Счастливчики - Лиз Лоусон

Так странно. С той ночи мы с мамой разговариваем. На самом деле так, как никогда раньше.

На следующее утро после того, как мы проснулись в постели Джордана, между нами что-то изменилось, и она словно увидела меня впервые за многие годы. Сказала, что провела большую часть прошлого года в своем офисе, пытаясь спрятаться от мира, потому что чувствовала себя такой виноватой. Мама видела, как все ожидания, которые они с отцом возлагали на Джордана, начали вбивать клин между ним и мной, и чувствовала ответственность за то, что мы так рассорились. Она жалела, что бесконечно подпихивала Джордана, думая только о его будущем и потенциале, но забывала, кто он как личность. Думаю, отец не пришел к такому же выводу, потому что, очевидно, он съезжает. Официально. Не могу сказать, что удивилась.

А потом мама сказала мне, что пришло время попытаться жить дальше, как раньше уже сказала Люси. Я пообещала ей подумать, если только она тоже задумается.

Мы ужинаем вместе, чего не случалось целую вечность, когда Люси пишет: «Приходи на мой концерт сегодня вечером».

Мама смотрит на гудящий телефон и поднимает брови.

– Прости. – Хочу его выключить, но она качает головой.

– Все нормально. – Мама улыбается. – Кто это был?

– Люси. Кто же еще? Похоже, у ее группы сегодня вечером выступление.

– Ты идешь?

Таращу глаза и мотаю головой так сильно, что удивительно, как та не слетает с шеи.

– Нет!

– Почему?

– Мам. Ты знаешь почему. – Видео с моей речью лежит в интернете и все набирает просмотры, хотя цифры, слава богу, начали замедляться. На днях мама, наконец, его посмотрела. Сказала, ей плевать, кто и что говорит, я не виновата.

Тем не менее Роуз-Брэйди заявила, что совет не примет окончательного решения о моем статусе в школе, пока все не станет намного, намного спокойнее. Она, видимо, борется за меня опять, и это больше, чем я заслуживаю.

Я никак не могу выйти на публику прямо сейчас.

«Нет», – отвечаю я Люси.

Тут же приходит ответ.

Да.

Нет.

Мэй, вытаскивай зад из кровати.

Люси, оставь меня в покое.

Никогда.

Поднимаю глаза и вижу, что мама улыбается. Потому что я улыбаюсь. Я неделю не улыбалась.

– Иди. – Она берет меня за руку. – Все будет хорошо.

– Что?

– Все – все мы. С нами все будет в порядке. Обещаю.

Приходит новое сообщение от Люси: «Там будет Зак».

Сглатываю, смотрю на маму.

– Там будет Зак.

– Иди, – улыбается она.

Опускаю голову к телефону, секунду мешкаю, но отвечаю: «Ладно. Пойду».

Мгновенно: «УРА!!! Заберу тебя в восемь».

– Мне переодеться надо! – Вскакиваю со стула резвее, чем за все предыдущие недели, но замираю. Не могу оставить маму тут одну, когда мы только начали снова общаться.

Она видит мои сомнения.

– Все хорошо. Правда. Иди.

Сглатываю и киваю.

– Мне не хватает Джордана, мам.

Ее глаза полны слез.

– Ах, милая. Я тоже по нему скучаю. Каждую секунду каждого дня.

* * *

Люси забирает меня, и лишь несколько минут спустя я понимаю, что на заднем сиденье нет барабанной установки.

– Люси, где твои вещи?

– А? – Она оглядывается назад и секунду, клянусь, не понимает, о чем я говорю. – А, да. Мои барабаны. Их Конор подвезет. Мне нужно было кое-что починить, но я не успевала, поэтому он помог.