозка остановилась, и через несколько секунд Эдерн отодвинул полог.

— Можешь выходить, — спокойно проговорил он.

Эдерн не озирался по сторонам, а расслабленно стоял в ожидании. Мне же не удавалось так просто выкинуть из головы недавнюю угрозу в виде троих волитов, с которыми я только чудом не столкнулась нос к носу.

— Не переживай, здесь никого нет, — заверил он.

Я не обрадовалась тому, что мои страхи так легко угадывались, но сил притворяться не было. Да и покидать повозку тоже. Мелькнула мысль остаться лежать на грубых мешках, потому что с каждым разом становилось всё труднее найти силы на новый виток действий. Но всё же беспокойство заставило сжать зубы и с тяжёлым вздохом начать выбираться из повозки.

Оказавшись снаружи, я подняла голову и увидела тихую, ничем не примечательную улицу. По бокам высились здания с поблёкшими вывесками. Мы стояли перед фасадом трехэтажного дома. Судя по названию «Благой сон» это был постоялый двор.

— У меня здесь комната, — закрыв полог, пояснил Эдерн.

— А конь? — я указала рукой назад, но на самом деле даже не представляла, в какой стороне находился мой жеребец.

— Давай сначала тебя устроим, а то ты сейчас прям здесь упадёшь, — во взгляде Эдерна мелькнуло беспокойство.

Его слова очень верно описывали моё состояние. Надо было поскорее добраться до комнаты.

Я сделала шаг и неловко покачнулась. Эдерн тут же приобнял меня за талию. Сейчас я совсем ничего не имела против такой поддержки.

— Так надёжнее, — коротко улыбнувшись, пояснил он, но сразу стал серьёзным. — Ты не ранена?

Я только покачала головой, так как мы уже входили внутрь постоялого двора.

За дверями оказался просторный зал с многочисленными квадратными столиками, застеленными бежевыми скатертями в голубой цветочек. Мило для подобного рода заведений.

Эдерн остановился у первого столика на нашем пути.

— Подожди здесь, я переговорю с хозяином.

За их беседой я не следила, устало прикрыв глаза. Остатки сил утекали из меня с каждой пройденной минутой. Я стояла, опёршись на стол, и чувствовала, что организм скоро отключится. Лишь бы успеть добраться до кровати!

Эдерн всё же вернулся раньше, чем я распласталась на полу, и прикосновением к руке заставил глаза открыться. Он без промедления повёл меня по боковой лестнице на третий этаж.

— Будешь жить в моей комнате, чтобы не вызывать подозрений, — сказал он, открывая дверь с круглой резной ручкой.

Я лишь кивнула. Хоть на коврике у порога, мне уже было без разницы, где положить своё измученное тельце.

— Там можно сходить помыться...

Эдерн указывал куда-то в сторону, но мой взгляд уже нашёл кровать. Я только успела снять сапоги и провалилась в забытье.

Я понятия не имела, сколько времени пробыла во сне, но, проснувшись, скорее интуитивно поняла, что много. Мышцы успели одеревенеть. Я потянулась, но одежда сильно сковывала движения. А поверх ещё лежало одеяло, хотя я точно помнила, что перед тем, как отключилась, успела снять только сапоги.

Разумнее было бы раздеться, а не лежать в кровати словно капуста, но сначала, раз уж я проснулась, стоило привести себя в порядок.

Мысль дельная, да только вылезать из кровати совсем не хотелось. Вместе с тем, желание смыть зловоние произошедших событий было сильнее.

Откинув одеяло, я наконец медленно приняла сидячее положение. И сразу почувствовала слабость во всех конечностях. Я несколько раз глубоко вдохнула и пообещала себе, что немного посижу так и встану. Но время шло, а я всё не двигалась, словно под воздействием какого-то паралича. Оцепенело, казалось, не только тело, но и чувства. Даже мир комнаты будто застыл.

В таком состоянии меня и застал пришедший откуда-то Эдерн. Увидев меня, он улыбнулся.

— Наконец ты встала. Я уже начал беспокоиться, что на тебя напал вечный сон.

— Я была бы совсем не против такого поворота. Ты забрал моего коня? — это волновало меня куда больше.

— Ещё вчера, — стягивая плащ, ответил Эдерн. — Ты сама как? Выглядишь как живенький труп.

— Лучше... — я поморщилась от того, как медленно текли мысли в голове. Я явно с опозданием переварить всю информацию. — Вчера? Сколько я проспала?

— Сутки, — усмехнулся Эдерн, ставя принесённую сумку у ножки круглого столика.

Я посмотрела в окно. За неплотно запахнутыми шторами уже смеркалось. А ведь вчера, когда мы приехали, тоже вечерело.

Я покачала головой.

— Мне бы помыться и поесть, — медленно проговорила я, не зная, с чего начать.

— Поешь сначала, хоть немного. А то мне страшно будет, что ты утонешь без сил.

— Хорошо. Но ведь еду всё равно придётся ждать, — высказала я предположение, в надежде посидеть спокойно ещё немного.

— Вообще-то её уже приносили, — насмешливо ответил Эдерн. — Дважды. Пришлось отдуваться за двоих, пока ты посапывала в подушку, — он подошёл к двери и взялся за ручку. — Я быстро.

Быстро или медленно — в сущности не имело значения. Как только закрылась дверь, на меня снова накатила странная отрешённость. Я бы не заметила, если бы Эдерн пропал на полдня, но он явно вернулся раньше.

За ним в комнату зашла молодая девушка в белом переднике поверх строгого серого платья. В руках она уверенно держала большой поднос, который сразу поставила на круглый столик.

— И принесите горячей воды, — попросил Эдерн, явно продолжая прерванный разговор.

Девушка кивнула и вышла из комнаты. Через несколько минут она принесла ведро, полное воды, от которой шёл пар. Пару раз ей точно ещё придётся сходить. А ведь мы не были единственными постояльцами. Я представила, как к вечеру у неё будут отваливаться руки, и мысленно посочувствовала.

Эдерн тоже смотрел вслед девушке. Когда она вышла из ванной с пустым ведром, он поднялся и протянул руку.

—