Милая, хорошая - Татьяна Тронина

– Что?

– Ну, из-за чего он на меня обиделся!

– Откуда же я могу знать, Маша, – я при вашей ссоре не присутствовала! – удивилась Алена. Машенька Погодина, несмотря на красные глаза и размазанную по щекам тушь, была все равно удивительно похожа на куклу. На редкую куклу авторской работы – такие обычно выставляют в художественных галереях, и толпы восхищенных людей приходят ими любоваться. В них нет штампованной безликости, они как живые, но вместе с тем – это все-таки куклы…

– Тогда я не знаю, что мне делать… – Фарфоровое личико исполнилось печали, розовые губки снова задрожали.

Алена налила ей еще воды.

– Как все началось? О чем вы говорили?.. – терпеливо спросила она.

– Ни о чем… То есть сначала мы ни о чем не говорили, – потупилась Машенька. – А потом я вспомнила вчерашнюю вечеринку… Мы вчера ходили на день рождения к моей подруге, Жене Малкиной, – пояснила она. – А потом Костя вдруг начал орать! Он так орал, что я на него обиделась и сказала, что никакой свадьбы не будет…

– Погоди, – перебила ее Алена. – Что именно ты ему сказала?

– Да ничего такого! – Эмалево-голубые глаза Машеньки налились слезами. – Просто вспомнила вечеринку – и все.

– Нет, ты слово в слово повтори!

Машенька старательно наморщила идеально гладкий лоб:

– Ну, я стала критиковать Женькино платье… Она брюнетка и напялила на себя красное платье, даже не красное – а буквально алое! Просто пожарная машина какая-то! И потом, у нее длинная талия и довольно короткие ноги… – Машенька подробно описала платье своей подруги, ее фигуру, объяснила, почему с такой фигурой категорически нельзя носить подобные платья. Даже сделала философский вывод – если бы у нее, Машеньки, была такая внешность, то она ни за что бы не надела на себя это платье и (чего мелочиться!) – даже вообще удавилась бы.

– И все?

– Не совсем… Я еще критически отозвалась о Женькином бойфренде – он тоже присутствовал на вечеринке, – добросовестно вспомнила Машенька. – И вот именно тогда-то Костя стал орать.

– Хорошо, а что именно ты сказала о Женькином бойфренде? – настойчиво спросила Алена.

– Я сказала, что он дурак.

– И все? Костька обиделся на тебя за то, что ты кого-то назвала дураком?.. – возмутилась Алена.

– Да, – с примерным видом кивнула Машенька. – Я сказала, что только дурак может встречаться с Женькой, когда на свете полно других нормальных девушек. Этот Алик очень симпатичный, умный, неплохо зарабатывает, у него своя квартира и жутко сексапильная бородка… Такая, знаете ли, в латиноамериканском стиле! Если бы Костя согласился отрастить нечто подобное… – с мечтательной грустью вздохнула Машенька. – А он стал орать, словно ненормальный!

– То есть ты расхвалила на все лады этого Алика, восхитилась его бородкой, которой у Кости, кстати, нет – равно как квартиры и денег, и намекнула на то, что не будь Женьки, то ты вплотную занялась бы Аликом?..

– Я такого не говорила, – оскорбилась Машенька.

– Но ты же сказала – только дурак может встречаться с Женькой, когда на свете полно других нормальных девушек! – возвысила Алена голос. – Вот Костя и распсиховался…

– Вы думаете? – с сомнением спросила Машенька.

– Уверена.

Машенька глубоко задумалась. Постепенно ее личико начало яснеть, а потом она улыбнулась.

– Господи, какой же Костик глупый! Алена, миленькая, вы нас помирите? Вы же сестра его как-никак… – и она с такой исступленной мольбой взглянула на Алену, что у той екнуло сердце.

– Ладно, я попробую с ним поговорить, – обреченно обещала она, хотя давно уже не вмешивалась в дела брата. Вернее – она никогда в них не вмешивалась.

– Алена, вы чудо! Я буду ждать его звонка… – Машенька расцеловала ее в обе щеки и умчалась.

Алена сняла трубку и набрала номер брата.

– Алло? – мрачно отозвался тот.

– Костя, братишка, это я…

– Сестрица Аленушка? Если ты насчет долга, то у меня сейчас нет свободных денег, – буркнул Костя. – Где-нибудь в марте или ближе к лету…

– Костя, я по другому поводу. Ко мне только что заходила Машенька. Вся в слезах, очень несчастная…

– Несчастная! – язвительно повторил он. – А ты знаешь, что она тут мне недавно заявила?..

– Знаю, – быстро произнесла Алена. – Но это ничего не значит. Она совсем другое имела в виду. Ты просто ее не понял, Костя!

– Как же, не понял! – желчно захохотал он. – Я для нее никто! У меня даже бороды нет…

– Так отрасти! – нетерпеливо перебила его Алена. – В чем проблема-то?

– Дело вовсе не в бороде, а в том, что она меня за человека не считает! Так прямо и заявила, что хотела быть на месте этой Женьки, у которой Алик…

– Костя, она совсем другое имела в виду! – закричала Алена.

Костя мстительно засопел в трубку.

– Ну, я не знаю, что она имела в виду, – может, действительно другое, но на самом деле – именно это! То, что я – никто, жалкий червяк… Машкино подсознание выдало ее!

– Значит, ты хочешь с ней расстаться? – спокойно спросила Алена. – Свадьбы не будет? Оч-чень хорошо…

Костя застонал. По характеру звуков Алена поняла, что ее брата раздирают противоречия – с Машенькой расставаться он никак не хотел, но и помириться тоже не мог.

– Потому что Машенька достойна лучшего, – продолжила Алена. – Она тонкое, нежное существо – она способна сопереживать, полна жизни, у нее оптимистический склад ума!

Костя снова застонал, а потом завопил:

– Да с чего ты взяла?! Способна сопереживать? Она?!

– Ты сам мне так говорил, в последнюю нашу встречу – помнишь?

– Аленка, ты же нормальный человек, ты должна понимать…

– Я – нормальный? – перебила Алена строго. – Ты говорил, что я – черствая, сухая, бескомпромиссная! Что я ничего не понимаю в жизни!

– Если ты собираешься придираться к словам…

– И не только к словам! К поступкам! – мстительно закричала она. – Ты же Машеньку целовал-обнимал при мне, заходился от восторга… А потом что? Потом ты на нее орешь? Где логика в твоих поступках?

– В любви нет логики! – возмутился Костя.

– Есть, – возразила Алена. – Ты, Костька, принадлежишь к самому неприятному типу мужчин. Я бы с таким ни за что не стала бы встречаться…

– Это еще почему? – обиделся Костя. – Чем я плох? Что денег у меня нет? Что бородку не отрастил?

– Хуже! – мрачно сказала Алена. – Ты влюбчивый. Я не говорю, что ты Казанова, но ты – влюбчивый, понимаешь?.. У тебя все стремительно, ярко, страсти рвутся в клочья – а потом что?

– Что?.. – растерянно спросил Костя.