Твоя случайная измена - Мари Соль

Нина, однако, оставив вопрос риторическим, становится рядом со мной. Прислоняется хрупким плечом.

— А ты-то замену нашла? — вопрошает с прищуром.

Я улыбаюсь. Припомнив всех сразу. Эльдара, который сейчас на морях. Поддался, собака, моим уговорам! Уехал. Небось, зажигает сейчас? Мутит с тайкой…

Витю, что ждал. И буквально бомбил смсками! Я горделиво молчала, считая его запасным. А, может быть, зря?

— Думаю, да, — улыбаюсь, краснею.

— Ммм, — шепчет Нина, и тут же бросает, — Не бойся, я никому не скажу твой секрет.

— Да какой там секрет? — отмахнувшись, бросаю задумчивый взгляд за плечо. Туда, где в порыве взаимной любви недавно стоял мой почти уже бывший супруг.

Их там нет. И другая влюблённая парочка выбирает, какое вино предпочесть.

— Ой, знаешь, — делится Нина, — Я и сама часто думаю, развестись может? Да деньги-то все у него! И отдел, и счета.

Она машет, прикрыв выступающий край декольте.

— Подожди, вы женаты давно? Это ж в браке всё нажито, нет? — уточняю, припомнив супруга. Такой, неказистый. Не то, что она!

Нина кивает:

— В браке, как же? Он договор мне подсунул, когда мы женились. А я подписала его.

— Какой договор? — говорю настороженно.

— Брачный, какой же ещё? — усмехается Нина, — А там написано, что при разводе, всё, в том числе и отдел, остаётся ему.

— Ого, — удивляюсь я коротко.

— Ого, не то слово, — соглашается Нина, — Да я не в обиде! Он рублём не попрекает. Измены прощает. Хотя и сам изменяет направо-налево.

И, наклонившись ко мне, уточняет:

— Я сама выбираю ему претенденток.

— В смысле? — ошарашенно фыркаю я.

— Ну, среди своих, проверенных, — хмыкает Нина, — А то будет гулять абы с кем! Мужик, он, знаешь, как кот шелудивый. Принесёт в дом заразу какую, потом прививай.

Я смеюсь, запрокинув голову. Смеюсь в полный голос! Смеюсь от души. Так, как давно уже не смеялась. В груди распускается что-то. И мне даже хочется сделать шажок…

Когда Нина уходит, вынимаю смартфон.

«Ты занят сегодня?», — пишу. Отправляю.

Ответ приходит незамедлительно. Без эмоций. Скупое:

«А что?».

Я кусаю губу. И печатаю:

«Кажется, масло пора заменить».

Он молчит, и меня раздирают сомнения. Может быть, зря написала?

«Вези сюда свою маслёнку», — приходит от Виктора.

Я прикрываю ладонью глаза. Маслёнка! Прежде, чем везти, стоит побрить её и подготовить.

Из торгового центра я выхожу в настроении. Сегодня меня ожидает сюрприз. Бесстыдный, развратный, пускай! Но я заслужила его. Заслужила!

Глава 38

Вечер я посвящаю себе. Впервые за долгое время позволяю расслабиться в ванной. Пена ласкает приятным теплом, нежит уставшее тело. Трогаю гладкий лобок под водой. Высунув пальчики ног, изучаю на фоне акрила. Педикюр в этот раз выбирала яркий! «Синий кобальт», — так называется цвет. По словам Юли, писк этого лета.

Волосы делаю «влажными» с помощь мусса. Они у меня от природы волнистые, и ложатся красиво, если чуток уложить. Макияж выбираю неброский. Глаза в лёгкой дымке теней, а губы блестят от бальзама.

Я нравлюсь себе! И даже моя худоба украшает, слегка молодит. Синий цвет мне к лицу. Шорты длиной до середины бедра открывают колени. Пиджак на короткую блузу и тонкий, темнее на пару тонов, поясок.

— Ух ты! — восклицает Денис.

Он опять изучает свой дрон. Кажется, тот потерпел небольшое крушение. Прячет его при моём появлении. Думает, буду ругать!

— Нравится? — я красуюсь, хожу взад-вперёд.

— Круть! — выставляет он вверх большой палец, — Куда ты такая?

Кусаю губу, выбираю обувку:

— С тёть Машей пойдём посидим, пообщаемся.

Он одобрительно хмыкает. Встал, провожает меня у дверей.

— Познакомься там с кем-нибудь, — напутствует.

— Что? — удивляюсь, — Я и не думала даже!

Деня кривится:

— Зря! Ты у меня такая красивая.

Я улыбаюсь. Боюсь, макияж потечёт! Так как глаза в тот же миг увлажняются. Смотрю на него, склонив голову на бок. Мой Самойлов! Он лучше отца.

— Ты думаешь? — позволяю себе усомниться.

— А то! — усмехается Деня.

Приободрённая им, я хватаю свой клатч. Ещё раз смотрю на своё отражение в зеркале. Правда, вполне!

— Тёть Маше привет, — добавляет сынуля.

И я убегаю.

В машине включаю приятную музыку. Что-то знакомое слышится, сбегает ласкающим рвением радиоволн.

«И, когда в ладони с небес ложится тоннами ночь,

Танцует ветер,

Я к нему навстречу пешком из дома сонного прочь,

Меня там встретят

Миллионы сотен огней, и вечер

Обнимает город его за плечи,

Я не знаю, как рассказать, что это лучшая ночь…», — убеждает певица Максим.

Ну, не пешком, допустим! И не факт, что эта ночь станет самой лучшей. Об этом я сообщу чуть позже. А пока что…

Сквозь ветви скользящих деревьев, вижу знакомый фасад. И девушка, льнущая к шине, уже не кажется мне такой откровенно-развратной.

Свет в его одинокой каморке горит приглушённый. Он, вроде бы, ждал меня? Стоит мне выйти, как Виктор тоже выходит. Опираясь плечом о косяк, наблюдает как я не спеша подхожу.

— Ну, привет, — говорю, поднимая лицо.

Он напряжён и как будто рассержен. Подумаешь, птица! Ведь никто не имел ввиду вечной любви. Да и есть ли она, любовь? Может быть, лучше совсем без неё? Без привычки, без трепета, без ожидания встречи…

— Ты думаешь, можно молчать, а потом приезжать вот так, ни с того, ни с сего? — произносит он сдержанным тоном. Но мне кажется, что вот-вот наорёт на меня. Ещё не хватало! Чтобы меня осуждал дальнобойщик.

Пожимаю плечами:

— А что, разве нет?

Он сверлит меня неуступчивым взглядом. Зачем соглашался тогда? Писал — приезжай!

Собираюсь уйти, но рукав пиджака угождает в капкан его пальцев. Виктор тянет меня на себя, оголяя плечо.

— Ах! — задыхаюсь, припав к нему в жарком объятии.

— Почему я никак не могу перестать о тебе вспоминать? — шепчет он в мои губы. И, заставляя раскрыться, сминает их яростным ртом.

Мы целуемся долго, взасос. И я забываю о скором разводе. О встрече в ТЦ. О визите в больницу…

— Пойдём, я проверю твой уровень масла, — щурится он плотоядно.

— А это не больно? — шутливо пугаюсь. Ощущая себя в отупляюще сильном кольце его рук.

— Нет, это очень…, - он снова целует, ведёт языком по губе, — Очень приятная процедура!

И я прижимаюсь к нему. Отдаюсь всем своим существом! И на этот раз наша близость иная. Как будто упала завеса, скрывавшая жар моих чувств. Я обнимаю его, позволяю раздеть себя, трогать. И мне так приятно стоять перед ним без одежд!

— Я так скучал по тебе, — признаётся он, трогает лямки на лифчике.

Но, стоит ему прикоснуться к