Нежная лилия - Кимберли Кейтс

Гормли захихикал:

— Будто бы это вам под силу!

Но видимо, испугавшись, что может лишиться неожиданно свалившегося на него сокровища, он все-таки одумался. Отшвырнув от себя Фиону, так что девушка свалилась на землю, Гормли юркнул в дверь и исчез. Ударившись о камень, Фиона поранила щеку, и сейчас из царапины сочилась кровь. Присев возле Фионы на корточки, Кэтлин взяла ее за руку, но та отдернула руку.

— Ну и для чего тебе понадобилось это делать?! — возмутилась Фиона, без посторонней помощи вскакивая на ноги. — Этот жирный боров столько всего наворовал в Дэйре, что я ему ничего не должна!

— Может быть, так оно и есть. Беда только в том, что он с тобой не согласен, Фиона. Одному Богу известно, что бы он с тобой сделал!

— В тот день, когда выяснится, что я уже не могу перехитрить такую грязную жирную свинью, как Гормли, я взберусь на самую высокую башню Дэйра, а потом брошусь с нее вниз! С чего тебе вообще вздумалось совать свой нос в мои дела? Ты хоть понимаешь, что натворила?!

— Да, конечно, я знаю, что не должна была показываться ему на глаза, но…

— Показываться ему на глаза?! Да когда ты сняла браслет, я чуть со страху не умерла! С таким же успехом можно было объявить на всю Ирландию, что ты гостишь в Дэйре! Как только станет известно, что один из живущих здесь отдал такое сокровище кому-то из местных… гром и молния, не пройдет и дня, как вся округа будет болтать только об этом! А уж потом новость облетит всю Ирландию, можешь мне поверить! Такой хвастун, как Гормли, об этом позаботится!

У Кэтлин вдруг сжалось сердце. Ей показалось, что за ней с грохотом захлопнулась дверь и она оказалась в ловушке.

— Все равно, не могла же я позволить, чтобы этот негодяй утащил тебя!

— И очень зря! Когда Нилл пронюхает о том, что случилось сегодня, он удавит меня собственными руками, как котенка! С таким же успехом можно было доверить это и Гормли! А потом дело дойдет и до тебя.

— Да, думаю, он рассердится. Но когда услышит всю историю от начала до конца, поймет, что ничего другого сделать было нельзя!

— Еще как можно! — буркнула Фиона. — Тебе просто нужно было сидеть тихо в своем уголке, не высовываться и ждать, когда вернется Нилл. В крайнем случае могла бы строить планы, как вытащить меня из лап Гормли, но только так, чтобы не показываться ему на глаза. Я бы на твоем месте сделала именно так!

— Фиона, не говори глупости! Ты точно так же, не раздумывая, бросилась бы мне на помощь! Как будто я тебя не знаю!

Девушка молча закусила губу, глядя в землю. Глаза ее потемнели. Грусть и горькое презрение к самой себе были написаны у нее на лице.

— Знаешь, Кэтлин, я давно уже привыкла сама заботиться о себе. Если бы я каждый раз полагалась на помощь того, кого едва знаю, то вряд ли дожила бы до своих лет. Я была еще ребенком, а жизнь уже дала мне понять, что нам с мамой вдвоем будет не так-то легко.

Украдкой покосившись на Фиону, Кэтлин почувствовала, как сердце ее разрывается от жалости. Шагнув к ней, Кэтлин обхватила ладонями побледневшее личико. Фиона подняла глаза, и Кэтлин почувствовала, что та все еще не может понять, что заставило ее новую подругу пожертвовать самой большой своей ценностью ради нее.

— Поверь, мне очень жаль, что тебе так долго пришлось быть одной, Фиона, — мягко сказала Кэтлин.

На мгновение в глазах Фионы мелькнули непрошеные слезы, но она тут же сердито смахнула их.

— Мне нравится быть одной! — вызывающе бросила девушка, попытавшись с обычным упрямством вздернуть маленький подбородок, но это вышло довольно-таки неубедительно. — Что ж, думаю, теперь уже можно выпустить бедняжку Боанн на пастбище, — сказала Фиона. — А знаешь, я подумала: если бы ты ночью услышала мычание, я бы соврала, что это привидение! Только, держу пари, было бы чертовски трудно каждый день таскать с поля охапки травы, да еще так, чтобы не попасться на глаза ни тебе, ни Ниллу!

С этими словами девушка, забыв о Кэтлин, помчалась к своей любимице. Потянув за веревку, привязанную к обломку одного рога, Фиона вывела ее на двор. Слишком ошеломленная, чтобы возражать, Кэтлин молча слушала, как копыта дробно цокали по камням, чувствуя, как перестук эхом отдается в ее сердце.

Взгляд Кэтлин внезапно замер на руке. Словно не веря собственным глазам, она уставилась на запястье. Как странно, вдруг подумала девушка, она носила браслет так недолго, и тем не менее за это короткое время он стал частью ее самой, единственной ниточкой, связывающей ее с родителями.

Жизнь за жизнь, устало подумала она. Нилл выкупил ее жизнь дорогой ценой, отдав все, что у него было, — и прошлое, и будущее. И никакой браслет, каким бы драгоценным он ни был, не стоил жизни Фионы. Только выручив ее из беды, она могла отблагодарить Нилла.

И все же на душе Кэтлин было тяжело. «Боже, помоги нам! — подумала она. — Как только Нилл вернется и узнает о том, что произошло, нам с Фионой конец!»