Ещё один поцелуй - Стелла Так

— Дейзи! Что вы скажете о фотографиях?

— Дейзи, кто ваш новый любовник? И что говорит по этому поводу принц Прескот?

— Дейзи, зачем заводить интрижку на стороне? Разве вам недостаточно принца?

— Прескот выгнал вас?

— Каково быть самой ненавистной девушкой во всей Канаде?

Сердце учащенно забилось. Со всех сторон мне в лицо тыкали микрофоны. Какие-то люди выкрикивали мое имя, выкрикивали оскорбления мне в лицо. Никто из журналистов ни о чем не догадывался, никто не знал правды, однако меня атаковали так, будто от этого зависела жизнь каждого из них.

Хорошо! Я должна это сделать. Глубоко вздохнув, я вновь ощутила присутствие Прескота. Он не прикасался ко мне, но держался рядом.

— Улыбнись. Подумай о чем-нибудь хорошем. Успокойся, ты справишься, Сильвер, — шепнул он.

Я сделала то, что он сказал: подняла подбородок, изобразила улыбку и позволила телохранителям проложить мне путь сквозь толпу папарацци. Мы двинулись к воротам, охрана расступилась, но внезапно перед нашими лицами опять появились микрофоны.

— Сильвер! Прокомментируйте! Кто этот парень на фотографии? — спросил у меня какой-то мужчина.

Капли пота стекали по моей спине, и я удивлялась, как Прескот мог оставаться таким хладнокровным и одновременно смешить людей. Даже сейчас игра показалась ему легкой. Он наклонился и что-то сказал, а репортеры рассмеялись. Они любили принца и ненавидели меня. Это было очевидно.

Но мне необходимо сделать все возможное, поэтому я улыбнулась еще шире и ответила на заданные вопросы настолько спокойно, насколько могла:

— Мы с Райаном старые друзья, а сейчас он живет в Ванкувере.

Папарацци незамедлительно переключились на меня.

— То есть вы сначала изменили Райану с Прескотом? — задал скользкий вопрос один из репортеров.

Я уставилась на него.

— Что? Нет! Я ничего подобного не говорила.

— Вы знаете о своем конкуренте, принц Прескот? — дико всполошились репортеры. Почему они искажали каждое слово, услышанное ими?

Прескот сразу толкнул меня в бок. Неужели я подвела принца?

— Райан Маккейн долгое время был близким другом и доверенным лицом семьи Сильвер. Я рад, что он морально поддерживает нас, особенно в трудные и напряженные времена перед коронацией, — заявил Прескот и глазом не моргнув.

— Тогда почему был поцелуй? — завопили папарацци.

Прескот расхохотался и поманил Елену. Когда она подошла к брату, тот нежно чмокнул ее в щечку. Репортеры стали делать снимки как одержимые, пока Елена, смеясь, позировала перед ними.

Прескот подмигнул папарацци.

— Любовь к братьям и сестрам по-прежнему самая красивая любовь, верно? А теперь извините нас. Моя семья готовится к завтрашним благотворительным скачкам. Не забудьте сделать ставку на Шаровую Молнию! — Он снова подмигнул, взял меня за руку, мы проскользнули в ворота, которые за нами захлопнулась.

— Черт! Я облажалась, — простонала я.

— Точно, — сказала Елена, похлопывая меня по плечу. — Но не волнуйся, новичкам всегда тяжело приходится.

Я только открыла рот, но вдруг услышала чей-то голос. Кто-то звал нас по имени.

— Мисс Сильвер, мистер Прескот! С возвращением! — Карла подбежала к нам, сделала реверанс и одарила всех обеспокоенным взглядом. — Я хотела предложить вам прохладительные напитки, но, к сожалению, мистера Прескота и его спутницу уже ожидают в кабинете.

Прескот на мгновение напрягся, но кивнул.

— Идем.

Карла еще раз поклонилась и пропустила нас вперед. Когда мы вошли во дворец, мой желудок просто выворачивался наизнанку. Плохое предчувствие все сильнее охватывало меня, и чем ближе мы подходили к кабинету, тем громче становился голос, доносившийся оттуда.

— Мне все равно, как это выглядит! Ей не место во дворце! — ревел Оскар.

Мое тело непроизвольно напружинилось, и я подавила желание развернуться и сбежать. В любом случае теперь уже слишком поздно. Карла задержала нас у приоткрытой двери, и в этот же миг Оскар поднял голову и вцепился в меня взглядом голодного льва за мгновение до того, как разорвать пойманную им газель.

— Входите и закройте дверь! — рявкнул он.

Филипп уже находился кабинете. Наследники на престол пристально разглядывали меня, словно увидели впервые, хотя отец Прескота казался задумчивым, а Оскар выглядел так, как будто вот-вот швырнет предмет мебели.

— Как все прошло? — наконец спросил Филипп.

— Без проблем. Мы сказали то, что надо, остальное устаканится со временем, — спокойно ответил Прескот.

Оскар затряс головой.

— Со временем? У нас нет ни минуты на представителей прессы! Нет времени на всякие глупости! Мисс, что за вечеринку вы устроили? — Оскар хлопнул газетой по столу, а потом развернул ее в нашу сторону.

Мы подошли ближе. Когда я увидела названия статей, то должна была признать: дело плохо. Очень плохо. Я еще раз перечитала первый заголовок: «Измена в семье Блумсбери! Молодому принцу наставили рога! Похоже, она негативно на него влияет».

— Мы задали вам вопрос, мисс Сильвер! Вы язык проглотили? — взорвался Оскар, глядя на меня.

Я оторвалась от чтения газеты и расправила плечи.

— Мне очень жаль, сэр. Мы не задумывали вечеринку. Ничего подобного никогда не повторится. В скандал втянут Райан Маккейн, и это я нахожу гораздо более прискорбным. Он мне как брат, я надеюсь, что королевская семья поведет себя, как и всегда, подобающим образом и минимизирует для него вред.