Несильно беременна - Степанида Воск

— Просыпайся, Мариночка! Просыпайся, куколка ты наша упакованная, — по щекам раздавались легкие похлопывания. Я старалась не морщиться и делать вид, что ничего не чувствую. — Ничего не получается. Заяц, принеси воды. Быстро.

В сознание меня приводил мужчина. Только я точно не могла определить кто конкретно. С закрытыми глазами это не так-то просто сделать.

— Батя, с ней все нормально? Может она того? — услышала обеспокоенный голос.

Похоже, что кто-то глубоко проникся желанием быстро разбогатеть, получив наследство Поклонского.

— Чего «того»? — раздражение Розанова передалось даже мне.

— Окочурилась, — боязливо ответил подручный бандита.

— Типун тебе на язык. Какое окочурилась, она мне еще бабки должна. Бегом неси воду. Я в фильмах видел, что обморочных именно так приводят в себя, — распорядился мужчина.

— Так она не обморочная. Она под снотворным, — принялся умничать один из бандитов.

— А какая мне разница? В отключке. Значит, надо на нее попшикать, — за умозаключение можно было ставить пять.

Меня окатило волной воды из чьего-то рта.

Я старалась не думать когда последний раз этот человек был у стоматолога и все ли в порядке с его пищеварительной системой. Лишь бы заразы никакой не подхватить.

Дальше делать вид, что нахожусь без сознания, значило провоцировать бандитов на принятие дополнительных мер реанимации. А какие масштабы они приобретут, неизвестно. Еще сделают то, что мне не понравится.

Сдавленно застонала, прикидываясь, будто только пришла в себя. Мне хотелось подслушать, что будут говорить бандиты. Не удалось. Ну и ладно.

— Где я? — приоткрыла глаза. Сделав рассеянным взгляд.

Я так частенько пугала одноклассников. Они говорили, что у меня очень забавно получается. Страшно и в тоже время интересно.

— Батя, смотри, смотри на ее глаза. Она часом не сбрендила? — на меня испуганно смотрел худой мужчина в кепочке.

— Чего еще? — Розанов не сразу понимал что от него хотят его подручные.

— Двинулась головой. В коробке и не то может случится, — неужели меня пожалели? Как-то не по нормальному.

— Да что с ней случится? Она же спала, как лялечка. Вы ей столько снотворного напихали, что удивительно как она вообще проснулась.

— Мы старались.

— Старались они. У! — Розанов погрозил рукой. — Я бы вам такое сделал, если бы она не проснулась, — начал угрожать главарь бандитов.

— Все хорошо, что хорошо кончается, — философски заметил худой.

— Угу.

— Где я? — повторила. Я наслаждалась отсутствием пластыря на лице и возможностью выражать свои эмоции словами. А не жестами или мычанием.

— Дома ты, милая. Дома. Теперь ты тут будешь жить, пока не родишь нам маленького Поклончика.

Я чуть приподняла голову, чтобы осмотреться.

Увиденное навевало тоску. Грязные обои на стенах, потресканный потолок, мутное стекло в оконце на уровне улицы.

— Это свинарник? — не выдержала. Не ожидала попасть в столь ужасное место. Я не сомневалась, что в нем водились тараканы. Или того похуже.

— Гы-гы, Батя, да она умеет шутить, — оскалился худой.

— Это твой новый дом, чучело! — заявил Розанов.

— Какой-то он грязный, — возмутилась.

— Какой есть. А захочешь привести в порядок, то возьмешь тряпку в зубы и все вымоешь, — поставили меня перед неизбежным.

— Я же беременная.

Не собиралась быть для бандитов уборщицей.

— Так ты же беременная, а не больная, — получила в ответ.

Вот и поговорили. Похоже, что здесь меня точно жалеть не будут. Не говоря уже о том, чтобы приносить свежие фрукты по утрам и дарить цветы.

Я с грустью вспомнила букетик ландышей, перевязанный красной ленточкой. Он остался в прошлом.

Где ты, Андрей Берг? На кого ты меня покинул? Что же мне делать? Как быть дальше?

Хотелось заплакать.

— Кормить вы меня сегодня будете? — спросила, помня, что одновременно есть и волноваться невозможно.

— Вот еще. Чего тебя кормить? Ты сама есть будешь. То, что принесут.

— А что принесли?

— А ничего.

— Беременные, когда голодные, они детей скидывают, — принялась угрожать.

Не то, чтобы я в это верила, помня, что и во время войны женщины беременели и рожали, но бандиты о том могли не знать. А потому не стоило сбрасывать со счетов моральный рычаг воздействия на бандитов. Пусть думают, что в противном случае лишатся своего главного приза.

— Ты же не собираешься это делать?

— Пока нет, но только после регулярного трехразового питания. Обязательно свежеприготовленной пищей.

— Батя, ты слышишь, что она требует?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍