Братья Карилло. Обретая надежду - Тилли Коул

Заметив, как Остин вцепился в меня, они тут же помрачнели. Элли бросилась ко мне и коснулась ладонями моего лица.

– Аксель, пожалуйста, успокойся, – прошептала она.

Взглянув ей в лицо, я заметил, что она очень сильно расстроена. А потом перевел взгляд на свою руку, все еще сжатую в кулак. Я вырвался из хватки Остина и обнял Элли за плечи.

– Сэр, вам лучше уйти, – сказал один из охранников, тот, что повыше.

Я чувствовал, как Элли плакала, уткнувшись мне в грудь. Я кивнул парню, подтверждая, что уйду. Обернувшись, я заметил, что Остин, заложив руки за голову, наблюдал за мной… Но я видел, что даже он не одобрял моих отношений с Элли. Единственный человек, который мог бы встать на мою сторону, на самом деле не стал этого делать. Он по-прежнему считал, что я ничего не стою.

– Carina, – проговорил я. – Оставайся со своими друзьями. Я уйду. Тебе нужно быть здесь ради Молли.

Элли вскинула голову, и ее глаза стали огромными.

– Нет, – ответила она.

Я услышал, как позади выругалась Кэсси.

Элли переплела наши руки и повернулась к друзьям. Роум наблюдал за нами, словно ястреб. Выпрямившись, она объявила:

– Я солгала о том, с кем встречалась, потому что предвидела подобную реакцию. Да, я с Акселем, и мне все равно, кто бы из вас что ни сказал. – Она посмотрела на Роума, и тот лишь недоверчиво покачал головой. – Я знаю, что в прошлом он поступал неправильно. И понимаю, вам тяжело будет это забыть. Но он хороший человек. – Ее лицо вспыхнуло, и она добавила: – И, ради всего святого, мне уже двадцать семь! Я достаточно взрослая, чтобы знать, чего хочу. И выбираю его. Я вовсе не ищу вашего одобрения, да мне оно и не нужно.

Все ее друзья изумленно разинули рты. Я никогда не видел настолько потрясенных людей. А потом, чтобы добить нас окончательно, вперед выступил Роум и проговорил:

– Я бы предпочел, чтоб ты связалась с кем угодно, только не с ним. Любой был бы лучше торговца наркотой, способного привести тебя прямиком в ад.

Элли резко повернула голову к Роуму, глаза ее потемнели.

– Да? Ну а я не хочу никого другого. – Она бросила взгляд на меня и вымученно улыбнулась. – Аксель полностью завладел моим сердцем.

– Элли… – прошептала стоявшая сбоку Лекси. Прижав руку ко рту, она смотрела на нас полными слез глазами.

Я же не мог вымолвить ни слова. В груди что-то сжалось, когда я увидел, как Элли, стоя возле меня, высоко подняла голову. Она гордилась тем, что находилась рядом. В каком же гребаном мире я оказался, что Элли Принс величественно держалась подле меня?

Элли повернулась к Лекси.

– Лекс, пожалуйста, держи меня в курсе, как дела у Молли. Скажи ей, что я скоро приду. Жаль, что я не могу остаться. – Лекси кивнула, с беспокойством глядя на Остина. Потом Элли повернулась к кузену. – Я знаю, ты этого не одобряешь, Роум. Мне бы хотелось остаться ради Моллс, но я понимаю, что сейчас ты на меня злишься и хочешь, чтобы мы ушли. Потому что, если уйдет Аксель, то и я тоже. Пойми, я больше не ребенок, которого ты чувствуешь потребность защищать. И не нуждаюсь в твоем одобрении. – Она вздохнула и продолжила: – Если ты хочешь, чтобы я съехала из твоего дома, я это сделаю. Я все понимаю.

Глядя на меня, Роум стиснул зубы. Но когда взгляд его упал на кузину, лицо немного смягчилось.

– Тебе не нужно уходить, Эл. Ты это знаешь. Но я не могу согласиться с тем, что вы вместе. Я понятия не имею, как это случилось и сколько времени длилась ваша связь. Но я знаю, что он чертовски испорчен, Эл. Возможно, сейчас он ведет себя примерно, но рано или поздно снова облажается. Я с детских лет наблюдал подобное его поведение. Он на всю жизнь останется Холмчим.

– Ты ошибаешься, Роум, – холодно ответила она. – Ты даже не представляешь, какой он на самом деле удивительный.

А потом мы развернулись и зашагали по коридору, оставив позади всех ее друзей. Мы не разговаривали, когда садились в машину, и ни слова не проронили по пути в студию.

В любом случае, говорить было не о чем.

* * *

Когда мы вошли в студию, Элли обхватила себя руками, словно бы ей было холодно. И неподвижно замерла, просто глядя в окно. Наблюдая за ней, я отступил назад. Она казалась чертовски, почти невыносимо прекрасной.

Положив на стол ключи от арендованной машины, я подошел к Элли сзади и, развернув ее, сжал в объятиях. Девушка выглядела сейчас очень бледной, макияж по большей части смылся, так много она плакала.

Пока я рассматривал ее необычно печальное лицо, внутри все скрутило.

Это я во всем виноват.

Я со всеми так поступал. Разрушал их чертовы жизни, заставлял грустить… и отдалял от тех, кого они любили.

Роум не ошибся, я был испорчен. И, вероятно, снова натворю дел. Это у меня лучше всего получалось.

– Перестань, – вдруг хрипло проговорила Элли, вновь возвращая меня в настоящий момент. Я ничего не сказал в ответ. Ей бы все равно не понравились мои слова. Элли прижала руку к моей щеке, притягивая меня ближе. – О чем бы ты ни думал, перестань.

– Нам не стоит быть вместе, – ответил я, хотя и чувствовал, будто разрывался изнутри.

Убрав руку с моего лица, Элли подошла к кровати и принялась раздеваться. Она стянула с себя блузку, под которой обнаружился белый кружевной лифчик, и я ощутил, как тут же начал твердеть член. Она потянулась к молнии на юбке, и вскоре на виду оказалась загорелая упругая задница в крошечных белых трусиках. Чтобы сдержаться, мне пришлось закрыть глаза.

Сумев обрести хоть какое-то самообладание, я направился через комнату к Элли, пытаясь справиться с дыханием. Она расстегнула лифчик и уронила его на пол… оставшись лишь в трусиках и чертовски сексуальных туфлях на высоких каблуках.

Я застыл, не в силах пошевелиться. Элли обернулась и взглянула на меня. Она распустила длинные волосы, позволив им свободно рассыпаться по спине, и бросила шпильки на пол.

Она чертовски напоминала сирену. А мне очень хотелось удрать.

В глазах Элли читалось, что она понимала мои намерения. И явно предвидела, что я готов ее оттолкнуть. Чтобы не позволить из-за любви к себе потерять лучших друзей. Но, судя по ее решительному взгляду, я с уверенностью мог утверждать, что она мне этого не позволит.

Ухватившись за подол моей рубашки, она стянула ее через голову. А потом наклонилась вперед и прижалась мягкими, припухшими губами к моей горячей коже. Она проложила дорожку поцелуев по моей груди и, добравшись до соска, втянула его в рот. А потом принялась спускаться ниже, к самому поясу джинсов.

Осторожно расстегнув молнию, она стащила с меня штаны и крепко обхватила затвердевший член. Я судорожно втянул в себя воздух. А она выпрямилась и прошептала мне на ухо:

– Перестань пытаться от меня убежать. Я выбираю тебя. И хочу быть с тобой, Аксель Карилло. Если ты по-прежнему будешь отталкивать меня, я выпущу на волю живущую внутри меня горячую латиноамериканку и, черт возьми, заставлю тебя слушаться.