Страдать, чтобы простить - Ребекка Донован

— Не за что, — кивнула она.

Я неохотно повернулся и потрусил вдоль берега. Затем оглянулся и едва не упал, когда она начала стягивать через голову футболку. Продолжая двигаться вперед, я еще раз бросил взгляд на тонкую фигурку, окутанную серым туманом. И невольно замедлил шаг. Я не мог отвести от нее глаз. И снова чуть было не навернулся, когда она сбросила кроссовки и сняла шорты. Туман разделял нас плотной завесой, я видел на берегу лишь темную тень. Но у меня перехватило дух от очертаний ее стройного тела. Я судорожно вдохнул, пытаясь справиться с сердцебиением. Она, не дрогнув, зашла в холодную воду, сперва по колено, затем по пояс.

Поднырнула под волну и вынырнула с другой стороны. Ее голова то исчезала, то появлялась на поверхности воды. Как загипнотизированный, я подошел поближе, но краем глаза внезапно уловил какое-то движение. И сразу вышел из транса, заметив появившегося на веранде Коула с полотенцем в руках.

Я попятился и бросился бежать, молясь в душе, чтобы он не обнаружил меня в утреннем тумане. Пульс так и не пришел в норму, и я понял, что если хочу увидеть Эмму снова, то должен стряхнуть наваждение. Тогда я перешел на спринтерскую скорость и опомнился только у дома Нейта.

Я вышла на берег, дрожа от холода, с посиневшими губами.

— Доброе утро. — Коул уже держал наготове полотенце. Он поспешно укутал меня, и я сразу согрелась от тепла его рук и толстой махровой ткани. — Как приятно открыть утром глаза и сразу увидеть такое.

— Очень остроумно, — саркастически улыбнулась я. — Что-то ты рано сегодня.

— Встречаюсь с ребятами. Собираемся заняться серфингом, — объяснил он.

Я подняла на Коула глаза, и он, не раздумывая, приник к моему рту. От Коула веяло теплом и надежностью. А когда я раздвинула его губы языком, он прижал меня к себе еще крепче и принялся осыпать поцелуями. Мой пульс тут же участился. Почувствовав проскочивший между нами привычный электрический разряд, я обвила его шею руками.

— Если хочешь, могу задержаться, — шепнул Коул.

Я рассмеялась и слегка попятилась:

— Ты должен идти. Увидимся позже.

Коул прижался ко мне щекой и сказал:

— Я обязательно вернусь днем, чтобы отвезти тебя в аэропорт. Только не вздумай одеваться. Оставайся голенькой до моего прихода. Договорились? — Он чмокнул меня в губы, затем поднял мою одежду и поманил в дом. Улыбнувшись, я последовала за ним.

После того как Коул ушел, я сразу направилась в спальню, чтобы принять душ, одеться и начать собираться. Теперь уже точно не было никакого смысла ложиться обратно в кровать, хотя заря еще только занималась. Мне было немного не по себе, поскольку не было особой уверенности, смогу ли я потихоньку улизнуть от Сары. И вообще, меня терзали сомнения, стоит ли разыскивать Джонатана в Нью-Йорке. Прошла уже целая неделя с тех пор, как он уехал. Но я все же надеялась, что не опоздала.

Отогревшись под горячим душем, я вернулась в гостиную и обнаружила, что дверь в Сарину комнату открыта. Я заглянула туда, но никого не увидела. Тогда я проверила веранду и пляж — никого. Вернувшись на кухню, я обнаружила на барной стойке нацарапанную знакомым почерком записку:

Уехала за продуктами! У нас сегодня на пляже пикник… И я, возможно, разрешу тебе подержать меня за руку. Ха!

Интересно, какова будет реакция Сары, когда она узнает, что я уехала, не сказав куда? Тяжело вздохнув, я положила записку обратно на барную стойку. Затем полезла в шкаф за овсяными хлопьями, и тут меня внезапно стукнуло. Интересно, а как она доберется до магазина? У нее ведь нет машины!

— Ты можешь одолжить машину? — Сара налетела на меня прямо с порога, даже не дав толком вытереть мокрые волосы.

— Доброе утро, Сара. Очень мило, что зашла, — с некоторой долей сарказма в голосе произнес я.

Она решительно прошла в дом.

— Я знаю, что вела себя с тобой по-свински, и прошу прощения, — подбоченившись, начала она. — И давай забудем о тех злополучных двух годах, когда ты имел на меня зуб. Я торжественно обещаю, что больше не буду такой сучкой. Но только ты должен поклясться, что отстанешь от Эммы, если она не выдержит этого твоего ужасного двухнедельного испытания.

От такой наглости у меня глаза полезли на лоб. Хотя, если честно, Сара была в своем репертуаре.

— А что такого страшного она, по-твоему, способна сделать?

— Эван, я пришла сюда не для того, чтобы обсуждать психическое состояние Эммы. Я пришла для того, чтобы помириться.

— И одолжить машину, — усмехнулся я.

— Да, — несколько вызывающе сказала она. — И одолжить машину.

Демонстративно скрестив руки на груди, она ждала моего ответа. И я вдруг забыл о ее просьбе. Я хотел получить ответы на свои вопросы. И вот теперь пришло время решать, какую цену я готов за это заплатить. Я сделал глубокий вдох и сказал:

— Ладно, я отстану от Эммы, если она не сможет это выдержать. У родителей Нейта в гараже есть «ауди». Ключи в вазочке на кухонном прилавке.

— Спасибо, — облегченно улыбнулась Сара. И уже по дороге на кухню она внезапно остановилась и повернулась ко мне: — Эван, я сожалею, что все так вышло два года назад. И хочу, чтобы ты знал: я осуждала ее поступок. И до сих пор считаю это самой большой ошибкой в ее жизни. Кажется, она тоже все прекрасно понимает, поскольку упрямо твердит, что поступила так ради твоего же блага. Чтобы защитить тебя.

— Защитить меня? Что…

— Хм, спасибо, что одолжил машину, — скривилась Сара.

— Сара! О чем ты говоришь?

— Блин! — тихо выругалась она. — Я наболтала лишнего. Прости. Она сама тебе скажет. Дай ей время.

Я лишь молча кивнул. Нет, я буду не я, если не добьюсь от Эммы объяснений. Но как, интересно, ей удалось внушить себе, что, порвав со мной, она тем самым меня защитила?

— Эмма, какого хрена?! — пробормотал я, глядя, как Сара выкатывает из гаража машину.

— Я недолго! — крикнула Сара, выехав на улицу, и после секундного колебания добавила: — Мы с Эммой весь день будем на пляже. Я как раз еду за продуктами для пикника… Если хочешь, присоединяйся.

Ага, значит, Сара предлагает раскурить трубку мира.

— Спасибо, я подумаю над твоим предложением, — ухмыльнулся я.

— Ну… Эмма сейчас дома… одна. — Сара сдержанно улыбнулась и нажала на газ.

Меня даже позабавила ее прямолинейность.

Я просматривала почту, которую еще в Уэслине вручила мне Анна, чтобы освободить место в своей дорожной сумке для запаса одежды на два дня. Конверты я выкидывала в мусорное ведро, специально принесенное для этой цели из ванной.