Зверь. Контракт на послушание - Эми Мун

Нет-нет! Не так быстро! У меня остался еще один вопрос.

- Узнать поближе, это как с той девушкой, да? Которая перед тобой задницей вертела?

Но вместо того, чтобы закатить глаза или начать оправдываться, Алекс вдруг усмехнулся. Вот наглость!

- Мог бы догадаться, чем тебя Крыса увела. Она любила играть на эмоциях… Яся, ты же умная девочка. Думаешь, я бы клюнул на эту потаскушку? Кстати, девку готовила твоя мать.

Последняя фраза напрочь отбила желание дальше развивать тему. И да, я не верила в то, что Алекс с кем-то развлекался. Теперь нет.

А мужчина быстренько воспользовался моей заминкой.

- Алекс! – вскрикнул, почувствовав, как щелкнула застежка лифчика. И тут же прикусила губу – какая вольность!

Но мне ответили теплой усмешкой.

- Хочу это слышать в постели, Яся. А билеты в Хранилище сегодня же закажу. Ты не пожалеешь.

Почему-то я в этом не сомневалась. Ведь мой альфа всегда держал слово.

Эпилог

- Рабочий день давно закончился, Е-се-ни-я. А ты еще в халатике…

На бедра легли горячие ладони и поползли вверх, сминая белоснежную ткань.

Пробирка в моих пальцах мелко дрогнула.

- Я… прости…те. Мне еще чуть-чуть…

Но Алекс не собирался ждать и секунды. Не в его характере. Скляночка отравилась на подставку, а я в стальные объятья... мужа.

Да-да. Именно мужа.

Сразу после того, как Александр Урсулов разобрался со всеми проблемами «Логова», а заодно (к моему откровенному удовольствию) сменил сахарно-сиропную ИИ, он предложил заключить новый контракт. Брачный.

Предложение тоже было сделано оригинально. Вместе с кольцом Алекс преподнес мне совершенно невероятный и желанный во всех смыслах подарок – раскрыл секрет одного из санаториев, где проходили реабилитацию жертвы Общины. Особое внимание альфа уделил женщинам и детям. Все они получали качественную медицинскую помощь и потихоньку учились существовать в реальности, а не среди проповедей.

Ну разве у меня был шанс отказаться? Сам, без всяких подсказок и просьб, мужчина понял, что для меня важно.

И пусть наши отношения были не совсем типичными, с кучей оговорок, но если обоих это устраивает, то почему нет?

Алексу нравилось командовать. А мне подчиняться. Я не чувствовала себя ни оскорбленной, ни униженной. Не стремилась решать все сама, предоставив это мужчине лишь с одним условием: я хотела работать. Быть полезной, делать что-то важное… И Алекс помог мне определиться.

Я так и не стала соцработником - муж был категорически против отпускать меня куда-то дальше клуба. Кажется, у него развилась фобия на этот счет. Зато я очень даже вписалась в небольшой, но вполне приятный медицинский коллектив «Логова». И пусть не в качестве медсестры или врача, но работник лаборатории – это тоже очень здорово.

Особенно когда я остаюсь одна и…

- Алекс, - вскрикнула, почувствовав, как с меня стягивают трусики.

Муж глухо рассмеялся, но приставать перестал.

Сделал шаг вперед и, притиснув меня к столу, подцепил чокер когтем. А у меня по спине мурашки теплой волной хлынули – звериная сущность альфы одновременно манила и вызывала страх. От этого дикого коктейля эмоций голова шла кругом!

- Не бойся, Е-се-ни-я, - хмыкнул, вынуждая скрестить взгляды. - Я отключил камеры.

Ох, нет… Я хорошо помню, чем закончилось наше последнее, кхм, рандеву.

Пришлось заказывать новые пробирки, и микроскоп, и… все, что находилось на столе. А еще заново брать образцы!

- Я, м-м-м, уже закончила, - пролепетала, заранее понимая, что муж все равно сделает по-своему.

Но Алекс отпустил. А мне стало немножко обидно – вообще-то я уже настроилась!

- Не дуйся, сладкая, - хмыкнул мой любимый наглец. – Вечером рассчитаюсь по двойному тарифу.

Ой-ой! Кажется, я только что нарвалась на бессонную ночь.

- М-мне заранее заказывать выходной? – выдохнула, стараясь смотреть куда угодно, но не в глаза мужу.

Несмотря на два года брака, наша близость совершенно не потеряла пикантности. Иногда мне даже становилось немножко страшно от того, насколько хорошо мы совпадали в постели… И не только.

- Выходной – это хорошо, - задумчиво протянул Алекс, и по тону его голоса я поняла, что муж уже придумал, чем бы таким заняться. – Но сегодня нас пригласили на одно очень важное мероприятие… Чета Берговски наконец-то определилась с датой свадьбы. Сегодня торжественный ужин.

Я чуть не подпрыгнула на месте.

- Это замечательно! В смысле, не ужин, а что Ника... то есть, Вероника, она же… - я запнулась, боясь произнести последнее слово.

Потому что даже в самом идеальном мире есть то, что способно его разрушить или хотя бы стать камнем преткновения. И сейчас разговор приблизился к максимально опасной теме.

- Она беременна, да, - закончил за меня Алекс.

И одного взгляда в глаза мужа хватило, чтобы понять свою ошибку. Ох, лучше бы я согласилась на разврат в лаборатории.

- Ал… то есть, госп…

Но меня прервало строгое:

- Не подлизывайся.

Муж прекрасно знал все мои уловки и лишь иногда позволял ими пользоваться. Но это не касалось вопросов семьи. Вернее, ее пополнения.

- Я еще не готова, - выпалила прежде, чем Алекс опять начал бы испытывать мои нервы на прочность.

Нет, я не была против стать мамой. Когда-нибудь. Через год или два… Лучше пять. Это же ответственность! Надо воспитывать, заботиться и постараться дать самое-самое лучшее! И еще очень много любви! Но…

Я в панике прикусила губу, а муж осторожно сжал мой подбородок и заставил поднять голову.

- Ты никогда не совершишь ошибок, которые сделала Линда…

Сердце болезненно сжалось.

Я сумела оставить в прошлом свою привязанность и обиды. Моя мать теперь находилась в закрытом медицинском учреждении с целой кучей диагнозов и без перспектив на излечение. Она все так же не верила в гибель своего ублюдочного кумира Адама, планировала родить ему наследника, а потом жить долго и счастливо.

Ее всегда интересовала лишь собственное эго.

Обидно? Очень. И немного страшно. Вдруг и я не смогу полюбить собственного ребенка? И вместо радости он станет обузой. А дети ведь все чувствуют! Как это чувствовала я.

- …Пойдем, - меня мягко потянули в сторону. – Побеседуем об этом позже.

Мне оставалось лишь тихонько вздохнуть. Каждый наш разговор насчет детей заканчивался ссорой.

Нет, Алекс не кричал и не ругался – но он был зол из-за моего упрямства. А я не соглашалась беременеть «вот-прямо-сейчас». Дошло