После ссоры - Анна Тодд

– Скольких ты снял на видео?

– Только Натали… пока не приехал сюда.

– Ты опять это сделал! После всего, что случилось с беднягой Натали, ты снова записывал видео? – кричу я.

– Всего один раз… сестру Дэна, – отвечает он.

Сестру Дэна?

– Твоего друга Дэна? – Теперь все понятно. – Так вот что имел в виду Джейс, когда вы ругались!

Я совершенно забыла о ссоре Дэна и Хардина, но Джейс намекал, что отношения между ними были напряженными.

– Почему ты сделал это, ведь он был твоим другом? Ты кому-нибудь показывал видео?

– Нет, никому. Я удалил запись после того, как отправил Дэну один скриншот… Я правда не знаю, зачем я так поступил. Он вел себя как настоящий засранец: познакомил нас и тут же начал угрожать, чтобы я держался от нее подальше, и мне захотелось трахнуть ее, просто чтобы его позлить. Он все равно тот еще придурок, Тесса.

– Разве ты не понимаешь, как далеко это все зашло? Как далеко зашел ты? – ору на него я.

– Я понимаю! Я все это понимаю, Тесса!

– Я думала, что спор насчет меня был твоим самым ужасным поступком… но, бог мой, это все намного хуже.

История Натали не задевает меня так, как когда-то новость о споре Хардина и Зеда, хотя кажется более подлой и мерзкой и заставляет меня усомниться во всем, что я знала о Хардине – думала, что знала. Я понимала, что он не идеален, что он далек от совершенства, но не думала, что он может пасть так низко.

– Все это было до тебя, Тесса, это мое прошлое. Пусть прошлым оно и останется, – умоляет он. – Я стал другим человеком, лучшим человеком – благодаря тебе.

– Хардин, тебе даже нет дела до того, что стало с этими девушками! Ты ведь даже не чувствуешь себя виноватым, я права?

– Я признаю свою вину.

Я наклоняю голову и смотрю на него, прищурившись.

– Только потому, что теперь я об этом знаю. – Он не пытается оправдаться, поэтому я продолжаю: – Тебя не волновала их судьба, ничья судьба!

– Ты права! Меня это не волнует, мне похрен на всех, кроме тебя! – кричит он в ответ.

– Это уже слишком, Хардин! Даже для меня… Этот спор, эта квартира, все эти ссоры, обманы, наше перемирие, моя мать, твоя мать, Рождество – это слишком, черт возьми, много! Я вздохнуть не успеваю между всеми этими… неприятностями. Одному богу известно, что ты еще там натворил! – Я не сдерживаю слезы. – Получается, я совсем тебя не знаю?

– Знаешь, Тесса! Ты по-настоящему знаешь меня. Это был не я – вот он я. Вот какой я сейчас. Я люблю тебя! Я сделаю все ради тебя, ради того, чтобы ты увидела, кем я стал, – тем, кто любит тебя больше жизни, тем, кто танцует на свадьбах и наблюдает, как ты спишь, тем, кто не может начать свой день без твоего поцелуя, тем, кто скорее умрет, чем будет жить без тебя. Вот кто я, вот кем я стал. Прошу, не разрушай все это. Прошу тебя, детка!

Его зеленые глаза блестят; я тронута его словами, но этого недостаточно. Он подходит ко мне, и я отступаю назад. Я должна суметь все обдумать. Вытянув перед собой руку, я говорю:

– Мне нужно время. Все это не укладывается у меня в голове.

Он расслабляет плечи и, кажется, успокаивается.

– Ладно… ладно… обдумай.

– Только не рядом с тобой, – добавляю я.

– Нет…

– Да, Хардин. Я не могу мыслить разумно, когда я с тобой.

– Нет, Тесса, ты никуда не уйдешь, – решительно заявляет он.

– Не тебе решать, что мне делать, – отрезаю я.

Он вздыхает и запускает пальцы в волосы, с силой их дергая.

– Хорошо… хорошо… тогда давай я уйду. А ты оставайся здесь.

Я хочу возразить, но действительно не хочу отсюда уходить. Хватит с меня номеров в мотеле, тем более завтра Рождество.

– Я вернусь утром… если только тебе не понадобится больше времени, – говорит Хардин.

Он обувается, затем протягивает руку к крючку для ключей и понимает, что на его машине уехала Триш.

– Возьми мою, – предлагаю я.

Он кивает и подходит ближе ко мне.

– Не надо, – прошу я, вытягивая перед собой руки. – Кстати, ты все еще в пижаме.

Хардин, хмурясь, оглядывает себя, потом идет в спальню и через две минуты возвращается полностью одетым. Останавливается и, посмотрев мне в глаза, говорит:

– Прошу, не забывай, что я люблю тебя и что я изменился.

Уходит и оставляет меня одну в квартире.