Мужеедка - Джиджи Леванджи Грэйзер

Вы и сами знаете, что за штука — жизнь. Жизнь — это когда вы сидите с младенцем на уродливой кушетке покойной матери, ребенок орет (опять пучит), соски растрескались, а муж — конечно, очень милый, но до ужаса действует вам на нервы, а ведь прежде вы и не догадывались, сколько в вас этих самых нервов, — муж… хотя нет, сейчас он без всякой просьбы принес вам воды и пульт дистанционки. А затем звонит телефон, и в считанные минуты — да что там, секунды — вся ваша жизнь меняется. И в мире все становится как надо.

— Кларисса? — произнес голос.

Знакомый голос.

Морган Легранж из «Климата».

— Кларисса, извини, что я не звонила.

— Если ты насчет судебного иска, то мне абсолютно нечего добавить.

— Мы хотим, чтобы ты написала статью.

— Что? — Кларисса вскочила, чуть не уронив Алехандро.

— Большую статью в номер, — продолжила та. — Ты сидишь?

Кларисса села. Почти на ребенка.

— Большую статью про Зои Монро. Она требует, чтобы написала именно ты. Спрашивала о тебе. Персонально. — Слово «персонально» она протянула так, словно писала его краской по холсту. — Прикинь — ей нравится твой голос!

Кларисса бросила трубку, даже не ответив, и тут же принялась набирать Звездную Палату: они должны были узнать это первыми. Они всегда все узнавали первыми.

И посмотрела на мужа. Своего замечательного, снисходительного чудо-мужа.

— Джеймс, представляешь, Зои Монро хочет, чтобы я написала о ней статью для «Климата»!

И только после того как он вволю с ней наобнимался и протанцевал по комнате, Кларисса опять набрала номер Звездной Палаты.

— Знаеджете ноджовость! — завопила она в трубку.

Юная официантка из «Кофейного зернышка и чайного листка» на Сансет-плаза заметила розовую папку у обочины, когда выскочила из автобуса, торопясь на утреннюю смену. Она подняла папку просто так — скорее всего, из-за цвета, розового, как конфетная обертка, такого радостного и бодрящего. Девушка приехала в город из Монтаны всего месяц назад и уже начала скучать по дому, а розовая папка слегка развеяла ее уныние.

Содержимое папки она читала во время перерывов, от одной розовой обложки до другой, совершенно зачарованная целеустремленностью и упорством владелицы. Она попыталась отыскать Клариссу Альперт и вернуть папку, но безуспешно. В конце концов она отложила свою находку, но эти страницы влекли ее к себе все сильнее, побеждая суровое пуританское воспитание.

И вскоре она начала тратить деньги на туфли в магазинах, где стены обиты шелком, а вовсе не на квартплату и актерские курсы. Она высветлила свои мышиные волосы и стала дважды в месяц делать маникюр, который был ей явно не по карману. Она флиртовала с клиентами.

Она встречалась с кем попало.

Она вышла замуж за богача.

И однажды утром выбросила свадебную папку на Сансет-бульвар из своего «ягуара» с откидным верхом. Солнечным калифорнийским утром, какое бывает только в кино.