Первая люболь - Катрин Исаева

Я осела на пол: ноги подкосились, не справившись с весом тела. Неистово хлопала глазами, будто вот-вот очнусь от дурного сна. Мой брат больше напоминал отбивную из человечины…

— Прошу, расскажи все по порядку?! — к горлу подкатил слезливо-тошнотворный комок.

— Роз, некогда болтать. Деньги нужны… — прохрипел, отхаркивая кровь.

— Хорошо, мы прямо сейчас позвоним маме. Они с Артаком что-нибудь придумают!

— Не вздумай!!! — его лицо искривилось в гримасе мольбы, — Они заявят в полицию, а у этих головорезов все схвачено! Если узнают, что мы настучали мусорам, никому не поздоровится… — ужас, отразившийся на дне его зрачков, отрикошетил мне в сердце.

Оно словно покрылось непробиваемой коркой льда.

— Ох, Лешка, Лешка… — всхлипнула, убирая волосы у него со лба, после чего аккуратно протерла носовым платком запекшуюся кровь.

— Надо достать деньги. — выражение лица парня ожесточилось.

Я смотрела на чужака с безразличным немигающим взглядом, гадая, куда же испарился мой любимый вредный младший братик?! Ведь еще совсем недавно он притворялся смертельно больным, нагревая градусник под лампой, чтобы не ходить в школу, зависая целый день в «Tic Tok».

— Роза, поможешь мне достать деньги?

— Ты издеваешься?! Думаешь, так просто найти за вечер сто тысяч рублей?

— Они сказали, если не соберу до утра всю сумму, сделают меня инвалидом. — на этот раз он говорил на удивление спокойно, на короткий миг даже проскочила искра надежды, что всё это неудачный розыгрыш с бутафорской кровью, но брат потушил её, так и не дав разгореться, — Расправившись со мной, они возьмутся за членов семьи. — добавил слабым просевшим голосом.

Бесчисленное количество секунд мы напряженно молчали, поглядывая друг на друга исподлобья.

Во мне полыхало пламя из гнева, ненависти и негодования сливаясь в разрушительный термоядерный коктейль. Когда негативные эмоции вытеснили остатки сожаления, я медленно выпрямилась, на одеревеневших ногах направляясь в спальню.

— А как же я?! — плаксиво взмолился брат, цепляясь за мои щиколотки.

— Надо было раньше думать. У меня завтра ЕГЭ по математике. Пойду готовиться ко сну…

Сгорая от чувства несправедливости, прислонилась спиной к двери, пытаясь восстановить дыхание. Он сам заварил эту кашу, пусть сам и расхлебывает. Да, и в конце концов, что я могла сделать? Где школьнице достать такую сумму в десятом часу вечера?!

— Р-о-з, ну, выслушай, хотя бы?! Я прошу… — добивал сникший голос из коридора.

Не дожидаясь моего согласия, Лешка начал.

— Как-то раз мы отдыхали у моего одноклассника в гараже. Обычная туса: пивасик, «Кириешки», разговоры о девчонках… Кто-то привел туда двух новых парней, они предложили сыграть в картишки на деньги. Ставки были смешными: сто, двести, триста рублей, а мы уже веселые и разгоряченные. Почему бы и нет? Систер, ты меня слышишь? Ну, ответь, пожалуйста?!

— Слышу. — пробормотала на пределе собственных сил.

— И нам с Пашкой фартануло. Сперва подняли по пятьсот рублей, потом выигрыш дошел до косаря. Одного. Двух. Мы решили остановиться, не желая продолжать игру. Парни не стали спорить — сразу отсчитали нам выигрыш. Потом все мирно разошлись по домам.

— И что же?! — я стиснула зубы, игнорируя нарастающий гул в ушах.

— Мы встретили их дня через три в школьном дворе. Пашка не мог остаться — опаздывал на тренировку, а у меня была масса свободного времени и, как обычно, дырка от бублика в кармане. Ребята снова предложили сыграть. А я, дурак, согласился…

— Леш, ну, как же ты сразу не понял, что это развод?! — произнесла неожиданно миролюбивым голосом.

— Я выиграл пятнадцать тысяч. — кажется, даже сквозь закрытую дверь слышала, как гулко стучит его сердце, — Купил пуховик, о котором давно мечтал. Сразу девчонки из старших классов обратили внимание. Потом я уже сам искал с ними встречи. Обрадовался, когда увидел их тачку на парковке возле нашего дома. Тогда я впервые продул пару тысяч.

— Почему ты не остановился, Леш?!

— Я думал, что смогу отыграться. Так все и вышло — снова поднял десять косарей! Радости не было предела. Уверен был, что все честно. А потом началась черная полоса. Проигрыш за проигрышем, но я все еще полагал, что смогу вернуть деньги назад. Занимал у одноклассников, у Азата, пару раз даже у матери втихаря брал из кошелька… Я просто хотел отыграться, систер, понимаешь?!

Я понимала, только как нам теперь все это расхлебывать?! Еще и мама уехала. Машинально проведя кончиком пальца по щеке, обнаружила на подушечке темно-коричневую кляксу. Горестно вздохнув, поспешила в ванную.

Несколько мучительно долгих секунд я вглядывалась в свое раскрасневшееся лицо с поплывшим макияжем, после чего включила кран, опустив голову под упругую ледяную струю воды. Остудив пылающие щеки, насухо промокнула их полотенцем, возвращаясь в комнату.

Взгляд сразу привлек сложенный вдвое лист бумаги, появившийся на моем письменном столе.

Систер, прости, что пытался втянуть тебя в это дерьмо. Я вляпался — мне и расхлебывать. Счастья вам с Воином. Люблю. Не поминайте лихом!

Леша

— Ну, что за придурок?! — схватилась за голову, выбегая в коридор, однако горе-братца уже и след простыл.

Другого выхода не осталось, кроме как рассказать всё маме. Дрожащими пальцами я выудила из сумки телефон, мгновенно выбирая из списка избранных контактов нужный.

— Абонент временно не доступен, перезвоните позже… — раздалось сухое металлическое на другом конце.

Но я не собиралась ждать, потому что в сложившейся ситуации действовать нужно было быстро — на кону стоял вопрос жизни и здоровья моего брата! Решила позвонить Артаку Ашотовичу. Мама давно настояла, чтобы я записала его номер, все-таки будущий родственник…

— Абонент временно не доступен, перезвоните позже. — словно издеваясь, услышала вновь.

— Да что у них там стряслось?! Почему никто не берет? — простонала, мотаясь из угла в угол.

Еле держалась, чтобы не попросить Митю о помощи, но это было бы свинством — завтра утром экзамен, от которого зависела его дальнейшая жизнь, и, учитывая взрывоопасный темперамент любимого, не могла позволить себе втянуть парня в очередные разборки.

Потратив еще немного времени в пустую, пытаясь связаться то с мамой, то с Лешкой, я подавила отчаянный вздох, набирая Азату.

— Роза?! — не скрывая удивления, ответил одноклассник после четвертого гудка.

— Привет. Извини за беспокойство, у меня тут кое-что стряслось… Не могу дозвониться до наших родителей. Не в курсе, что у них с телефонами?!