Танцующие пылинки - Саманта Янг

— Я знаю, что ты позаботишься об этом. Вот почему я пришла прямо к тебе.

Наши взгляды встретились, и на мгновение злость, отражавшаяся на наших лицах, сменилась чем-то более сложным и глубоким: чем-то, что сближало нас, даже когда мы стояли на противоположных концах кабинета.

Близость.

Мы с ним были так похожи во многих отношениях.

Наверное, до этого момента я не понимала всего этого.

— Спасибо, — хрипло сказал он, — за то, что рассказала мне.

Мне пришлось прочистить горло от бурлящих во мне эмоций.

— Ну, — я опустила взгляд и повернулась, чтобы открыть дверь, — Отэм мне небезразлична.

* * *

На следующее утро меня разбудил громкий стук.

Мне потребовалось время, чтобы понять, что кто-то стучит в дверь квартиры. Застонав, я выбралась из постели, натянула шелковый халат, который купила мне Отэм, и распахнула дверь спальни, забыв в своем сонном состоянии о хрупкости запястья.

— Черт, — прошипела я, потирая его.

Стук продолжался.

— Кто там?! — крикнула я, вне себя от раздражения.

— Скайлар, открой дверь! — отозвалась в ответ Отэм.

Беспокойство, наконец-то, вырвало меня из тумана, и я поспешила по коридору. Отэм открыла дверь своим ключом, но не смогла пройти через дверную цепочку.

Как только я сняла ее, Отэм распахнула дверь, и мне пришлось отскочить в сторону. Она пронеслась мимо меня, грохоча каблуками по коридору. Я закрыла дверь квартиры и последовала за ней в гостиную.

— Как дела? — осторожно спросила я, потому что начинала понимать, что Киллиан рассказал ей о моих подозрениях.

Отэм повернулась, ее прекрасные каштановые волосы закрутились вокруг нее, прежде чем безупречно рассыпаться по плечам. Серьезно, как она это делала?

— Ты сказала ему, — фыркнула она, отвлекая меня от моих сонных мыслей.

— Хм? — Я притворилась, что не понимаю.

— Скайлар, это не шутки.

Я напряглась.

— Что случилось?

— Ты должна была догадаться, что это произойдет. Брат допросил меня, а я не могу ему лгать, поэтому он выследил Даррена и ввязался в кровавую драку.

Беспокойство пронзило меня.

— С ним все в порядке?

— Нет, Киллиан выбил из него все дерьмо.

— Я говорю не о Даррене, — воскликнула я. — Мне плевать, если твой грубый, преследующий бывший парень получил то, что ему причиталось. С Киллианом все хорошо?

— Мой брат в порядке. Сосед позвонил в полицию, но Даррен, к удивлению, отказался выдвигать обвинения.

Она скрестила руки на груди и рассматривала меня, как будто никогда раньше не видела.

— Ты угадала, ладно. Даррен стал контролировать ситуацию. Он ударил меня во время ссоры, а когда я попыталась уйти, не отпустил мою руку. Я закричала, и он отпустил меня, по-видимому, в его квартире тонкие стены. Он попытался извиниться, но я уже порвала с ним. Он постоянно звонил мне и говорил вещи, которые были… тревожными.

— Что-то вроде сталкерства?

— Да. Но… Я знала, что если скажу Киллиану, он поступит так, как случилось и даже хуже. Вот почему я не сказала ему, и хотя знала, что ты подозреваешь, что что-то не так, я никогда бы не подумала, что ты объединишься с Киллианом, не говоря уже о том, что он пойдет за Дарреном.

— Ты сама сказала, что Киллиан наказывал всех, кто причинил тебе боль в прошлом.

— Да, обычно, преследуя их карьеру или давая строгое, угрожающее, многословное предупреждение, используя связь его отца с преступным миром. Но до сих пор никто никогда не причинял мне физической боли, и я знала, что брат отреагирует физически в ответ. А это ненормально. И не могу поверить, что ты это поощрила! Это не правосудие, Скайлар. Это месть!

Я недоверчиво нахмурилась.

— И все остальное, что он сделал, чтобы защитить тебя — это не око за око? Конечно, это так, Отэм. То, что он не использовал кулаки, не означает, что это не была месть. Нет никаких точных признаков мести. И знаешь что, я не вижу ничего плохого в том, чтобы он вселил страх божий в парня, который ударил тебя и собирался преследовать в отместку. Это была угроза, и она спасет тебя от жизни в страхе перед психом. Так что, да, меня это устраивает.

Отэм немного сдулась, но я поморщилась от ее взгляда. От жалости.

— Шелли из лейбла рассказала мне о «полицейском» наброске. И я знаю, что тот мальчик, который напал на тебя, оказался в больнице. Могу только представить, что отец Киллиана имел к этому какое-то отношение. Брат ненавидит своего отца, но использует его, как кровавый боевой топор, когда это удобно. Как тебя может это устраивать?

Я покраснела, зная в глубине души, что Отэм была права, задавая мне вопросы, но злилась, что она это делает.

— Потому что этот «мальчик» проследил за мной, и когда я оказалась одна, сломал мне запястье и прижал к земле с явным намерением изнасиловать. Я, конечно, сопротивлялась, но если бы парень, что был с ним, не вмешался, то меня бы изнасиловали. Я бы не смогла остановить его в одиночку. То, как Даррен заставил тебя почувствовать себя испуганной и беспомощной… представь себе это, а затем увеличь на миллион.

Слезы блеснули в глазах Отэм, и она опустила взгляд.

— Я уехала из Штатов, когда мне сказали, что зацепки по делу об убийстве моей матери закончились. Парни, которые это сделали, не были парой идиотов с улицы. Эти организованные и вооруженные люди в масках, украли долбанную картину, которую лучше бы я никогда не покупала, и не оставили никаких следов. Словно призраки. Единственной зацепкой, которая у нас была, это картина, но она так и не появилась в мире публичного искусства. Так что мне придется смириться с тем фактом, что я, скорее всего, никогда не добьюсь справедливости для моей мамы и Брайана. И такой гнев что-то делает с человеком. То, что Джонатан Уэлш сделал со мной, только усугубило ситуацию. И я не хочу, чтобы это когда-нибудь случилось с тобой.

Глаза Отэм метнулись ко мне, и слезы выскользнули наружу.

— Ты подружилась со мной, не задавая вопросов. Я не была для тебя неким проектом твоего брата, с которым нужно помочь. Ты хотела мне помочь сама. И ты это сделала, Отэм. Я провела полтора года в статусе исчезнувшей, потому что было легче быть невидимой, чем столкнуться со всем дерьмом, которое произошло. Но ты помогла мне вернуться. И это