Соблазн в сапфирах - Рене Бернард

Эш заглянул ей в глаза:

— Поверьте мне, когда вы разгуливали во сне, я не знал, понимали ли вы, что забыли одеться.

Его шутливый тон пробудил в ней желание раствориться в нем полностью.

«С женщиной, которая носит эти камни, никогда не случится ничего плохого».

Танец закончился так быстро, что Кэрол растерялась. Но, увидев лорда Уинтерса и его жену, успокоилась. С теплыми словами приветствия леди Уинтерс взяла ее руки в свои, и Кэролайн опять поразилась ее изяществу и полному отсутствию претенциозности.

— Как приятно видеть вас снова, мисс Таунзенд! — воскликнула Хейли с приветливой улыбкой. — И как вы красивы, дорогая!

— Я собиралась сказать вам то же самое, леди Уинтерс, — ответила Кэрол.

Это был не пустой комплимент: платье рубинового цвета необыкновенно шло ее новой подруге.

— Вы обещали звать меня Хейли. Помните?

— Она помнит, — заметил Эш с хмурой улыбкой. — Мисс Таунзенд помнит все, что когда-либо слышала. Поверьте мне, я убедился в этом сам.

Кэролайн проигнорировала его замечание.

— Мистер Блэкуэлл не упомянул, что мы увидим вас сегодня, Хейли.

Гален беспокойно взглянул на друга:

— Может быть, Эш надеялся, что вы будете целиком принадлежать ему в этот вечер?

Кэролайн отвела взгляд, проверяя маску, не потерялись ли перышки. «А разве это так очевидно? Вдруг его друзья думают, что я не стою его внимания?»

Жена Галена остановила мужа шутливым тычком в бок, когда Эш ответил:

— Ошибочная стратегия пригласить женщину в публичное место, если хочешь, чтобы она целиком принадлежала тебе.

— Вы не хотите перекусить, джентльмены? — ловко вмешалась леди Уинтерс.

— Нас отсылают, Эш, пойдем выпьем по бокалу пунша и восстановим наше достоинство, пока леди обсудят ваши недостатки.

Гален быстро поклонился.

— Мои недостатки? Побойся Бога, лорд Уинтерс. Что касается меня, то я склонен уступить тебе первенство в этом соревновании.

Эш подмигнул Кэролайн, прежде чем вместе со своим другом направиться к гостям и выпить.

— Когда они вместе, то ведут себя как дети, — заметила леди Уинтерс. — Дурачась и поддразнивая друг друга.

Глаза Кэролайн следили за широкими плечами Эша, пока он не исчез в толпе.

— Он не любит, когда его называют ребенком.

— Что? — спросила леди Уинтерс, не расслышав слова Кэролайн.

— Ах, пустяки… — Кэролайн прикусила губу и, секунду помолчав, продолжила: — Не могу поверить, что они покинули бы нас также быстро, если бы каждый из них боялся заговора.

Хейли с улыбкой покачала головой:

— Это дает шанс Галену извиниться за свою чрезмерную прямоту, а Эшу шанс отрицать, что он полностью одурманен, поэтому почему бы и нет? И не смотрите на меня так! Я знаю, что значит мгновенное увлечение, мисс Таунзенд. Мне знакомо… ваше затруднительное положение.

— О! — только и могла сказать Кэролайн, сожалея, что не может ответить более красноречиво на такое признание.

Приятно думать, будто леди Уинтерс выражает свое сочувствие, но Кэрол не была уверена, что они обсуждают один и тот же вопрос. «Одурманен? Это доказательство основательнее сапфиров! Со стороны видно то, чего не вижу я, и если это не причина для поздравления, тогда что?»

— Какое прелестное ожерелье, мисс Таунзенд! — воскликнула леди Уинтерс. — Это украшение достойно королевы.

Щеки Кэролайн порозовели, ее пальцы нервно перебирали прекрасные камни.

— Спасибо. Это подарок…

Кэрол не закончила фразу, заметив, что женщина в ярко-зеленом платье пробирается через толпу, приближаясь к ним. Несмотря на маску, Кэролайн сразу узнала мисс Стиллман. Марго решительным шагом направлялась к ним, как будто они были давно знакомы.

— Ах! А я-то все думала, кто же станет следующей счастливицей, которая наденет эти сапфиры!

— Простите?

Кэрол невольно прикрыла ожерелье рукой, инстинктивно защищаясь от прямой атаки.

— Эти сапфиры! Я узнала бы их где угодно. Эш такой щедрый! И обычно сопровождает подарок прекрасными словами, не так ли? Ах, я наслаждалась ими, но только временно. И должна была вернуть их, но когда такой мужчина, как этот, идет напролом к новой победе, невозможно сказать «нет». — Марго спустила маску, украшенную перьями, оценивающе оглядывая Кэролайн. — Лучше оставить дверь открытой. Так, чтобы он мог вернуться, вы так не думаете?

Леди Уинтерс со стуком закрыла веер.

— Осторожнее!

Марго отступила на шаг, но не думала отказываться от своих намерений.

— Извините, если обидела вас, леди Уинтерс! Видимо, я перешла границы. Извините и вы, мисс Таунзенд. Я понимаю, вы куда больше чем подопечная его деда — выражаясь яснее, вы наслаждаетесь другим видом отношений с великолепным мистером Блэкуэллом, не так ли? Согласитесь, вы не в его вкусе, но, может быть, знаете какой-то фокус, и даже не один? Не могли бы вы поделиться?

Послышались несколько удивленных возгласов со стороны гостей, которые, не скрывая любопытства, потянулись к ним, и Кэролайн внезапно поняла, что за роль отведена ей в этой истории.

Горло перехватило, и она растерялась, не зная, что сказать. Как и в тот день в музее, в словах мисс Стиллман не было никакой лжи. Лгал он! Эш представил все так, будто бы ожерелье сделано специально для нее, но эта женщина… Очевидно, каждая любовница, которая какое-то время была с ним близка, получала в награду право показаться раз-другой в этих сапфирах.

Леди Уинтерс вышла вперед, чтобы защитить свою новую подругу от атаки мисс Стиллман.

— Не припомню, чтобы мы были знакомы, и, если честно, не стремлюсь к этому. Пожалуйста, вернитесь к тому идиоту, который привел вас сюда, и намекните ему, что самое лучшее, что он может сделать, — это как можно скорее увести вас отсюда.

Прошептав проклятие, Марго вновь надвинула маску на лицо, и дикий Чеширский кот опять улыбнулся. Резко повернувшись, она направилась туда, куда несколько минут назад ушли мужчины.

Кэролайн в оцепенении стояла на месте, наблюдая за ее уходом.

— Забудьте о ней! — Хейли дотронулась до ее руки. — Она просто ревнует, Эш бросил ее задолго до того, как, встретил вас.

Кэролайн медленно покачала головой, несмотря на лед в ее животе:

— Ревнует?

«Но стала бы Марго нападать так, если бы не испытывала и сейчас сильного чувства к Эшу? Разве это не доказательство, что она думает о себе как о чем-то большем, чем просто как о его прошлом увлечении? Я злилась бы также, если бы он оставил меня?»

— Какой сюрприз! Мисс Таунзенд!