Мужеедка - Джиджи Леванджи Грэйзер

Джо Третий объехал ее кругом.

— Бам! — сказал он, приглаживая пятерней шевелюру. — Бам!

Качая головой, он соскочил с вездехода и достал ружье.

— Айда!

Кларисса повиновалась, несмотря на дрожь в коленках. Какое-то время они продирались сквозь заросли высокой травы, увязая в болотной жиже, пока не вышли на берег, где и засели в логове из сучьев и листьев, именуемом «утиным шалашом».

Кларисса увидела уток. Их было не меньше двух десятков, утята плыли цепочкой вдоль берега за мамой-уткой. Кларисса охнула, глядя, как по-военному, в такт, они машут хвостиками.

Джо Третий поднял ружье. Кларисса вскинула руку, даже не думая, что он вполне способен отстрелить ей кисть, приняв за НЛО.

— Можно мне первой?

— Знамо дело. — Джо Третий передал ей ружье. — Пуляй поверх, тогда взлетят. На север гляди, на север. Пальнешь на юг — только зазря распугаешь. Звезданут к чертям во все стороны.

— На север, — послушно повторила Кларисса и улыбнулась.

Остальные участники охоты только начали подтягиваться. Джо Третий знаком велел им держаться в стороне, а затем еще раз: держитесь подальше.

Кларисса приложила ружье к плечу, подняла на уровень глаз… Жаль, нельзя подстрелить более достойную дичь… хотя бы грубиянов за рулем джипов.

Повернув дуло на север, опустила палец на курок.

А затем резко дернулась, «случайно» направила это кошмарище куда-то вбок и вверх и выстрелила в воздух.

С двойным результатом.

Нет, даже с тройным.

Во-первых, кто-то закричал: «А-а-а! Убили!»

Во-вторых, утки разлетелись во все стороны. (Задача выполнена!)

В-третьих, жирная утка свалилась откуда-то с неба, прямо Клариссе под ноги, обутые в гитлерюгендские ботинки. (Задача не выполнена.)

Защитные комбинезоны и оранжевые жилеты засуетились вокруг мистера Твида, который извивался, Лежа на спине, будто статист в фильме Фрэнки Авалона.

Что касается Клариссы, то она таращилась на утку, беззвучно разинув рот, как рыба в супермаркете. К ней подскочила Грэйви.

— Я убила утку, — выдавила Кларисса.

— Может, она просто упала? — усомнилась Грэйви. — Дыра в пузе! — восторженно завопил Джо Третий. — На лету, как в яблочко!

— Смотри на вещи проще, — посоветовала Грэйви. — Ты убила двух зайцев одним выстрелом.

За ужином, состоявшим из жареной утки, печеного гороха, кукурузы, сладкого картофеля и персиковой наливки, Кларисса внезапно осознала, что Синнамон и Джо Третий прониклись к ней всей душой. Родители Аарона ни о чем другом с гостями не говорили, кроме как о своей невестке, которая водит вездеход, как камикадзе, и одним-единственным выстрелом обеспечивает семью не только обедом, но и нескончаемыми застольными байками. Она стала просто хитом сезона. Даже мистер Твид, сидевший рядом, весь в бинтах под рубашкой, изображал вежливую улыбку на перекошенном от боли бледно-зеленом лице.

Кларисса получила свой миг славы.

Она окинула взглядом компанию за длинным столом: приветливые взгляды, пунцовеющие от возбуждения и солнца щеки. Даже у Грэйви счастливый вид: разгладилась вечная морщина на лбу, та самая, что тянулась от лба до коленок.

«Они любят меня, — подумала Кларисса про этих людей, которые носили галифе для верховой езды, голосовали за республиканцев, пили напропалую и говорили с нелепым акцентом. — Они и вправду любят меня».

Черт возьми, как же теперь просить у них денег?

И Кларисса решила, что не станет этого делать. Она поступит по-другому: сообщит им, что беременна, и… умоет руки. Подача будет за ними.

Она встала с места и серебряным ножичком постучала по краю бокала (видела такое в кино).

Бокал разлетелся вдребезги. Но прежде чем Кларисса успела сгореть со стыда, прежде чем хоть кто-нибудь из гостей успел моргнуть глазом, рядом из воздуха материализовался слуга и смел со стола осколки.

Кларисса постояла молча. Все смотрели на нее.

— Да, дорогая? — спросила Синнамон.

— У меня будет ребенок, — объявила Кларисса.

И уже собралась сесть, как Джо Третий вдруг вскочил и сгреб ее в медвежьи объятия, которых Кларисса так опасалась накануне, а теперь нашла в них надежное пристанище.

После радостной овации Синнамон заверещала:

— Кларисса! Тебе не надо было садиться за руль! — Она рухнула в кресло и принялась судорожно обмахиваться. — О боже! О боже! Я могла потерять внука!

Ну чисто «Унесенные ветром».

— О, миссис Мейсон, — поспешила утешить ее Грэйви, — не волнуйтесь, Кларисса у нас мастер по детям. Настоящий профессор.

Кларисса уставилась на подругу.

— А что, правда, — ничуть не смутилась та. — Как мадам Кюри…

— Джо Третий? Синнамон? — Кларисса подняла брови. — Вы ничего не хотите мне сказать?..

Они с недоумением вытаращили глаза.

— Ну, типа, о том, как для вас все изменилось… Учитывая ситуацию и все такое…

Синнамон расцвела.

— Дорогая, конечно, я хочу кое-что сказать.

И поднялась с места.

Кларисса улыбнулась с невинным видом.

— Это самая лучшая новость в моей жизни, черт возьми! — провозгласила Синнамон.

Синнамон и Джо Третий, с трудом держась на ногах от выпитого джина, попрощались с Клариссой на пороге Гранд-(Что-То-Там), после чего один из многочисленных инструкторов (на здешних фермах их, похоже, разводили как лососей) отвез Грэйви и Клариссу на частный аэродром близ Атланты. Синнамон и Джо Третий настояли, чтобы Кларисса и Грэйви воспользовались личным самолетом Мейсонов, но прозвищу «Гуди».

— Это еще что такое? — поинтересовалась Грэйви, когда они свернули на бетонированную полосу.

— «Боинг-727», — усмехнулся водитель с обликом модели Версаче. — Никогда таких не видели?

— Это не «Гуди», — возразила Кларисса.

— Ну почему же? — в свою очередь возразил водитель.

Грэйви и Кларисса, преодолевая головокружение, поднялись на борт. Любезная, улыбчивая стюардесса по имени Люси-Энн первым делом подала ледяную воду и освежающие салфетки. Они хихикали, болтали, а потом Кларисса заснула и проспала до посадки в Бербанке, где их встретил присланный Синнамон и Джо Третьим черный седан с затемненными стеклами и кондиционером.

Клариссу высадили первой. Она обняла Грэйви и помахала ей на прощанье. Мотоцикл Аарона стоял на привычном месте. Кларисса зашагала по лестнице, с каждой ступенькой чувствуя, как нарастает тяжесть внутри.

Ей совсем не хотелось думать о том, что ждет ее за дверью.