Статус: бывшая - Дарья Сойфер

– А обувь снять? – Таня невинно взмахнула ресницами.

Ваня с рычанием снял тенниску, стянул носок и взглядом указал на душ, но Таня уже решила: так легко он от нее не отделается.

– Я же джинсы намочу, – и взялась за пуговицу.

Красков, сдвинув брови, наблюдал за ее манипуляциями.

– Ты что творишь? – спросил он уже не так громко и воинственно.

– Не хочу потом в мокрых джинсах застудиться. – Она расстегнула «молнию» и, не стесняясь Вани, приспустила штаны.

– А штанину закатать? – Он состроил недовольное лицо, но глаз все же не отвел.

– Да брось, чего ты там не видел? – Таня подавила коварную усмешку. – Ты не поможешь?

Ваня вздохнул так тяжко и обреченно, что девушке стало его жалко. Но ненадолго. Потому что, в конце концов, она не издеваться над ним приехала, а помириться.

– Знаешь, мне очень стыдно, что ты из-за меня уволился, – доверительно сказала она, когда Красков опустился перед ней на колени, стягивая узкие штанины.

– А с чего ты взяла, что это из-за тебя? На тебе свет клином не сошелся!

Таня проглотила эти слова, потому что знала: в Ване сейчас говорит обида.

– Я же не Байгозин так думать, – мягко произнесла она.

– В смысле?

– Ну, это Коля решил, что я решила его раскатать только из ревности. Представляешь? Ему пришло в голову, будто я хочу привлечь его внимание! Вот придурок!

– А разве нет? – Красков не смотрел на нее, но Таня видела, как напряглись его плечи.

Она расхохоталась:

– Смеешься?! Мне он зачем нужен?!

– Я видел, как он тебя гладил. Типа «Ой, ты до сих пор дрожишь, когда я тебя трогаю»…

– Я не дрожала, Вань, меня передернуло.

– Это ты так теперь говоришь, потому что он нажал тревожную кнопку, – пробурчал Красков, хотя и без прежней уверенности.

– Мне правда жаль, что ты остался без работы… Ой! – воскликнула она, когда Ваня сунул ее ногу под струю воды.

– Что опять?!

– Холодно! Видишь, я вся в мурашках! – Она провела рукой по бедру, сознательно привлекая его взгляд.

– Слушай, если ты думаешь, что вот так возьмешь, соблазнишь меня тут – и все о’кей, то ты ошибаешься!

– А что, ты совсем, даже ни капельки, не соблазнился? – заискивающе шепнула она.

– Это здесь ни при чем! – Он поднял голову, и она впервые увидела на его щеках румянец. Да-да, Иван Красков, этот нелюдимый пират, покраснел! Хоть и упорно делал вид, что его ничем не выбить из колеи.

– Правда? – Таня хитро склонила голову набок и улыбнулась.

– Я не из тех, кто думает одним местом! – отрезал он и, отвернувшись, крутанул смеситель, прибавляя горячей воды.

– Ладно, если я тебе так уж не нужна, забудь. – Таня отбросила кокетство. – Я вообще-то приехала извиниться и поговорить насчет работы.

– Что, кто-то должен носить за тобой транспаранты? Считай, я уволился сразу. – Он выключил воду и протянул Тане полотенце.

– Вовсе нет. Никаких транспарантов. Просто выслушай.

– Я тебя просто в дом пустил! И уже жалею.

– На что спорим, тебе понравится?

– Даже спорить не буду! – Он пихнул ей джинсы, взял на руки и потащил обратно на диван.

Таня обвила руками его шею – она готова была специально сломать себе ногу, лишь бы Ваня вот так носил ее и дальше. В животе разлилось приятное тепло, кожа покрылась мурашками, но уже не от холода.

– Я вызываю такси. – Он плюхнул ее на диван, сбросив руки с шеи, и, старательно отводя взгляд, взялся за телефон.

Но Таня твердо решила не отступать ни в какую, а потому вытащила из рюкзака толстую папку с презентацией.

– Значит, так. – Она открыла первую страницу. – Вот это твой сайт…

– Адрес какой? – Он будто ее не слышал.

– Шкаф и мышь точка ру.

– Нет, твой адрес… – Он вдруг замер, недоверчиво покосился на Таню. – Какой шкаф? Какая мышь?

– Вот! – Она услужливо показала ему распечатку: там во весь лист красовался деревянный шкаф и симпатичный рыжий мышонок сверху. А еще логотип «Ш&М»: за его прорисовку Тане пришлось выложить две тысячи рублей – большая буква «Ш» в виде серванта с дверцами и маленькая «М» с мышиным хвостиком.

– Что это такое? – насупился Ваня, забыв про телефон: а Тане только это и было нужно. Набрав побольше воздуха и расправив плечи, как солдат, дающий присягу, она затараторила, пока внимание Краскова было приковано к картинке.

– Я подумала: зачем тебе охранять непонятно кого? Ты шикарно работаешь с деревом, у тебя классная мебель, а люди сейчас удавиться готовы за натуральное дерево. Кругом одно ДСП! Ты можешь сделать не хуже итальянцев и как минимум вдвое дешевле. Отечественный производитель, настоящий мастер. Это ведь эксклюзив, который может себе позволить человек со средним доходом. – Она переворачивала листы и с графиками, и с расценками. – Ты мог бы подать себя людям, просто надо правильно это сделать. Вести блог, фотографировать свою мастерскую, это сразу повышает доверие. Ты не какое-то там ООО «Ромашка», которое сегодня есть – а завтра исчезнет. У тебя шикарный типаж простого русского мужика.

– Какого русского мужика? – Красков таращился в презентацию с таким видом, будто попал в параллельную реальность, где у него на диване сидит девица без штанов и вдохновенно толкует про малый бизнес.

– Вот смотри, я накидала тебе страничку. Лэндинг-пейдж, ничего сложного. – Она развернула папку, чтобы Ваня мог оценить вертикальные скриншоты. – Вот здесь – про тебя. Уж извини, я накидала что знала, я ведь видела твое резюме. Тут портфолио, пока только моя мышка, но это ничего. Я еще пофоткаю твою кухню, тот сервант, когда ты его доделаешь. Комод еще. И кровать – ты ведь ее тоже сам делал.

– Сам… – растерянно ответил Ваня. – А зачем это все? Подожди, ты прямо в Интернет это уже выложила?! И где я возьму заказы?..

– Смотри, группу в соцсетях я тебе сделала, страничку в Инстаграм тоже. Над ней придется поработать, а в группу я уже по рекомендациям затащила немного народу. Порекомендовала тебя некоторым женщинам, всем, знаешь ли, охота иметь дома эксклюзивную штуковину. Единственное – тебе придется делать на мебели гравировку с логотипом. Это повышает престиж.

– А у меня ты не собиралась спросить для начала?! – отчего-то рассердился Красков. – Хочу я вообще этим заниматься? Может, я уже нашел работу!

– А что, нашел?

– Нет, но… Все равно! – Он упрямо выпятил подбородок. – Не хочу я никакой бизнес, тем более с тобой. «Шкаф и мышь»… Что это, черт подери, значит?

– Ну, как! Ты – это шкаф. А я – маленькая мышка, которая в нем шуршится… – Таня сделала большие глаза и подняла брови домиком. – Разве не мило?