Охотник за приданым - Конни Мейсон

— Не думай об этом, дорогая, — бодро отозвался он. — Мы выберемся отсюда до того, как явятся пираты.

Девушка кивнула и попыталась улыбнуться.

— Как ты себя чувствуешь, Мэт? Жаль, мне нечем зашить тебе рану. Здесь нет никаких лекарств, и я не знаю, как снять твой жар. Единственное, что я могу сделать, это собрать немного фруктов. Конечно, неплохо было бы поймать какое-нибудь животное, но как его приготовить без огня?

Мэт снисходительно усмехнулся, залез в карман и вытащил оттуда небольшой кожаный футляр. Внутри оказались огниво, иголка, нитки, несколько рыболовных крючков и в качестве лески — моток тонкой прочной бечевки.

— Невероятно! — ахнула Лили.

— Хороший моряк всегда носит это с собой на всякий случай. Кроме того, у меня есть нож. От голода мы не умрем, это точно, от жажды тоже, так что все не так уж плохо… Ты умеешь обращаться с иголкой и ниткой?

— Мне еще ни разу не случалось сшивать человеческую кожу, — задумчиво ответила она, — но не думаю, что справиться с этим труднее, чем с тканью. Но как быть с болью? Ты выдержишь?

— Шей! — решительно сказал Мэт и стиснул зубы.

Когда игла вонзилась в край раны, он глухо застонал и отвернулся. С каждым стежком боль усиливалась. Наконец она стала совершенно нестерпимой, и он потерял сознание.

Время от времени Лили клала ему на лоб ладонь, чтобы проверить температуру. Жар не спадал. Потом, когда Мэта начал бить озноб, она принесла с берега остатки паруса и укрыла его. Это не помогло. Тогда девушка сняла с Мэта одежду, разделась сама, тоже забралась под парус и легла рядом с ним. Тепло ее тела вскоре сделало свое дело: Мэт перестал трястись от холода и уснул сном праведника. Через некоторое время заснула и Лили.

Когда она открыла глаза, была ночь, но остров щедро заливал серебристый лунный свет. Девушка снова потрогала лоб мужа, и ее пронзил острый страх: он был холодным.

А что, если Мэт умер? Неужели она осталась одна, совсем одна на этом островке, затерянном в бескрайних просторах Атлантики?

— Ты проснулась? — раздался его спокойный голос, и у Лили сердце зашлось от радости. — У нас осталась вода?

Она протянула ему вторую скорлупу. Мэт не торопясь осушил ее и с удовольствием облизнул мокрые губы.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Лили.

— Как будто побывал в аду, — серьезно ответил он и несколько игриво добавил:

— Впрочем, я доволен.

— Чем? — удивилась она.

— О, благодаря этой ране я стал еще опытнее и мудрее.

Теперь я знаю, как заставить девушку раздеться и добровольно лечь в мою постель.

Лили вспыхнула и отвернулась.

— Нашел время шутить!

— А я и не шучу. — Его рука легла ей на живот, затем потянулась к груди… — Проклятие! — простонал Мэт и скривился от боли.

— Ты неисправим, — вздохнула она, отстраняясь. — Лежи спокойно, иначе рана снова откроется. Сейчас кровь остановилась, но, если швы разойдутся, мне опять придется браться за иголку.

— Не отодвигайся от меня, — почти робко попросил Мэт.

— Ладно, но обещай хорошо себя вести.

— А что мне еще остается? — пробурчал он.

— Давай спать, а завтра я найду какую-нибудь еду.

* * *

Лили подпрыгнула, ухватила обеими руками спелую гроздь бананов и потянула ее к себе. Девушка встала рано — голод прогнал сон. Их одежда высохла, став заскорузлой от морской соли, и она решила выстирать ее в озере, а заодно и поискать на его берегу спелых фруктов.

Как и в первый раз, озеро совершенно очаровало ее своей красотой и покоем. Поверхность воды напоминала зеркало, а аромат цветов и пение птиц наполняли воздух неизъяснимой прелестью. Искушение искупаться было слишком велико, и она поплыла, рассекая грудью прозрачную гладь, подставляя лицо ласковым лучам утреннего солнца. Ее охватило острое чувство радости — простой человеческой радости от того, что она жива, что дышит, видит, слышит… Природа встречала рассвет нового дня и, казалось, радовалась вместе с ней: птицы пели ей свои веселые песни, легкий ветерок играл в густой листве деревьев, гирлянды лиан вились по их стволам к самой воде, словно желая полюбоваться своим отражением, а сама вода нежно нашептывала что-то бессвязное, но трогательное, баюкая в мягких объятиях плывущую девушку.

Вволю поплавав. Лили вышла на берег, выстирала одежду, развесила ее сохнуть на кустах и, счастливо улыбаясь, снова бросилась в воду. Стороннему наблюдателю, окажись он в этот час рядом, вполне могло показаться, что это златовласая русалка резвится в светлых струях лесного озера.

Впрочем, такой наблюдатель был.

У самой воды, тяжело опираясь на сучковатую палку, подобранную по дороге, стоял Мэт. Его глаза неотрывно следили за Лили, и в них светилось восхищение. Он был настолько ослеплен красотой открывшейся ему картины, что даже забыл на какое-то время об острой боли, которую по-прежнему причиняла ему рана в плече. Лили плескалась в озере и казалась Мэту юной богиней, сошедшей с небес, дабы вкусить простых человеческих радостей.

Девушка заметила его, лишь когда подплыла к самому берегу и ухватилась за низко растущие ветви кустарника, собираясь выйти из воды.

— Ты так хороша, что у меня даже глаза заболели, — хотел было пошутить он, но шутки не получилось, и его слова прозвучали вполне серьезно.

— Мэт? — воскликнула Лили, отбрасывая с лица прядь мокрых волос. — Зачем ты пришел сюда? — Ее руки инстинктивно взлетели вверх, прикрывая грудь; он же в отличие от нее совсем не стеснялся своей наготы.

— Я решил искупаться. Соль и пот, конечно, красят моряка, но, к сожалению, дурно пахнут.

— Тебе следовало дождаться моего возвращения. Ведь ты мог заблудиться или упасть…

— Не упал, как видишь, а заблудиться здесь довольно трудно — тропинка действительно ведет прямо к озеру.

Ну, как водичка?

— Чудесно! — улыбнулась Лили, вышла наконец на берег и быстро накинула платье.

— Зря, — вздохнул Мэт. — Во-первых, платье намокнет, а во-вторых, мне нравится смотреть на тебя без одежды. О, тебе нечего беспокоиться, я сейчас мало на что способен.

Лили посмотрела на него с подозрением. Что-то он вдруг разоткровенничался… Уж не очередная ли это уловка?

— Ты съел бананы? — заговорила она о другом.

— Да, спасибо, они были восхитительны. Позже я научу тебя ловить рыбу.

— Плечо болит?

— Да, черт бы его побрал, — скривился Мэт. — У меня просьба, Лили. Скинь, пожалуйста, это дурацкое платье и помоги мне сойти в воду.

Он протянул руку, и девушка после некоторого колебания сделала так, как он просил. Они вместе вошли в озеро.

— Пожалуйста, потри мне спину, — кротко попросил он.