Моё прекрасное чудовище - Ная Геярова

в гарнизоне, что остановился в нескольких милях отсюда. Я приехал проверить, правдивы ли слухи о зле. У меня преданные ребята, они подтвердят, что зло уничтожено. Подтвердят это и жители селения, видевшие пожарище. Ты же пойдешь со мной. Малютку по прибытии в город мы представим как мою дочь. Благо последнее время жена почти не выходила, расстроенная невозможностью родить мне ребенка и пребывая в депрессии. Никто ничего не заподозрит. Мои ребята будут молчать».

Я спросил: «А как же я?»

«Ты останешься рядом с дочерью. Скажем, что взяли ей опекуна из местного селения».

Дарьер снова помолчал, вздохнул и продолжил:

– Так ты и стала дочерью генерала Лавона. Он оказался благородным человеком и любящим отцом. Вряд ли я мог дать тебе столько любви и заботы, сколько дал генерал Лавон.

У меня по щекам потекли слезы. Генерал Лавон. Папа. Тот, кого я всегда буду так звать. Он не побоялся взять в семью темную шаенку и до последнего называл меня своей маленькой красавицей.

Я подняла глаза на Астеша. Не могла сказать ни слова, но думаю, все было написано на моем лице.

«Ты слышал? Мой отец не убийца! Он самый благородный из всех генералов! И лучший из отцов. Ты слышал?»

– Я слышал, – поняв меня, ответил Астеш. – И отныне для меня генерал Лавон станет самым благородным примером из генералов любой расы.

Минуту, две, три все молчали. И в очередной раз молчание прервал Горд.

– Стража, – сказал он тихо, но в тишине его голос показался звонким. В зал тут же вошли трое стражников, ожидавших за дверью. – Примите леди Ларейн. Отведите в замок и не спускайте глаз до моего приказа. Леди Киара, – он отвесил мне легкий поклон, – мне пора уходить. Необходимо найти лорда Ражерика. Он так и не вернулся, и, если я правильно понял, уже не вернется. Мы постараемся его отыскать. Живого осудим, мертвого передадим земле. Думаю, леди Шайру мы пока трогать не будем. До того времени, пока вы не окрепнете и не войдете в такую силу, чтобы заключить Шайру под стражу. Я же пока подготовлю хорошую камеру, стены которой не сможет взять никакая магия. На этом откланиваюсь. Генерал Астеш, будьте добры завтра перенести замок назад в Шаразар. Леди Катарина Райен, жду вас с утра в Совете, нам будет что обсудить с высшими шаенами.

Он развернулся. Воздух в комнате сгустился, открывая портал, и государь вместе со стражей и дочерью покинул замок Райенов.

Глава 28

Деревья утопали в ночи. Ветхий домик на окраине небольшого поселка мы нашли без труда. Дверь скрипнула, впуская нас в низкую комнатку с небольшим камином, креслом-качалкой и кроватью в углу.

Старая седая женщина, сидевшая у небольшого стола, вскинула на гостей строгий взгляд, но тот смягчился, едва в избу вошел Дарьер. Женщина улыбнулась, отодвинула в сторону травы, которые складывала в пучки.

– Доброй ночи, Дариан. Я вас ждала, лес нашептывал, что будут гости.

– Что еще нашептывал лес? – улыбнулся в ответ Дарьер и прошел в дом.

Астеш с Хайном остались у двери. А я сделала пару шагов и смущенно остановилась под внимательным взглядом старушки.

– Старые ели рассказывают, что в мире темных появилась девочка со светом души и вместе с владычицей чужих лесов заключила сильную темную в подземном мраке.

Она встала, обошла меня.

– Как и предначертано, ей моя сила была нужнее, – сказала знахарка с неприкрытой гордостью. Заглянула мне в лицо – Красивая выросла девочка. И, как я говорила, – светлая. Свет всегда заглушает тьму. Надеюсь, мой дар вам помог, юная леди?

Я смотрела на нее и не могла не удивляться. Хотя женщина и лишилась магии, для старушки ее голос был слишком молодым и звонким.

– Да, – сказала я с уважением. – Благодарю вас, Нари, за спасение моей жизни.

Преклонила голову.

Женщина совсем по-матерински обняла меня.

– Высшие никогда не ошибаются. Благодари их. Ибо с их изволения я передала тебе свою силу. Я просто человек с даром. Тебе же была уготована трудная судьба, в которой необходим был свет, чтобы рассеять тьму, что встанет на пути.

Она с нежностью заглянула в мое лицо. Я не сдержалась, взяла ее морщинистые руки в свои и поцеловала тонкие пальцы. После чего посмотрела на Нари и спросила:

– Скажите мне, если я светлая и во мне больше света, то почему твари тьмы приняли меня?

Она указала мне на стул. Я взяла ее под руку, помогла подойти и присесть. Сама села напротив.

Нари с нежностью смотрела на меня.

– Ответ прост. Любое существо тянется к свету. Даже росточек из-под земли пробивается, чтобы ближе к солнцу быть. Так почему ваши гариконы, увидев в своем темном царстве лучик света, не должны тянуться к нему?

– Но ведь они всегда слушались темных?

Она мягко улыбнулась.

– Может, я чего и не понимаю в вашем мире темных, но я много общаюсь с природой и должна сказать: любое существо – это не безвольная игрушка, а вполне разумное животное. Вот и ваши гариконы вряд ли совсем глупы. Они сами способны выбрать, кого слушать, а кого нет.

– Умные, очень умные, – подтвердила я, смотря в мутноватые от возраста глаза. Время брало свое. Без своего дара Нари стала всего лишь человеком. – Как же вы живете без магии?

Она покачала головой.

– А разве Дарьер тебе не рассказывал? Магия – лишь инструмент силы. Без знаний – просто инструмент, пылящийся на полке. Мои знания во мне. Они никуда не делись. Дарьер не мог дать их тебе, потому что темный. Откуда ему о свете знать.

– Но он всегда говорил, что во мне свет.

– И на том молодец. – Нари покосилась на двух стоявших у входа темных и перешла на шепот: – Вера в свой свет – это тоже знания. – Он сощурила глаза, хитро на меня поглядывая. – Если захочешь, то я расскажу тебе все о свете и о том, как с ним работать.

– Очень хочу, – призналась я. – А то, руководствуясь только верой в свой свет, у меня магичить не очень получается.

Нари чуть слышно рассмеялась.

– И магичить научу.

От двери раздалось кашлянье.

– Я, конечно, не могу идти против воли высших, – подал голос Астеш. – Раз уж так вышло, что леди Киара обладает светлой силой, так тому и быть. Но если она решила стать светлой магичкой, я совершенно против ее хождений туда-сюда по мирам. В конце концов, это не такое уж легкое дело – открывать порталы. Потому должен настоять на том, чтобы… гм-м… мадам Нари переселилась в наш замок.

Старушка бросила на него недоверчивый и отнюдь не миролюбивый взгляд. На помощь пришел Хайн. Голосом, полным беспредельного уважения, он произнес:

– Со всем почтением к вашему возрасту и всему, что вы сделали для леди Киары, можем ли мы попросить вас стать самым почетным гостем дома Райенов? Вы уж извините,