Сумасшедшая любовь - Мэри Энн Марлоу

Тем не менее я не смогла перестать таращиться на Адрианну. Можно ли называть ее «она», если она одета, как «он»? Нужно остаться с Зайоном наедине и заставить его ответить на все вопросы. А пока он разрядил обстановку, объяснив:

– Джо встречается с Микой Синклером.

Адрианна застенчиво улыбнулась:

– Серьезно? Тебе очень повезло.

Я бросила на нее недовольный взгляд. В конце концов, тут сидел Зайон. И я тоже.

Она подняла руку:

– Я не в этом смысле. Хотя задница у него шикарная. Я же права?

– М-м-м. Абсолютно права. – Иногда Зайон приводил меня в ужас.

– О боже, дай мне сил. – Я доела яичницу и отодвинула стул, чтобы убрать со стола.

– Ну, правда же, – произнесла Адрианна. – Мика очень красивый. Как внутри, так и снаружи.

Зайон расхохотался:

– Вот что она имела в виду.

– Зайон, мы все-таки идем на блошиный рынок? – Я бросила взгляд на Адрианну. Может, планы Зайона изменились.

– Да. Хочешь пойти? – спросил он Адрианну.

– Конечно.

Я нахмурилась, глядя на них.

– Мы должны подождать Мику.

Встав, я отправилась в душ. Зайон и сам сможет убрать со стола.

Когда я вышла из ванной обернутая полотенцем и с мокрыми волосами, Мика сидел на диване и разговаривал с Зайоном и Адрианной. Он вскочил.

– Тебе помочь?

– Думаю, я справлюсь. Хочешь составить мне компанию, пока я буду одеваться?

Он прошел за мной в спальню. Я принялась копаться в ящиках в поисках симпатичной футболки и шорт, которые бы подчеркивали фигуру, но тут он сам полез в шкаф.

– Вот красота!

– Платье?

– А что не так? Мне нельзя высказать мнение?

– Нет. Можно. Но я должна подобрать другую обувь. Мы будем много ходить пешком.

– Ничего страшного. Может, наденешь его завтра?

– Почему? Куда мы идем завтра? В церковь?

– Если хочешь, то пойдем. Но вообще я собирался навестить родителей. Иден тоже там будет.

– Ты собираешься представить меня родителям?

Он пожал плечами и рухнул на мою кровать.

– Ничего особенного в этом нет. Нам необязательно это делать.

– Нет. Похоже, это будет весело. Мы поедем в западную Филадельфию или в Бель-Эйр – где там жили родители принца из Беверли-Хиллз?

– Я думал, твое детство прошло вдали от экрана телевизора.

– Я не говорила, что всегда соблюдала правила.

Когда я решила, что надеть, возник неловкий момент: я задумалась, следует ли повернуться к Мике спиной. Он сидел на кровати и буравил взглядом узел из полотенца, явно ожидая увидеть нечто большее. И я сбросила ненужный камуфляж. Но, прежде чем я натянула белье, он схватил меня и притянул к себе. В отличие от того, что произошло накануне утром, теперь я стояла полностью голая перед одетым Микой, который поглаживал меня.

– Держи себя в руках. Зайон с Адрианной ждут нас.

– А насколько долго мы будем на людях?

Я и не думала, что это для него важно.

– Ой, я о том, что, если ты против… Хочешь остаться здесь? Или тебе нужна шляпа?

Он сдержал смех и подал мне лифчик:

– Шляпа не помешает мне думать о том, как сорвать с тебя это.

Процесс одевания принес массу приятных моментов, потому что Мика подавал мне каждый предмет, а потом, когда я надевала его, накрывал мои руки своими. Когда я облачилась в нижнее белье, он провел пальцем по внутренней поверхности моего бедра. Я забралась к нему «на ручки», повернувшись к нему лицом и расставив колени.

– Ты усложняешь все еще больше.

– Не больше, чем ты – мне.

Он прижался ко мне, и я застонала. Наши губы соприкоснулись. Я ощущала, как его дыхание согревает мое лицо, и поняла, что точка невозврата пройдена.

– Твоя сумка в другой комнате.

– Есть кошелек. – Его бедро чуть поднялось, и я сползла набок, пока он доставал из заднего кармана кошелек. Я не хотела думать, почему у него всегда под рукой презервативы. В этот момент мне было все равно.

Я расстегнула его ширинку и помогла ему освободиться от оков. Он не потрудился полностью раздеться, прежде чем натянул презерватив, сдвинул мои трусики в сторону и подсадил меня. И вот он уже был внутри. Я сидела на нем, не шевелясь, ощущая его глубоко в себе. Он откинул назад мои мокрые волосы и поцеловал в плечо и шею.

– Можем остаться в таком положении?

Эта просьба была невыполнимой. Малейшее движение приводило в экстаз. Я перевернула его и вскочила сверху, тяжело дыша, а потом вскрикнула так громко, что Зайон нас точно услышал. Но мне было все равно.

Мика сдвинул меня набок и сорвал с себя джинсы, а потом избавился от моего белья. Он мгновенно оказался сверху и внутри, и целовал меня, и вздыхал, и стонал и повторял мое имя, а потом «боже мой».

И вдруг он сказал:

– Я люблю тебя.

Мои глаза расширились:

– Что?

Он остановился, посмотрев на меня.

– Я произнес это так громко?

– Ага. – Я подняла бедра, намекая, чтобы он продолжил.

– Я не должен был этого говорить. Знаю. Прости. Тебе необязательно отвечать. – Он больше не двигался.

– Мика, мы можем вернуться к этому позже? – Я закинула ноги ему на спину и потянула его плечи к себе.

Он снова закрыл глаза и вошел в ритм.

Он не соврал насчет того, что может продержаться дольше пяти минут. Он не спешил, и только после того, как я, задрожав, издала протяжный стон, он набрал скорость и продолжал, пока не свалился на один бок, истекая потом и тяжело дыша.

– Зайон сильно разозлится?

– Хм, нет. – Я уже разобрала, какие звуки доносятся из соседней комнаты Зайона. – Они нашли чем заняться, пока ждали нас.

Встав, я начала одеваться.

– Пойдем. Мне нужно съесть что-нибудь и проверить уровень глюкозы, прежде чем мы уйдем.

Он лег на кровать.

– Не хочешь сначала поговорить?

– Позже.

Я закрыла дверь в спальню и отправилась в ванную, где оставила помпу, пока мылась под душем. Я переустановила ее и принялась делать сэндвичи с индейкой для всех. Мика присоединился ко мне, уже одетый. Я раздала сэндвичи и предложила:

– Давайте поедим и прогуляемся.

До блошиного рынка мы шли пешком. Адрианна с Зайоном обогнали нас на несколько сот метров. Если бы Адрианну сопровождал Мика, ей вряд ли удалось бы остаться инкогнито. Мы остановились по дороге и купили попить. Я несла бутылку воды в одной руке и держала руку Мики в другой. Иногда проходившие мимо люди пристально смотрели на Мику. Никто не остановил нас по дороге, но, когда пришли на рынок, мы замедлили шаг, чтобы рассмотреть все товары. И тут кто-то, потрепав Мику по плечу, спросил: