Наследница страсти - Бренда Джойс

Внезапно он убрал руку и прижал ладонь Джил к набухшему пенису, угрожавшему прорвать застежку джинсов. Джил рванула «молнию».

— Сейчас, скорее! — услышала она свой крик.

Алекс сорвал с нее брюки вместе с трусиками. Джил закончила с застежкой и стащила с него джинсы. Она потянулась вперед и языком коснулась вздымающейся хлопчатобумажной ткани его трусов, сдерживавших набухший пенис, желая дотронуться до него языком.

Он стянул трусы и приблизил к ее лицу то, что она хотела получить, — и Джил попробовала его, ощутив соль, пот и запах спермы. Внутри ее что-то взорвалось, и Джил заплакала — но не от боли, а от желания.

— Господи!

Алекс раздвинул ее ноги и толчком вошел в нее. Мгновенно ее внутренние мышцы сократились, плотно обхватив его плоть.

Она никогда не достигала оргазма так быстро и все еще содрогалась в конвульсиях, когда Алекс вышел из нее, поднял ее бедра, и его язык принялся за работу у нее между ног. Вдогонку за первым ее сотряс еще один оргазм.

Джил не могла двинуться, и не потому, что он сжимал ее бедра мертвой хваткой.

Она охнула, когда Алекс снова лег на нее.

Джил еще не отошла от второго оргазма, а Алекс уже был в ней, и, изумленная, она поняла, что в ней снова нарастает желание, которое никуда не исчезало. Он начал двигаться.

Джил схватила его за плечи так крепко, словно цеплялась за жизнь. А может, так оно и было. Алекс так и не снял шерстяного свитера, уже промокшего насквозь. Внезапно он притянул ее к себе еще ближе, стараясь проникнуть в нее как можно глубже, и снова Джил взлетела на вершину блаженства.

— Перевернись, — потребовал он.

Джил хотелось убить его за то, что он оставил ее, но Алекс уже снова был в ней, посылая мощные толчки. Краем сознания Джил слышала свои крики, слышала его дыхание сзади, чувствовала его усилия, еще и еще, и наконец он заставил ее распластаться и упал сверху.

Алекс лежал совсем неподвижно. Джил слышала громкие удары своего сердца. Ее сознание прояснилось, и первое, о чем она подумала, что укрыта его таким теплым телом и что он обнимает ее, обхватив ладонями ее груди. Джил улыбнулась, и Алекс скатился с нее.

— Тебе не было больно? — прошептал он.

— Нет.

Алекс посмотрел на нее, и она увидела, что он улыбается улыбкой сексуально удовлетворенного мужчины. Он обнял ее и привлек к себе. Джил заснула первой.

Джил остановилась на пороге утренней комнаты. Погруженный в газету, Алекс не заметил ее. Сердце у нее работало, как автомобильный мотор, включенный на полную мощность, а сама Джил была сплошным комком нервов.

Как она могла переспать с ним? Он не любит ее, она не любит его. Как могут два практически чужих человека испытать вдвоем такую безумную, грубую страсть?

Прошедшая ночь была огромной ошибкой. Но Боже мой, она думает о новой ночи в объятиях Алекса. Что же ей делать?

В этот момент Алекс заметил ее. Он вскочил, чуть не опрокинув стул и расплескав на скатерть кофе из своей чашки.

Он нервничает, потому что тоже сожалеет о случившемся? И может, она все же небезразлична ему, хоть немного?

— Привет, — нервно выговорила Джил. — Доброе утро.

— Доброе утро, — ответил он стоя, пока она шла к столу.

Алекс налил ей кофе. Этот жест вдруг обрел огромное значение. Сколько мужчин в этот день делали то же самое? О Боже! Если бы вернуть все назад. Если бы они оставались просто друзьями.

— Спасибо, — сказала Джил. — Какой сегодня солнечный день. — Щеки у нее запылали.

Он смотрел на нее так, словно она говорила по-китайски. Наконец вымолвил:

— Да.

Джил пила кофе, опустив глаза. Интересно, надо ли обсуждать то, что случилось этой ночью, или они просто сделают вид, что ничего не было? Алекс пришел ей на помощь.

— Что у нас сегодня на повестке дня? — спросил он и принялся за яичницу.

С облегчением и вместе с тем разочарованная, Джил взяла лепешку с изюмом.

— Часовня.

— Я так и думал. Отвезу тебя туда после завтрака.

Джил остро чувствовала неловкость, возникшее между ними напряжение.

— Если хочешь, я могу съездить сама.

— Я тебя отвезу, — твердо сказал он. — Просто я устал. — И бросил на Джил многозначительный взгляд, от которого она покраснела. — Я по-прежнему хочу, чтобы ты немного отдохнула от своих поисков.

— Я не могу. По крайней мере сейчас. Мы в Йоркшире, а когда я еще смогу сюда выбраться.

— Да, ты права. — Он немного помолчал. — И кроме того, должен признать, мне тоже любопытно, что случилось с твоей прабабушкой, Джил.

Их взгляды встретились, и вдруг, совершенно непонятно почему, Джил ощутила — что-то не так. Алекс лгал ей. Она почувствовала это.

Алекс и Джил вышли из машины и направились к старой каменной церкви. Она стояла близко от дороги, за каменной стеной, в окружении красивого зеленого газона, живой изгороди из розовых кустов и старых дубов. Чуть подальше располагался каменный коттедж викария, отделенный от церкви вымощенной камнем дорожкой и еще более густой живой изгородью.

Войдя внутрь, Джил живо представила себе, как сюда приходила Кейт — молиться и надеяться.

— Чем могу служить? — К ним шел викарий в темном костюме с белым пасторским воротником.

— Викарий Хьюит? — спросил Алекс, выступая вперед и протягивая руку. — Я — Алекс Престон, племянник лорда Коллиизуорта. Я звонил несколько минут назад.

Мужчины поздоровались, Алекс представил Джил, объяснил, что привело их в часовню, и Хьюит отвел их в маленькую комнату в задней части церкви, где хранились все церковные записи. Там он нашел требуемый том и положил его на старый поцарапанный стол в центре комнаты.

— Все, кто умер в 1909 году и был похоронен на этом кладбище, зарегистрированы здесь. Разумеется, в хронологическом порядке, — добавил он.

Алекс поблагодарил викария, и они с Джил склонились над пожелтевшими страницами. 17 мая 1908 года умер и в тот же день был похоронен мужчина по имени Джордж Томпсон. Затем шла дата 30 сентября 1908 года. Потом 3 декабря того же года. После этого пошел 1909 год.

У Джил сильнее забилось сердце. Ведя пальцем, она уткнулась в первую дату этого года — 21 мая. 12 января 1909 года отмечено не было. Кэтрин Аделайн Галлахер не значилась в этой книге.

— Должно быть, это ошибка, — сказал Джил. — Давай вернемся назад.

Они перелистнули несколько страниц и наткнулись па 1907 год. Внимательно просмотрели все записи до 1909 года. Кэтрин Аделайн Галлахер нигде не была отмечена; совершенно ясно, что на кладбище церкви Хинтон-Вэйл не было погребения женщины с таким именем.

Джил и Алекс обменялись взглядами.