Виноделы. Терпкий аромат любви - Ян Моран

– В маленьком отеле, который порекомендовал мне один итальянский друг. – Санто назвал адрес отеля, и Катерина подозрительно уставилась на него.

– Я тоже там остановилась. А кто твой друг?

– Джованна Розетта. Она присматривала за мной, когда я был маленьким. Несколько недель назад ко мне в Дэвис приезжал детектив и сообщил, что я унаследовал собственность в Монтальчино.

Катерина закрыла глаза, припоминая, что слышала имя Санто при оглашении завещания. «Наши жизни слишком крепко связаны!» И сразу же спросила:

– Ты же не собираешься в Монтальчино? Правда?

– Может, и собираюсь… – Он улыбнулся. Его ярко-голубые глаза дразнили ее.

– Почему ты не сказал мне, до того как я уехала из дому?

– Ты умчала посреди ночи в Сан-Франциско, разве не помнишь?

«Черт бы тебя побрал!» Катерина надела темные очки.

– И как ты умудрился быть упомянутым в завещании? Только не говори, что ты бабушкин родственник!

– Сестра моей матери вышла замуж за сына лучшего друга Виолетты. Это маленький городок. Я знал ее еще ребенком и навещал до отъезда в Америку. Она была знакома с моими родителями и была о них высокого мнения. Она оплатила мой переезд в Нью-Йорк, посчитав, что это станет для меня хорошей возможностью. – Его улыбка померкла. – Ты никогда с ней не встречалась, правда?

Катерина покачала головой.

– Я даже не знала, что у меня есть бабушка!

– Если тебя это утешит, я не знал, что она была твоей бабушкой. Твоя фамилия очень распространена в том регионе. Рафаэль и Ава никогда ничего не рассказывали.

На мгновение Катерина замолчала.

– Какой была Виолетта?

– У нее был замечательный смех, невероятные фиалковые глаза и тяжелые белые волосы, уложенные в высокую прическу. И обязательно заколки с драгоценными камнями. Она пекла самый вкусный хлеб и готовила лучшие каннеллони из всех, что я пробовал. У нее было собственное мнение по любому поводу, но при этом всегда добрые намерения. – Он улыбнулся. – Ты похожа на нее. И от нее всегда пахло фиалками!

– «Пармская фиалка», – пробормотала Катерина. Затем посмотрела на Санто из-под опущенных ресниц. – Как долго ты собираешься пробыть в Париже?

– Несколько дней. Я прежде никогда тут не был. Вдруг и ты захочешь остаться?

– Может быть… Но сначала мне нужно позвонить кое-кому. – Катерина раздумывала, сможет ли уговорить Джованну присмотреть за Марисой еще пару дней. Ей не нравилось надолго разлучаться с дочкой, но на этот раз обязательно нужно поговорить с Санто.

Приехав в гостиницу, Катерина попросила мадам Робер соединить ее с Италией. Единственный телефон был внизу, в кабинете управляющей.

Санто поднялся наверх, чтобы оставить вещи и освежиться.

– Мариса просто ангел! – сказала Джованна. – Нам с Альмой очень нравится за ней присматривать. Наслаждайся Парижем вместе с Санто.

– Я по ней скучаю. – Катерина была благодарна Джованне. – Поцелуй ее за меня. Скоро увидимся!

Она повесила трубку, пребывая в восторге от мысли провести несколько дней в Париже с Санто, подальше от любопытных глаз.

Мадам Робер предложила им посетить ресторанчик, расположенный неподалеку.

Был прекрасный по-летнему теплый вечер, и молодые люди решили прогуляться.

Было еще рановато для ужина, но путь пролегал мимо многочисленных кондитерских, из которых доносились божественные ароматы. Они зашли в еврейскую булочную и съели по рогалику с малиной и по рулетику с цукатами. И дружно решили, что лучшей выпечки никогда ранее не пробовали!

Катерина была в восторге от мощеных улочек квартала Маре, одного из старейших в Париже.

– Мадам Робер рассказывала, что Виктор Гюго когда-то жил в этом квартале.

Санто заинтересованно спросил:

– Ты по-прежнему любишь читать?

– Да, по-прежнему люблю хорошие книги, но читаю немного. – Из-за работы и Марисы времени оставалось совсем мало. – Смотри-ка – книжный магазин! Давай зайдем.

Они вошли и долго осматривали книги. Внезапно Санто коснулся ее плеча. Он держал в руках романы Гюго: «Отверженные» и «Собор Парижской Богоматери». Катерине понравилось, что они на французском, и, прежде чем она успела запротестовать, Санто купил их для нее.

Продолжая путь, они зашли в несколько бутиков, где продавалась очень элегантная одежда. В одном из магазинов Санто купил ей духи «L’Heure Bleue», очаровательный парфюм Guerlain, в составе которого она учуяла аромат ирисов, роз и жасмина. Эти цветы росли в Миль Э’Туаль и Монтальчино. У духов был теплый, амбровый шлейф.

Санто поднес ее надушенное запястье к носу.

– Очень загадочный запах…

– А ты возьми вот эти. – Катерина держала в руках флакон духов, которые выбрала для него.

Он закрыл глаза и вдохнул.

– Очень чувственно, не так ли?

– «Eau de Fleurs de Cédrat» – их запах напоминает мне о Напа весной, когда зацветают цитрусовые.

– У вас отличный вкус, мадемуазель, – сказала продавщица. Она не спеша упаковала их покупки и добавила несколько пробников.

Когда они пришли в ресторанчик, Санто предложил сесть на улице, в крошечном дворике под красным навесом. Они сели рядом за маленький столик у каменной стены, оплетенной розами.

Катерина сняла жакет.

– Не думал, что под жакетом скрывается такая красота, – пробормотал Санто, проведя пальцами по ее обнаженной руке. – Ты превратилась в прекрасную женщину, Катерина Розетта. – Он коснулся ее виска. – И чертовски умную, к тому же… То, что ты сделала на конкурсе, было неподражаемо! Кому, кроме тебя, могло прийти в голову выставить там наше вино?

Катерина взглянула на него из-под вуали и засмеялась.

– Думаю, это лучшие комплименты из всех, что ты мне делал. Духи, книги… Я чувствую себя избалованной!

– Ты этого достойна, – сказал он, понижая глубокий голос до шепота. – И, кроме того, мы же празднуем! Разве это так часто случается?

Над ними зажегся свет. Мимо проходили другие пары. Катерина, подперев лицо руками, смотрела на стильных парижанок и любовалась их креативными образами, в частности модными шляпками.

– Ты, кажется, говорила, что умираешь от голода. – Раздался голос Санто, и она очнулась от транса.

– Да, так и есть. – Выпечка оказалась лишь легким перекусом. Катерина изучала меню. Все казалось таким аппетитным. – Тут столько всего! Как же мне выбрать?

– Давай попробуем несколько разных блюд, – предложил Санто и сжал ее руку.

– Давай! Как насчет l’assiette de charcuterie? Паштет по-деревенски из утки с карамелизированным луком и корнишонами.